Cюда вставляем нашу таблицу

Горизонт событий

Объявление

"Вселенная огромна,
и это ее свойство чрезвычайно действует на нервы, вследствие чего большинство людей, храня свой душевный покой, предпочитают не помнить о ее масштабах."


© Дуглас Адамс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Горизонт событий » Приключение 002 - Колесо Дхармы » Эпизод 3 - Тур в неведомые земли


Эпизод 3 - Тур в неведомые земли

Сообщений 61 страница 69 из 69

61

К пирамиде приближалось два корабля причудливой формы и внешности. Они обе представляли собой овалообразные, сильно вытнянутые в длину капсулы с небольшими боковыми крыльями и длинным хвостом, по обеим сторонам которого произрастали стальные лезвия. Странные на вид корабли оставляли за собой легкий зеленый шлейф, который постепенно расстворялся в воздухе. Но тем не менее, приближающиеся корабли неизвестных были видны даже издалека.
- По-моему, это была не лучшая идея, использовать корабля вида "Планнер" для посадки. Тут такой шлейф, что любому на поверхности покажется, что мы не просто решили провести секретную операцию, а всем видом показываем: "Да вот же мы! Лезьте все! Всем добро пожаловать! Всех люблю!" - саркастично заявлял Феерон, держась за одну из перилл, так как судно основательно трясло. Всего драконов было восемь, две группы: но Айнуры с ним на сей раз не было - её отправили отдыхать. В отличие от него, белого. Да - логика у Арканизийских драконов просто железная. Но они аргументировали это тем, что у него была неплохая способность командовать или, по крайней мере, Феерон уже был там, поэтому, его и заставили лететь с группой других драконов на планету.
- У тебя есть варианты получше? - обернулся к нему один из его товарищей, черный дракон. В отличие от Феерона. он был чешуйчатым, и вид у него представлялся более грозным, чем у остальных драконов. В их группе был был воином-защитником, или, как его звали другие: "Хищником". Такого звания удоставивались наиболее сильные существа Гнезда, и поэтому быть рядом с ним для всех означало большую честь.
- Да. - согласился белый дракон, вздыхая. - И почему наша раса до сих пор не догадалась использовать невидимость или скрытность?
- Как будто у нас много военного опыта борьбы с другими. Нам ещё повезло, что вообще не потеряли способность воевать. - с фырком ответил ему "Хищник". - Но ничего. С вами же я.
- Смотри. Я был там уже. И могу сказать, что многие наши технологии будут бесполезны перед тем, что мы можем встретить. Так что лучше не будем попросту болтать языком. - размеренно заявил белый дракон, отворачиваясь от черного дракона и показывая, что разговор окончен.
Оба транспорта приземлились на достаточном расстоянии от храма, и драконы начали обосновывать временный лагерь. Выложили некоторые припасы, технику, развернули её. Феерон и тот самый "Хищник", которого звали Элдарион, вызвались разведать обстановку. Остальные готовились к действиям и изучению пирамиды.
- Тебе что хоть сказали про эту местность? - спросил белого дракона Элдарион, проходя к воздушному байку.
- Говорят, здесь радиосигналы повторяющиеся. Они постоянно присылаются сюда. Словно здесь... радиомаячок. - пояснил Феерон, заводя в свою очередь машину.
- Ладно. Выясним, что там и назад. Не думаю, что здесь что-то интересное. - ответил чёрный дракон, и оба товарища отправились на транспорте к пирамиде в целях ее изучения.

0

62

В погоне за Лииром некромант прошел далекий путь. Он буквально за треть дня прошел леса эльфов и оказался у Летучих скал.  Это место навевало воспоминания, именно тут бог смерти из его реальности – Келемвор - рассказал ему о падении его ученика и об угрозе, которую он мог представлять, но наверняка даже он не подозревал, насколько эта угроза велика.
Торесар с легкой ухмылкой проезжал на трупоеде мимо пещер местных хищников, которые не торопились выходить навстречу темному магу. В бытности некромантом были свои плюсы, всё-таки никто не лез тебя сожрать или ограбить. Старик сомневался, что Лиир если и был здесь, задержался бы надолго, а значит, он пойдет дальше на юг.
Некромант не останавливался в своей погоне, удивляясь про себя выносливости своего трупоеда. За время езды он потихоньку вспоминал информацию об этих существах, подчерпнутые из разных книг. В них говорилось, что трупоеды были искусственными существами-химерами, созданными каким-то древним магом в качестве стражей и ездовых животных, способных эффективно постоять за себя, при этом их нередко использовали как вьючных животных при перемещении на большие расстояния, так что неудивительно, что они такие выносливые. Как они назывались тогда уже неизвестно, трупоедами они стали называться после того, как некоторые из них одичали и стали жить в лесах, где питались преимущественно падалью, так как к охоте они не были приучены. С людьми они контактируют редко, выходя лишь в случае, если учуют магов, в которых они видят своих хозяев благодаря генетической памяти, правда, сами маги не особо бывают рады встречам. Что случилось с магом, который вывел их, никому не известно, возможно, он умер, и трупоеды, не зная, что делать дальше, ушли в леса, где стали своеобразными уборщиками-санитарами.
Когда солнце уже почти зашло за горизонт, вдали можно было разглядеть голубую полоску моря. Некромант остановил своего зверя и спешился, дальше идти смысла не было, поскольку отсюда Лиир мог идти куда угодно.
- Тц. Знал ведь, что не догоню, как бы ни старался, - равнодушно произнес некромант.
Он мог бы и расстроиться, но на самом деле ему подобное развитие событий показалось даже лучшим вариантом. В конце концов, неизвестно, насколько стал силен Лиир за время их разлуки, и насколько стала сильной та сущность.
Вместо того, чтобы продолжать идти в никуда, некромант разбил небольшую стоянку, разведя костер. Гнилозуб (новая кличка для трупоеда) за это время умудрился притащить откуда-то горного оленя, чем сильно, но ненадолго удивил Торесара.
- Ну да, у вас было достаточно времени на эволюцию, - с улыбкой произнес он и принялся разделывать тушу наспех сделанным каменным ножом.
Себе он взял немного мяса и зажарил его на костре, соль нашлась в припасах, которые ему дали «добрые» люди из города. Гнилозубу досталась вся остальная туша, и он явно был не против этого. Если принять во внимание, как жадно он набросился на еду, можно предположить, что в дикой природе они нередко за неё дерутся, а тут дармовой хавчик.
Пока Торесар ужинал, он вспоминал, что может располагаться за морем, и единственное, что приходило на ум – замок Хаудалае. Знакомый ему по россказням эльфов и путешественников, это был заброшенный замок, заброшенный настолько давно, что даже пыль этого замка не помнит, кто там жил последним. В таких местах всегда было много темной силы и знаний, а также древней и могущественной нежити. Вполне возможно, что и осколок камня может оказаться там, а также возможно, что и Лиир избрал этот замок своей целью. Не было ни одного аргумента против того, чтобы не наведаться туда. Некромант укладывался спать в хорошем настроении, он теперь знал, что делать ему дальше.
Когда взошло солнце, старик оседлал своего верного трупоеда и повел его в обход моря на другой его берег. К мрачному, древнему и заброшенному замку.
Лиира и след простыл, некромант растворился в ночи и отправился по своим ведомым только ему делам. Торесар же держал путь туда, куда за последние тысячелетия рискнули сунуться только бесбашенные Фум и Сетандра. Причем, это была идея Сетандры.
Итак, Торесар поехал навстречу приключениям под палящим солнцем Красных Пустошей. От моря веяло прохладой, а вода была настолько кристально чистой, что можно было разглядеть резвящихся на мелководье золотистых рыбок. Подальше от берега море резко уходило в глубину, и там, на дне, вырисовывались причудливые очертания каких-то подводных строений, где обитал загадочный морской народ. Изредка из воды высовывались хохочущие сирены и, брызгая в некроманта водой, скрывались в морской пучине. Под копытами трупоеда скрипели осколки стекла – свидетельство неистовой ярости обоих солнц Алариса. Утро начиналось с восхода голубой звезды, и когда она приближалась к зениту, всходило красное солнце – и вот тогда начиналась настоящая жара. Некромант добрался до края пустыни лишь к вечеру, когда красное солнце заходило за горизонт, он был измучен жарой, все его припасы воды довольно быстро закончились. Не дойдя до ворот замка каких-то двух миль, трупоед вдруг издал судорожный звук – и повалился на землю, чуть не придавив собой Торесара. Вздохнул и больше не шевелился.
Старик встал на ноги через некоторое время и взглянул на трупоеда с некоторой печалью в глазах. Он использовал существ и людей ради личной цели и нередко жертвовал ими даже по безделице, но к этому существу некромант успел привязаться. Некроманту было грустно оттого, что действительно верное ему существо так глупо умерло, до конца выполняя нетипичную для себя задачу.
- Это мое наказание за то, что я отбился от догм Джергала? – Спросил сам себя некромант, приседая рядом с трупом Гнилозуба и гладя его грязную шерсть. – Наказание за изучения искусств бледных владык, то, что все близкие мне существа либо предают, либо умирают?
Посидев так минут пять и продолжая все это время гладить шерсть мертвого товарища, Торесар наконец встал на ноги, произнес короткую заупокойную молитву и двинул дальше пешком, воскресать трупоеда в виде зомби было бы сейчас слишком кощунственно для некроманта.
Впереди высился древний и давно покинутый даже призраками замок Хаудалае – так его называли в эльфийских легендах. Над замком горело красное марево заходящего солнца, на ветхих каменных стенах плясали зловещие отблески. Торесар остановился перед старым, как сам Аларис, мостом, чудом сохравнишемся, хотя и испытавшем на себе разрушительную силу времени. Этот замок фигурировал в легендах многих народов Алариса с различными вариантами названия, но суть почти всех легенд сводилась к тому, что это место проклято и покинуто не просто так. Редкие путешественники, рискнувшие взойти под древние своды, либо не возвращались в родные края, либо возвращались абсолютно сумасшедшими. Этот замок был окутан тайнами и страшными легендами, и никто – никто! – не знал истинную его историю, ибо он был забыт и покинут еще до пришествия эльдар. 
Черные шпили замка пронзали небеса, а вокруг расстилалась мертвая пустошь, словно сама мать-природа не пожелала облагородить эти земли. Торесар отчетливо ощущал мрачную энергетику замка, сохранившуюся сквозь века, но ничего похожего на жизнь он не чувствовал. И смерти тоже здесь не было, только... пустота и страх. Да, в этом замке жил страх, но странный, нечеловеческий, космический… Это был страх религиозный, страх перед бесконечностью Вселенной и ужасами Сотворения этого мира. Торесару показалось, что прежние хозяева этого замка могли верить в нечто такое, что до сих пор колышет Имматериум отголосками какой-то невероятно чудовищной религии. В общем, колоритное местечко, ничего не скажешь…
На другой стороне моста были видны покосившиеся ворота, отлитые из почерневшего со временем металла. На воротах виднелся литой барельеф – странное негуманоидное существо, от одного только образа которого веяло потусторонней нечеловеческой силой. Существо было похоже на клубок щупалец, на каждом конце которого располагался всевидящий глаз. Вроде бы и незамысловатый рисунок, но Торесар почувствовал, как у него по коже побежали мурашки. В кроваво-алом свете заходящего солнца странный религиозный барельеф казался зловещим воплощением верований местных обитателей. И что-то подсказывлао Торесару, что это не просто бог, которому поклонялись хозяева замка… Возможно, этого бога давно нет в этом мире, но страх перед его могуществом живет здесь до сих пор. Загадка на загадке – все по закону жанра…
Побывавшие здесь недавно Фум и Сетандра не обратили внимания на ворота, но зато увидели несколько изображений этго существа внутри замка. Фум сказал, что на его родной планете этот бог носит имя Ньяр Осквернитель и больше известен как «Бог последнего мига Вселенной», и поклоняющиеся ему сектанты довольно зловещие религиозные фанатики, исповедующие какую-то странную религию… Эльдары, если б увидели такое, сказали бы, что это явно что-то из порождений Хаоса, символ вечного страха перед смертоносным Имматериумом. Ящерики, обитающие в болотах Алариса, назвали бы его Богом единым в Творении и Разрушении, лунные жабы осмеливаются лишь раз в столетие произнести одно из имен этого древнего, как сам мир, существа, эльфы вообще наложили запрет на разговоры об опасной и разрушительной религии… Пожалуй, во всей Галактике нашлось бы немало последователей культа «Бога последнего мига Вселенной», до чьих планет докатились энергетические отголоски Творения… И только простой американец с планеты Земля, Джек О’Нилл, увидев рсиунок, воскликнул бы: «Ба, да это же Асвад – точь-в-точь как в день нашей первой встречи!»
Старик был заинтригован, сильно заинтригован, даже страх перед необыкновенной силой этого места был не так силен, как его любопытство. Он даже не сразу осознал, как перешел мост и с детской непосредственностью разглядывал барельефы на воротах замка, как ребенок смотрит на змею за стеклом, осознавая, что ничего не будет, но все равно инстинктивно испытывая страх.
- Какие же секреты хранятся в тебе, великий замок Хаудалае? – спросил некромант пустоту. – Какими тайнами ты можешь со мной поделиться? Какую ужасную историю помнят твои стены?
Торесар ясно понимал, яснее, чем когда-либо, что именно здесь он сможет найти новые знания и увеличить свои силы для борьбы с демоном Лиира. Возможно, тут найдется и ответ на его видения, на роль Лиира в кончине мира. Некромант решился войти во врата замка, ибо страх ничто по сравнению с его целью.
Скрипнув, старые ворота отворились. За ними был пустынный внутренний двор, полный пожухлых мертвых растений и вымощенный пострескавшейся от времени каменной плиткой. Кое-где угадывалась существовавшая некогда дорожка, ведущая к замку. Возможно, при наличии воображения можно было бы представить этот сад цветущим и полным жизни, с прекрасными подстриженными аллеями и журчащими фонтанами, но теперь это было всего лишь мрачное мертвое место, символично напоминающее о неизбежной смерти всего, даже самой вселенной.
- Прекрасно, - благоговейно произнес некромант. – Тут нет ни жизни, ни смерти, это место давно встретило свою кончину. Великолепная пустота и вечный покой, а что внутри?
Сжигаемый нетерпением, Торесар чуть ли не бегом побежал по плитке в сторону самого замка, ему не терпелось увидеть все те загадки, что хранит этот замок, все те знания, все те великие следы, которые станут ему полезны, все те ответы, которые он надеется получить.
Некромант приблизился к обветшалым древним стенам и увидел, что массивные чугунные ворота замка распахнуты словно в пригласительном жесте. Он даже не догадывался, что еще прошлой ночью здесь были посетители – мрачная энергетика замка стерла все следы пребывания Фума и Сетандры. Зайдя внутрь, Торесар оказался в просторном зале со сводчатым потолком и арочными проемами, ведущими в другие части первого этажа. Посередине зала стояла широкая лестница с раскрошившимися от времени каменными ступенями. Было темно, и единственным источником света был угасающий день снаружи.
Некромант сначала неторопливо расхаживал по пустому залу, изучая данное архитектурное сооружение, в глубине души дивясь мастерству людей (или нелюдей), построивших Хаудалае. Энергетика этого места нисколько не отталкивала некроманта, она казалась даже знакомой мастеру смерти, но немного чужой. Однако он добрался до этого места не для того, чтобы восхищаться искусством неизвестных зодчих, а чтобы найти знания или силу, или того и другого.
Первым делом Торесар решил исследовать первый этаж и пошел к ближайшей арке, надеясь найти библиотеку, усыпальницу или вообще что-нибудь полезное.
Под ногами его что-то звякнуло. Опустив глаза, Торесар увидел старую масляную лампу, брошенную кем-то впопыхах. Это Сетандра и Фум оставили ее здесь, убираясь прочь из замка. Сетандра обзавелась светящейся рапирой и выбросила бесполезную лампу куда придется.
Некромант поднял эту лампу и с интересом провел по ней рукой.
- А… значит, ты жива, - произнес он с небольшой улыбкой.
Эта эльфийка была здесь, а значит, с большой вероятностью здесь был и Лиир.  Уверенность, что он на правильном пути, укрепилась у старика. Если Лиир искал силы, он должен был быть здесь. Что сказать, каков учитель, таков и ученик, некоторые мысли у них могут быть одинаковы. Правда, было ещё что-то, кто-то, точнее говоря, не Лиир был рядом с эльфийкой.
- Дракон? – удивился старик, вспомнив Кхвааргаша, хотя след близко был не его. – Что-то слишком многие вмешаны в это дело. Ладно, надо продолжить поиски.
Отбросив лампу в сторону, некромант пошел дальше.
Некромант отлично видел в темноте и довольно скоро обнаружил, что лишенные дверей помещения первого этажа не блещут многообразием. Стены изнутри обветшали, краска осыпалась, кое-где не хватало каменной кладки… Никакой мебели не сохранилось (по крайней мере, внизу), равно как и дверей. Торесар не нашел ничего интересного, разве что кое-где частично сохранившийся настенный декор, а также пару окаменевших деревяшек… Как выяснилось, на одном только первом этаже было немыслимое количество секретных закутков, галерей, переходов, чуланов, люков в подземелья и прочих таинственных мест. Словом, рай для путешественника и историка. И все было бы замечательно, не будь в этом месте какой-то жуткой потусторонней ауры.
- Понятно, - подумал вслух некромант. – Теперь ясно, почему это место сторонятся, атмосфера тут не из легких.
Решив не торопиться с изучением потайных ходов (мало ли куда они заведут), Торесар решил сначала посмотреть, что есть на следующем этаже. Вообще, прежде чем искать тайное, некромант предпочитал посмотреть сначала на явное.
На втором этаже его встретило несколько пустых залов с обшарпанными стенами, на которых кое-где сохранились полустершиеся фрески, изображавшие людей и полулюдей, последние имели рога, копыта и откровенно звериные морды. Пройдя несколько залов, Торесар догадался, что фрески эти некогда изображали летопись замка, хронологию событий и вообще семейную историю. Частично сохранившиеся фрески рассказали о людях, живших в этом замке, и о несчастье, которое постигло их. Не все фрески относились именно к истории замка, встречались и те, что изображали ландшафт далеко за его пределами. Некромант уже побывал на плато Лэнг и узнал почти точный рисунок каменного монастыря без единого окна, поэтому смог определить по картинам, что история замка Хаудалае и демонического плато тесно переплетены… Владельцы замка определялись бесспорно – по богатой одежде и символам власти в руках. Были еще изображения существ, похожих на хозяев, но они были бедно одеты и изображались в окружении какого-то пустынного ландшафта. Рогатые копытные полулюди и каменные деревушки со зловещим зеленым светом в окнах встречались почти на каждой стене. Тут были батальные сцены, в которых копытные создания сражались с какими-то другими, еще более страшными существами с других планет, например, с огромными красными пауками. Было тут запечатлено и прибытие каких-то… людей? - на пирамидальных кораблях, и порабощение Лэнга властелином Ра. О том, что это именно Ра, можно было судить по пирамидке с высеченным на ней глазом, которую инопланетный властелин держал над головой обеими руками. Потом на смену Ра пришли какие-то неведомые жабообразные твари со склизкими туловищами, обитающими, как можно было судить по фреске, на единственном спутнике Алариса. Эти мерзкие создания почитались лэнгцами как боги. Копытные обитатели Лэнга возносили им молитвы и отдавали в услужение своих лучших мужчин, которых жабообразные употребляли в еду. Обиженные тем, что хозяева замка Хаудалае не признают их, как равных, копытные рогатые создания – явно их дальние родственники – взмолились своим жабообразным богам о мести. И тогда жабы прилетели на своих биокораблях и… на этом история обрывалась, неизвестный художник не успел запечатлеть то, чем закончились переговоры хаудалайцев с жабами. Последняя фреска в пустом коридоре изображала, как с небес падают белые капсулы – бионические корабли жабообразных. Далее анфиладой шли комнаты с пустыми неразукрашенными стенами. При должном наличии воображения, несложно было догадаться, какая участь постигла хозяев замка.
Разборки хозяев замка с жабообразными давно стало частью древнейшей истории Алариса, с которой прошлой ночью невольно ознакомились Фум и Сетандра, но Торесар понял главное – то, что не смогли понять дракон и эльфийка, хоть и увидели немало намеков на это. На одной из стен Фум тогда заметил лишь изображение сгустка щупалец и сказал, что так в его мире изображают некоего Ньяра Осквернителя, бога «последнего мига Вселенной». Сетандра же знала, что в легендах эльфов встречается некий страшный и неведомый бог с похожим именем – Ньярлатхотеп. Поговорив об этом, они думали уже совершенно о другом, и лишь Торесар уловил нечто главное, что было неотъемлемой и самой важной частью истории Хаудалае. Как можно было судить по фрескам, хозяева замка были культистами одной древней и довольно деструктивной религии, суть которой сводилась к поклонению таким жутким и опасным силам, которые страшно было вообразить. Культисты «последнего мига Вселенной» верили в то, что вселенная была создана не из ничего, как полагают сторонники «научной ветви», а стала лишь побочным эффектом эпохальной битвы богов. Разумеется, подобная точка зрения нашла мало откликов на всевозможных планетах и большинством разумных существ определяется коротко и просто – ересь.
Подобные ереси делятся на два культа. Культ Первоубийцы поклоняется некоему первосуществу Хеиму, который, по их верованиям, хотел "освободить" всех, уничтожив мир, который он, как и его последователи, рассматривали как узницу, тюрьму, бессмысленную и полную страдания. Естественно, что их устремления не находят сочувствия, и культистов беспощадно выслеживают и уничтожают, благо они дают о себе знать массовыми убийствами и разрушениями. Второй культ почитает некоего Аххазу, другое первосущество, идейного противника Хеима, который признавал аргументы Хеима (оптимистов-пустотников нет принципиально; все уверены в порочности сущего), но пытался не дать ему уничтожить мир, так как считал любую альтернативу хуже, а из страдания черпал силу, как в бессмысленности находил предназначение.
Мнения культов тут расходятся. Убийцы считают, что Хеим убил Аххазу и уничтожил старый мир, но что-то (что именно - тут секты разнятся во мнениях и учениях) пошло не так, и мир оказался "недобитым". Цель Убийц, стало быть, его "добить", уничтожить полностью, вычленив то самое "что-то", сберегшее мир, и устранив его. Хранители полагают, что Аххазу успешно противодействовал Хеиму, и то ли все равно пал от его руки, спася мир, то ли прячется где-то, довольный результатом (некоторые даже абсурдно веруют, что Аххазу случайно спас мир и обезвредил Хеима; четвертые веруют в еще больший абсурд, что Хеим проникся идеями Аххазу и не тронул вселенную). В любом случае, цель Хранителей - противодействовать Убийцам и проникаться страданием и бессмысленностью, самыми темными сторонами вселенной. Убийцы сотрудничают с духами Пустоты, уничтожая себя и Вселенную, Хранители же пытаются договориться с духами Пустоты, отстрочить либо вовсе отложить уничтожение Вселенной в обмен на поклонение.
Все это Торесар знал из своих странствий и общения с культистами различных религий. Он не знал точно, но скорее почувствовал, что существо, явившееся ему в Неведомом Кадате, имеет прямое отношение к культу «последнего мига Вселенной» - значит, верования культистов не так уж беспочвенны, хотя за тысячелетия успели обрасти ересью и суевериями. Ясно было одно – хозяева Хаудалае исповедывали одну из ветвей «последнего мига» - неважно какую. Затем им пришлось оставить свою религию и подчиниться новым богам, прилетевшим на пирамидальных кораблях. Когда боги ушли, пришли жабы, «натравленные» на Хаудалае копытными обитателями плато Лэнг. И замку, и его обитателям пришел конец, однако их души, укрепленные ритуалами поклонения неведомым темным богам Небытия, продолжали обитать в замке и изменять его энергетику. А потом исчезли и они, однако эта мрачная атмосфера страшного потустороннего культа так и осталась здесь навсегда, превратив это место в не-мертвую пустоту.
Больше на втором этаже ничего интересного не было, кроме каких-то полусгнивших остатков мебели. Третий этаж состоял из пяти башен, соединенных между собой узкими галереями, но все они оказались пусты, лишь в одной из них прошлой ночью Фум обнаружил то, что давно искал – красивое искусно выполненное панно (правда, местами облупившееся), изображавшее, что некая древняя богиня принесла с собой могучий артефакт из далеких земель и теперь спит, охраняя его, в древней подземной гробнице. Торесар тоже увидел панно и понял гораздо больше, чем Фум и Сетандра, он узнал в руках богини каменную пирамидку с глазом – ту самую, что принес с собой инопланетный властелин Ра. В центре панно стояла прекрасная богиня – Лилит. Нетрудно было догадаться, что это за женщина и что за камень она держит. По бокам более мелкие картины изображали, как Лилит разбивает камень, и как осколки падают в бескрайнее море с высокой скалы. Ниже, под ногами богини, помещалось маленькое изображение каменного саркофага, в котором лежала Лилит с закрытыми глазами и сложенными руками на груди. Она была прекрасна, как ангел, и совсем не напоминала всемогущую разрушительницу. 
В каждой башне имелась винтовая лестница, ведущая выше, но, наскоро обшарив их, некромант не нашел ничего интересного, кроме сгнивших остатков книг, кучи пыли и пепла, да еще каких-то ненужных безделушек. Наверху одной из башен, под прохудившейся крышей, было сыро и холодно (как, впрочем, и во всем замке). А Торесар переваривал полученную только что информацию, пытаясь составить из них логичную картину. Но кусочки паззла как-то не складывались: Глаз Ра – Хаудалае – культисты – инопланетные боги – пирамиды – Лиир – демон – видение… То ли не хватало какого-то кусочка, то ли Торесар двигался не в том направлении.
Некромант присел на одну из уцелевших в схватке со временем лавок, дабы дать отдых своим уставшим ногам и подумать основательней об увиденном. Он и не представлял, что узнает так много, он и не догадывался, что в этом замке содержится едва ли не история этого мира, и уж тем более не полагал, что он будет связан с плато Лэнг. Хозяева замка навлекли на себя беду, поссорившись с копытными Лэнга и их властителями и были уничтожены, что вполне предсказуемо. После культа «конца вселенной» местные перешли под покровительство Ра, одного из лжебогов, которых называли гоа’улдами. Неудивительно, что хозяева замка ничего не смогли противопоставить обитателям луны, ибо на тот момент Ра уже покинул их, либо просто проигнорировал, для таких, как они, людские жизни просто игрушки, и рисковать войной с другими «богами» они бы просто не стали.
Впрочем, у них оставалась какая-то сила, ещё со времен проповедования культа, это очень хорошо ощущалось. Такая атмосфера в каком-либо месте могла появиться только после долговременных и постоянных магических ритуалов, в том числе и религиозных, а это уже внушало надежду, это говорило, что в замке определенно что-то можно найти. Но, что относительно цели Торесара, ответы ему так и не пришли, только больше вопросов, как все это было связано, и откуда здесь появилась Лилит, и зачем она разбила камень? То, что камень на фресках и был камнем Ра, сомневаться не приходилось.
- Смерть мира, хм…. – Задумался старик. – Замешаны ли здесь последователи Хейма? Однако причем здесь Лиир, и что за демон держит его душу? Лилит… а что если демон Лиира - это и есть Лилит?
Некромант резко встал и испуганно посмотрел куда-то в пустоту.
- Нет, не может быть… чего-то не хватает, мне нужна ещё информация.
Дабы достать недостающий кусок паззла, некромант решил изучить потайные ходы замка, именно за ними старик надеялся найти самые темные тайны и знания этого замка и надеялся, что среди них будет и нужный ему кусочек паззла.
Он бродил по замку добрую половину ночи. Ему никто не мешал, и даже завывающий в коридорах вечный сквозняк словно старался вести себя потише… Остальные находки вроде старых ритуальных камней, новые фрески и мелкие предметы быта только подтверждали его догадки: жители замка исповедывали культ «последнего мига Вселенной», были порабощены гоа’улдом Ра, а затем уничтожены лунными жабами. Однако никаких упоминаний о дальнейшей судьбе Лилит и осколков «Глаза» он не нашел – видимо, таинственные древние художники сами этого не знали и черпали свои знания из легенд. Что было правдой, а что – мифическим вымыслом, сложно было сказать. Но история на фресках прекрасно стыковалась с его собственными догадками и кое-какими историческими познаниями об Аларисе, а также тесно перекликалась с преданиями лесных эльфов.
«Похоже, тут больше делать нечего», - подумал старик, осматривая новую фреску, бесполезную уже для него. – Есть ещё место, где могут прятаться тайны… и мертвые. Было бы неплохо подчинить могущественную нежить».
Старик отправился в подвалы замка. Подвал был типичнейшим. Темно, сыро, пыльно. Под ногами хлюпает вода, каменные стены и сваи поросли мхами и лишайниками. Пахнет гнилью и землей. Торесар заметил, что подвал некогда был завален всяким хламом, от которого сейчас остались только полусгнившие составляющие. Кое-где подвал был затоплен больше, кое-где – меньше, а у дальней стены вообще пол шел под уклон, да так, что в мутной воде невозможно было разглядеть дна. Соваться на эту неизведанную территорию, куда более тысячи циклов не ступала нога живого существа, было по меньшей мере неразумно. Подвал был большой, глубокий, состоял из множества закоулков и комнат, но почти везде воняло тухлятиной, плесенью и гнилью. От древних каменных стен веяло могильным холодом. Блуждая по подвалу, Торесар увидел еще одну стену, разрисованную символом бога Ньяра Осквернителя – стилизованный клубок щупалец с присосками, как у осьминога. Символ занимал всю стену и местами стерся и потускнел, но не узнать его было невозможно. В этой же стене был арочный проем, ведущий в полузатопленную маленькую… часовню. По крайней мере, Торесару это темное мрачное и сырое помещение напомнило ритуальный зал безоконного монастыря: покосившиеся каменные скамьи вдоль стен, резные барельефы, сводчатый потолок и черный провал на месте алтаря… Должно быть, это действительно молельный зал, ибо стены его, помимо барельефов, были исписаны немыслимым количеством молитвенных текстов на разных языках. Торесару был знаком единственный из языков, употребляемых в настенных письменах – это был язык его мира, на нем взывали к богу Джергалу его культисты. Странно, почти невозможно, но это действительно было так. Тут-то Торесар и понял, что религия гораздо теснее связывает миры, нежели гипердвигатели и научные технологии. А язык, как говорится, доведет даже до неведомого мифического города Киева.
Итак, над черным провалом, на дальней стене плясали дрожащие зловещие буквы, напоминающие руническое письмо. Текст гласил:

«Время убивает ложных богов.
Ложные боги исчезают в Небытие.
Лишь истинные Боги вечны, как само Время.
Время не может убить истинного Бога, ибо истинный Бог и есть суть Времени.
Лишь в Пустоте нет Времени.
Ибо Пустота есть абсолютное Ничто.
Ложные боги превращаются в Ничто.
Ра покинул наш мир.
Лилит ушла в Пустоту, оставив взамен свою Тень.
И лишь великий Ньярлатхотеп пребывает с нами на пути Вечности.
Страж, оставленный Лилит, охраняет последнего ложного бога этого мира.
И день, когда ложный бог будет освобожден, станет началом конца.
Лишь тот, кто верует в истинных Богов, будет вознесен в Мир более великий.
Храни веру свою.
Молись и проси о Вознесении.
Ибо настанет день, когда ложный бог погубит этот мир.
И не будет уже ни дня, ни ночи».

Далее шло перечисление имен всех древних богов, в которых верили культисты: «Ктулху, Азатот, Дагон, Гидра, Ньярлатхотеп, Йог-сотот, Шаб-Ниггурат, Хастур, Йиг, Цатоггуа, Гхатанотоа, Нар-Марратук, Голгоротх, Тсог-Оммо, Бокруг, Уббо-Сатхла, Даолот, Йа-Голонак, Битис, Итаква, Рлим Шайкортх, Рхан-Тегот, Афум-Зах…» Тысячи их.
Из текста было ясно следующее: Лилит, некая «ложная богиня», принесла на планету артефакт другого «ложного бога» Ра, разбила его, а сама покинула планету, оставив некоего «стража» - Тень. Этот страж охраняет какого-то «последнего ложного бога» - уж не о Ра ли идет речь? Вряд ли – ведь о Ра написано, что он тоже куда-то исчез. Значит, культисты верили, что на планете остался еще один «ложный бог», освобождение которого грозит апокалипсисом. «Не будет ни дня, ни ночи» - очень укладывается в то, что видел Торесар. Но причем здесь тогда Лиир, если речь идет о каких-то инопланетных «ложных богах»?... Что это – правдивое пророчество или просто религиозная «страшилка» для тех, кто потеряет веру в Ньярлатхотепа и компанию? Второй вариант вполне возможен, учитывая специфику религиозных сект. А может быть, это ложь, смешанная с правдой. В любом случае, у Торесара не было возможности узнать правду, но кое-что важное он уже знал: если верить культистам «последнего мига», Аларису действительно грозит опасность, если некий «ложный бог» будет освобожден. Значит, надо уничтожить этого «бога». Но планета большая, и гробница Лилит может быть где угодно! Разве что…
Торесар вспомнил, что в то время, когда Лиир еще не взбунтовался против него, он слышал от своего ученика о некой «гробнице демонов» в Солнечных лесах, недалеко от города Эарутни, где якобы были заточены самые страшные ужасы Алариса. Один из таких «ужасов» был лично загнан Лииром в его вечную тюрьму. Если оно действительно так, стоит начать проверку именно с этого места.
Однако некроманту не сильно улыбалось возвращаться опять в леса эльфов, учитывая, что его там не особо привечают. Ему в какой-то мере повезло, что он покинул лес в прошлый раз, не будучи утыканный стрелами, как еж иголками. Впрочем, среди эльфов было достаточно здравомыслящих личностей и достаточно авторитетных, вроде той старухи Кираэль.
- В любом случае, у меня выбора нет, - подумал некромант. – Но сначала надо записать всё, что я прочел в фресках. Жалко, что нечем… и припасов явно не хватит… черт.
Кажется, недовольство Торесара по поводу ещё одной встречи с эльфами легко закрывается необходимостью пополнения припасов, да банально нужно было спросить дорогу.
Выйдя из замка, старик отправился на север, ему предстояло обогнуть море и пройти сквозь Солнечный лес до гробниц, о которых рассказывал его ученик. Единственное, на что он надеялся, так это на то, что эльфы согласятся обменять знания, полученные им в Хаудалае, на проводника и припасы для нового путешествия.
За последние сутки этот замок посетили трое. И каждый вынес оттуда что-то ценное для него, отдав что-то взамен. Сетандра нашла рапиру своей матери, но ничего не поняла о грядущей кончине мира. Фум узнал символ Ньяра Осквернителя и заподозрил неладное, чем обрел осторожность в действиях, но остался без артефакта. Торесар же не нашел ничего материального, но он обрел больше, чем Фум и Сетандра вместе взятые – бесценный багаж знаний и план действий. Теперь он знал о грядущих страшных событиях намного больше, чем любой житель этой планеты. Ведь ни у кого не было желания подробно изучить фрески Хаудалае…

0

63

- Вот мы и на месте, - пробурчал себе под нос маг, когда бронт, ломая под собой молодые заросли, вылетел на небольшую полянку у подножия скал.
Лиир поднял глаза и посмотрел на острые пики, впивавшиеся в облака. Желание карабкаться по отвесным скалам сразу начало уменьшаться, а разум начал искать другие возможные пути решения вопроса о поисках транспорта.  Маг спрыгнул с бронта и окинул взглядом густой лес, который его обступил. Надеяться на глаза здесь было опасно и, вытянув руку с посохом вперед, четко произнес формулу заклинания:
— Life in the dark, - зазвучали эхом слова древнего заклинания.
И улыбка сразу отразилась на лице мага. Решение было найдено.
- Ты какую именно кровь предпочитаешь? - ментально маг обратился к своему напарнику.
Недалеко он чувствовал охотников. Три тела приближались к нему. Они двигались профессионально и, похоже, пока не подозревали, что их уже заметили. Девушка, парень и крепкий мужик. Возможно, их было и больше, но в переделе пятидесяти метров некромант чувствовал только их.
- Человеческую! – тут же прозвучал нетерпеливый ответ. – Лучше всего эльфийскую. Насколько я знаю, это леса эльфов. Пообедать эльфом было бы идеально.
- Хорошо, - подвел итог маг и принялся за колдовство. Ему было все равно, кто его противник. Даже к слабому бою он готовился как к последнему бою перед вратами замковой цитадели.  - Гириндо кола, небирос. Даикарас хин которг, — зазвучало заклинание, поднимающее вокруг мага щит, и, не прерываясь, переросло во второе заклинание, -  Алканфас хинтоколар дереб, - после которого все вокруг затянула тьма.
Существа попали в ловушку мага, и уйти теперь было не то что сложно, а практически нереально. В окутавшей лес тьме уже никто не мог увидеть, как бронт под заклинанием мага превратился в фурлифа, а легкие одежды мага в тяжелую  броню.
Эльфийские охотники, выискивающие в Солнечных лесах мелкую дичь, немало всполошились, когда внезапно опустилась ночь. Они планировали успеть в деревню сразу после заката, но, видимо, задержались. Они стали осторожно отступать в сторону реки.
- Фурлиф, тени, гоните их на меня, - приказал маг, и сразу добавил, - фурлиф, в бой не вступать. Два существа нырнули в лес и практически бесшумно понеслись наперерез охотникам. Некромант точно знал, что для фурлифа такие существа на один зуб, а одно из них нужно было взять живым.
Когда эльфы наконец поняли, что их атакуют какие-то темномагические существа, в ход пошли стрелы – и обычные, и магические. В темном лесу приходилось стрелять буквально наобум, но один догадался зажечь факел – возможно, сила живительного огня отпугнет нечисть.
Лиир аж прикусил губу, когда одна из магических стрел чуть не задела фурлифа. В голове пронеслось гневное «Ах так», за каким последовала команда теням — дальняя дистанция, и шептать: «Фурлиф, на свое усмотрение». Маг вступал в игру.
Тихий шепот заклинания - и заклинание лезвия тьмы метнулось вперед, рассекая все на своем пути. Маг целился в юношу, но ветки и листва на пути заклинания должны были немного его ослабить, так что парень должен был быть тяжело раненым, но не убитым.
Темноту леса прорезал звонкий вскрик – лезвие воезилось парню в грудь, и он стал медленно оседать на землю. Далее закричала девушка и кинулась поддержать падающего молодого эльфа. Старший бородатый эльф яростно выругался и пустил стрелу прямо в центр приближающегося теневого клубка.
Один из магических слоев, издав скрип, разлетелся, отразив стрелу.
- Фурлиф, он твой, - отдал приказ своему пёсику, и тот, вырвав когтями клочки земли, рванул к своей добыче, к самому большому  из охотников, норовя вцепится  тому в глотку. Дистанция была приличной, и маг решил помочь своему подопечному. Еще одно лезвие со свистом рассекло воздух, устремляясь в широкую грудь охотника.
Заклинание мага ударило первым, заставив мужчину чуть развернуться, и фурлиф в своем броске чуть промахнулся. Вместо того, чтобы разорвать глотку врагу, он лишь смог в броске глубоко разорвать ему шею, добравшись до одной из артерий. Кровь фонтаном вырвалась, наружу орошая окружающее пространство, но стоит отдать должное - охотник тут же зажал рану, но остановить кровь он не мог. Похоже, он не обладал магией, а подручными средствами  залатать такую рану было невозможным. Ему оставалось прожить несколько минут, и это он понимал.
Фурлиф же после своего прыжка пролетел еще метров пять, приземлился на землю и сразу приготовился к новому рывку, но медлил. Существо чувствовало, что маг доволен. Он добился того, чего хотел, и теперь готовое выполнить команду его существо ждало своего часа за спиной врага.
Лиир быстро приблизился к троице. Он оценил поле боя и окружающую обстановку.
- Хорошо, - маг подошел к охотнику, который еще оставался живым, но из-за кровопотери уже ничего не мог сделать, и, вытянув своего нового друга из сумки, положил на плечо охотника.
- Можешь поесть, но не затягивай, нам скоро снова в дорогу.
Легким жестом некромант развеял заклинание тьмы, окутывавшее пространство, и подошел к парочке. Девушка держала голову парня у себя на коленях и, всхлипывая, еле сдерживала слезы. Она одна единственная не пострадала физически в этой схватке, но чувствовала себя беспомощной.
Лиир посмотрел на парня. Рана была серьезной, но если принять меры, он бы мог выжить или же протянуть намного дольше. Дольше рассматривать картину у него не получилось.  Еще один слой защитного заклинания разлетелся, отражая кинжал, брошенный в мага. Чего и стоило ожидать от охотницы. Меткий бросок, но этого было недостаточно.  Блестящая сталь упала к ногам мага.
- У тебя еще много таких игрушек? - задал вопрос некромант, обновляя свой щит.
Девушка аккуратно переложила голову парня на землю и медленно, как зомби, встала, вытаскивая из-за пояса еще один кинжал. На ее прелестном личике больше не было заметно слез, взгляд стал отстраненным и жестоким.
- Мой брат не был твоим врагом, - прошипела она. – Но ты забрал его жизнь, колдун. И жизнь моего отца. Мой долг – отомстить за их смерть. Если этого не смогу сделать я, тебя ждет возмездие Айки.
Тем временем червь, оставленный Лииром на время «ужина», проявил невиданную ранее прыть. Убедившись, что Лиир отвлечен на молодую эльфийку, он взвился в воздух, скрутился спиралью, а затем, резко вытянувшись в стрелу, спикировал точно в шейную артерию умирающего эльфа. Тело охотника конвульсивно дернулось и замерло, а червь скользнул внутрь его шеи и умильно зачавкал, ползая под кожей своей жертвы.
- Его жизнь еще не забрана, и дальнейшая судьба его зависит только от тебя, - маг откинул полу плаща так, чтобы девушка увидела, что его тело заковано в доспех, и вынул из ножен свой меч. Колдовская сталь сверкнула синим отливом в свете луны.
- Я предлагаю контракт. Его жизнь в обмен на твою, - вообще-то маг мог спокойно забрать обе жизни, но медальон на шеи у девки привлек его внимание.
Фурлиф, присвечивая путь светом со своей пасти, как верный пес, подошел к своему хозяину. Вирин, который рассматривал окрестности, также вернулся к хозяину, чуя заварушку, и занял позицию над девушкой.
Эльфийка была очень похожа на Сетандру. Впрочем, у всех лесных эльфиек был один и тот же внешний типаж: хрупкое телосложение, небольшой рост, длинные светлые волосы, большие зеленые глаза, бледная кожа. Их всех запросто можно было принять за сестер, а то и спутать друг с другом. Лишь к глубокой старости эльфийские женщины обретали какое-то подобие индивидуальности. А еще, что было удивительным, только эльфийки-женщины владели магией. Мужчины были напрочь лишены этой способности.
Девушка решительно сжала рукоятку ножа, а затем резко нагнулась и подняла оброненный юношей короткий меч.
- Если я умру, некому будет помочь моему брату! – воскликнула она. – Я не верю твоим обещаниям, колдун! Зачем тебе вообще нужны наши жизни?! – в голосе эльфийки зазвучало отчаяние. Ну еще бы – она осталась одна посреди мрачного леса, в компании сильного колдуна и его зверинца.
Маг ментально позвал теней и отдал им приказ к копированию. А дальше началась пьеса. Маг очень желал, чтобы все удалось.
- Верить или не верить, твое право, - маг отточенным движение поднял меч на вытянутую руку, направив острие на эльфийку, метя в ее сердце.
Тени тут же в воздухе сплелись в несколько копий меча некроманта. Во тьме различить, где копия, где оригинал, было невозможно, а остаточная магия в тенях делала их ощутимыми, так что даже магам было тяжело отличить их от колдовской стали. Три клинка с разных сторон нацелились на эльфийку, еще два скрестили свои лезвия у горла пацана, лицо которого было обильно полито потом и искажено гримасой боли.
- Но слово некроманта тверже слова рыцаря, надеюсь, хоть это ты знаешь.
Маг игнорировал вопросы о том, для чего ему их жизни, да и не в его привычках было объясняться с каждым встречным.
- Ты некромант? – почти прохрипела девушка, растерянно озираясь по сторонам.
Хоть она и была эльфийкой, но еще достаточно молодой и не такой активной, как Сетандра. В ее глазах ясно читался самый банальный страх перед смертью – самое древнее чувство, свойственное всем разумным существам.
- Используй свет… - едва слышно прошептал парень, лежащий на земле.
Эльфийка бросила на него полный боли взгляд и прикоснулась к медальону, который видел у нее на шее и который так заинтересовал Лиира. На медальоне была выцарапана всего одна руна, похожая очертаниями на контур молодого дерева. Кажется, что-то связанное с культом Айки – богини жизни. Медальон вдруг засиял тусклым голубым светом…
- Если ты не оставишь нас, некромант, мы все умрем здесь, в том числе и ты, - сказала вдруг эльфийская девушка, и в ее словах вдруг взялось столько силы, столько уверенности, что страх словно отошел на второй план.
- Ты уверена? - с издевкой спросил маг.
Фурлиф, подтверждая слова мага, безразлично улегся на траву. Подобные диалоги его утомляли, он хотел действий, а просто стоять ему было не по душе. Маг чуть качнул острием меча, и три теневых меча сделали треугольник с лезвий вокруг шеи девушки, но не касались ее.
- Единственная, кто пострадает от магического света, будешь ты, да и твой брат.
Неожиданно эльфийка усмехнулась. Шок ожидания смерти уже прошел, и она постепенно входила в состояние балансирования на грани жизни и смерти, когда ничего уже не страшно.
- Хочешь проверить мои слова, некромант? – с издевкой спросила она. – А что, если я говорю правду, и свет Айки уничтожит тебя вместе со мной? Готов ли ты, не поверив мне, рискнуть своей не-жизнью?... Подумай, колдун. Я уже активировала амулет Айки. Если я умру – умрешь и ты. Готов ли ты проверить это?...
Столь долгий разговор с сущностью, которая не различала разницу в силе, начал надоедать магу. Да и защитные талисманы обычно максимум могли низшую нечисть отогнать. А про убийство речь и не шла. Резким выпадом маг сократил дистанцию и вонзил тупой конец своего посоха в ее солнечное сплетение и сразу добавил выпад заклинанием обессиливания.
Девушка охнула и осела на землю, успев наугад махнуть мечом, так и не задев мага.
- Давай! – прохрипел умирающий парень. – Убей его!
В этот момент в сознание Лиира пробрался знакомый телепатический зов, возвестивший о том, что червь насытился и заинтересовался происходящим.
- Зачем тебе эти человеки? – презрительно прошипел голос внутри его сознания. – Все равно сдохнут когда-нибудь.
Обессиливающее заклинание сделало свое дело. Маг ловким ударом выбил из руки девушки ее короткий меч и вырвал медальон. Правда, для этого пришлось выпустить и свой меч.
- Никогда не угрожай, хочешь убить — убей, но не угрожай.
Маг выровнялся перед девчонкой и намотал ее медальон на свой посох.
- А теперь поговорим, нормально. Я направляюсь в Ейлан, - достаточно большой эльфийский город на пути между текущим местоположением мага и местом, где пропала Сетандра с поля видимости мага. - Мне нужно чтобы ты провела меня в город, - город действительно был защищен магическим барьером, но его и так бы пропустили, но магу было нужно не совсем это, - и там ты своего братка вылечишь.
Эльфийка не ответила. Она с ужасом смотрела на трансформации, происходящие с медальоном, когда тот оказался в руках некроманта. Деревянный каркас пошел трещинами, оболочка раскололась, как скорлупа, и оттуда на темную землю выпало маленькое светящееся семечко… Оно затерялось в траве и погасло. Но вдруг почва слегка забибрировала, и на том месте, где стоял Лиир, пласты земли вдруг стали вспучиваться, словно из-под них наружу рвалось что-то… живое.
Из земли показался гибкий и тонкий прут, от которого стремительно разрастались во все стороны веточки с набухшими почками. Это было больше похоже на ускоренный рост дерева: корнями оно стремительно врастало в землю, а бесконечно множившимися ветвями устремлялось вверх, расталкивая более древних и вполне немагических древесных соседей. Ствол утолщался, обрастал твердой корой, и вот уже странное магическое дерево достигло величины молодого кустарника и продолжало стремительно расти.
- Древо Жизни! – ахнула эльфийка, оказавшаяся по другую сторону куста относительно некрманта. – Оно… действительно существует!
Но магу, похоже, было паралельно до слов эльфийки.
- Уберите их, -  голосом скомандовал некромант, и его существа принялись выполнять приказ. Фурлиф за клапоть одежды потащил в сторону раненого парня, а вирин, вцепившись задними лапами за волосы девушки, почти волоком потянул ее в сторону.
- Ну, что скажешь на это, а с виду был обычный оберег, - уже ментально обратился он к своему другу змеенышу.
Юная эльфийка завизжала, отбиваясь от напавшего, как ей показалось, на нее зверя. Парень особо не сопротивлялся, он вообще, кажется, потерял сознание.
- Пошли отсюда, - лениво откликнулся червь, свернувшись спиралью на теле мертвого эльфа. – Скучно. Нас ждут великие дела, а ты садоводством занимаешься.
Тем временем дерево все разрасталось и, кажется, не собиралось останавливаться. Ствол, перевитый множественными лианами, был уже толщиной в туловище самого Лиира, где-то наверху ветвилась могучая крона, а земля дрожала от врастающих в нее сильных корней. Новое дерево заметно отличалось от других: на нем почти не было листьев, а кора была золотисто-песочного оттенка. В наступившей темноте ночи это было не особо заметно, но все же различия были очевидны: выросшее из маленького семечка дерево явно было чем-то из арсенала эльфийской богини Айки. Достигнув высоты среднего дерева Солнечного леса, оно постепенно замедлило рост, но все равно продолжало увеличиваться в размерах.
Маг подошел к телу эльфа, забрал змееныша и посмотрел на дерево. Что-то знакомое и родное было в его виде. Что-то с его детства, которое было так давно. Он поднял голову и посмотрел на полную луну, вдыхая холодный воздух.
Резкий взмах руки - и два лезвия метнулись к дереву, стараясь отсечь пару небольших веток от могучего ствола.
И – о чудо! – лезвия просто втянулись в кору дерева, отчего то вдруг стало расти еще быстрее.
- Все, пойдем, - нетерпеливо поторопил некроманта червь. – Лесник, тоже мне. Ненавижу лес. Ненавижу эльфов. Мне больше нравилось там, где ты спал, как младенец. Я чувствовал рядом обжигающую пустыню, вот это мне по душе! Впрочем, ха-ха, у меня давно нет души. В общем, проваливаем отсюда, чего тебе эти остроухие? Пускай сдохнут.
Эльфийка тем временем опомнилась и, вырвавшись от хватки фурлифа, на четвереньках подползла к дереву и сковырнула кусочек его коры. И – проглотила его. Затем, сбросив с себя заклятье обессиливания, выпрямилась в полный рост и стала с остервенением отдирать еще больше коры, раздирая пальцы в кровь.
- Уходим, - ментально отдал команду маг своим существам.
И сняв с плеча сумку со змеенышем, подбросил ее вверх. Вирин на лету подхватил цепкими лапками, на которых остались волосы и кровь эльфийки, и рванул подальше. Фурлиф тоже не заставил себя ждать, но напоследок все-таки добил эльфа, которого тащил. И начал очень быстро убираться подальше.
Лиир посмотрел на безумную. Это дерево поглощало магию, и у него была обратная сторона, когда закончится магия, оно вытянет из девушки последние силы и жизнь. Он подбросил ногой ее кинжал, который она ранее метала в мага, и направился прочь.
Маг хотел показаться безразличным, но ему было жалко ее. То, что он изначально задумывал, было не так ужасно, как путь, который она выбрала. Но жизнь ее бы и так оборвалась сегодня, это маг знак наверняка, а также его слова подтверждались злобными красными глазами зверья, которое теперь смотрело ему в спину, но не намеревалось напасть, чуя дух смерти. Маг  скрылся в чаще, намереваясь добраться до стоянки охотников и использовать их среброкрылов.
Еще одних летающих ящеров, точнее, планирующих. Они не могли летать высоко, но хорошо планировали над водой, улавливая потоки теплого воздуха своими большими, почти прозрачными крыльями.
Вскоре стенания эльфийки стихли где-то вдали, и в голове Лиира снова эхом раздался телепатический зов змееныша:
- Надо же, это Древо Жизни оказалось не выдумкой, - сказал он. – Впрочем, какая теперь разница? У эльфов появился очередной объект поклонения.
Если бы эльфийка была сильным магом, она бы продержалась намного дольше, но поскольку она еле дотягивала до среднего уровня, магические силы у нее иссякли настолько быстро, что маг даже не успел ступить и тридцати шагов, и теперь дерево начало тянуть из нее жизненные силы. Маг чувствовал этот поток жизни. Он был медленным, но разорвать цепочку уже было практически невозможно. Лиир сжал зубы и ударил заклинанием увядания. Чтобы трупы, оставленные после схватки, часом не восстали нежитью, и хоть дерево и попадало в зону действия заклинания, он знал, что это ему не повредит.
Уверенным шагом, маг выбрался на берег небольшой речушки и побрел по мягкому песку вверх по течению. К стоянке охотников. Почти сотню метров он пробрел в одиночестве, размышляя над тем, что накопилось в его душе и голове. Уж очень много вопросов у него было, и на них нужно было быстро найти ответы.
Стоянка была на небольшом меандре реки, и три среброкрыла, связанные кожаными уздечками, терпеливо дожидались своих хозяев. На расцарапанной морде одного из ящеров гордо восседал вирин, все также удерживая в лапке сумку мага со змеенышем. Среброкрыл покорно опускал голову, но режущий взгляд требовал реванша у вирина.
http://cs991.vkontakte.ru/u51746888/106427402/x_899e42a0.jpg
Маг призвал свой меч и разрубил уздечки на двух не пострадавших среброкрылах, но твари, недоумевая, просто уставились на мага, они чуяли смерть, но поведение мага как-то сильно отличалось от ожидаемого.
Маг забрал свою сумку у вирина и приказал тому ментально лететь вперед, к городу. А сам потянул на себя поводья третьего среброкрыла, намекая на то, что пора отсюда уходить.
- Куда мы опять премся? – недовольно проворчал змей, которому надоело лежать в темной сумке.
- В город, я хочу понять, как было разорвано заклинание крови, и где теперь цель, но есть очень много вопросов по данному поводу.
Маг еще сильнее потянул поводья и отдал приказ вирину: «Объясни ему, что он или летит или никогда больше не полетит». Маленькая черная стрела тут же нарисовалась перед мордой среброкрыла и на своем начала что-то пищать. Среброкрыл явно был недоволен, но вирина послушал, и в следующее мгновение туша змея взмыла в воздух.
А напившемуся крови до отвала червю явно не терпелось поговорить.
- Я не очень много знаю об эльфах, - сказал Дрехрау Эйя. – Терпеть их не могу. Но в те времена, пока меня еще не… хм… короче, давным-давно у остроухих болванов была легенда о какой-то там благодати, которую принесет какая-то там вымышленная богиня леса. Что-то связанное с каким-то «древом жизни», которое было кем-то спилено, но осталось одно семечко, и его эльфы сохранили для подрастающих поколений. Типичная такая сказка о том, что «в будущем придет спаситель, и все будет хорошо». Наивные глупцы!... Но, видимо, это семечко действительно существовало, хотя я удивлен, отчего эльфы доверили его хранение простой девчонке! Хотя… а, видел у нее руну на лбу? Она жрица этой… Айки, богини эльфийской. Впрочем, все равно интеллектом ее прелестное личико не изуродовано. Так вот, Древо можно было посадить заново лишь когда наступят мирные времена. А ты – хе-хе – случайно уронил семечко на землю, и теперь в этом мерзком лесу прибавилось бессмысленной растительности. Скоро остроухие болваны построят здесь храм и будут ходить на поклон богине, а девчонку объявят святой мученицей. Какой скучный финал. Впрочем, если я хоть что-то смыслю в устройстве этой вселенной, могу сказать тебе, что никакой благодати они не получат. Нет в этом мире богов, которые заботились бы о своих фанатиках. Хотя, ты все равно не поймешь, не бери в голову.
- Займешься моим обучением? - с блеском в глазах спросил Лиир, обращаясь к напарнику.
- Разумеется, - пообещал червь. – Но не в положении же полета. Когда мы будем в этом эльфийском городе?
- Скажи что нужно, и я подберу место. Здесь есть очень много мест, где можно учиться, не боясь, что тебе помешают. А до города нам еще полдня лететь как минимум.
Маг увеличил размеры плаща и хорошо в него укутался. Мерзкий холодный ветер понемногу начал пробирать мага, и это ему не нравилось.
Червя такая перспектива не устроила.
- Найди место, - велел он. – И я тебе расскажу, как стать всемогущим.
- Минутку, - маг уже имел на примете одно место. Точнее, он его сейчас отчетливо видел. Когда-то он уже был здесь, но тогда это место было более величественным.
Воронья скала, так называли ее в народе. Когда-то это был простой булыжник, возвышавшийся над дремучим лесом всего на каких-то два десятка локтей. Но безлюдное место манило темных магов, и на месте одинокой скалы выросла цитадель. Как ни странно, темные в нем просто учились, постигая глубины своего искусства и оттачивая мастерство. Но это не понравилось элементалистам и гвардии эльфов, и около сотни лет назад цитадель была взята. В ходе битвы земля на несколько лиг была отравлена. И хоть сейчас вся местность вокруг цитадели была покрыта лесом, ничего хорошего для путников он не предвещал. Да и от цитадели остались одни лишь руины да ровная площадь центрального зала.
- Вон там, мы и потренируемся, - маг кивнул в сторону еле видневшихся остовов башен. - Два часа полета, и мы будем там.
- На границе с землями ящеров? Прекрасно, - проскрипел довольный голос змея. – Мне в общем-то все равно. Я ведь у тебя в долгу за – хе-хе – освобождение. Не терпится возблагодарить тебя, некромант.
Лиир ментально почувствовал, что змею действительно не терпится. Только вот – что? Его сознание так и лучилось довольством и нетерпением, словно вот-вот случится то, чего он так давно жаждет. Неужто дать Лииру какие-то тайные знания и неограниченную силу? Какой благодарный змей.
Следующих два часа прошли в немоте. Маг размышлял над своим, вирин рыскал по лесам в поисках мелкой добычи, но держался недалеко, чтобы в случае чего сразу примчаться к магу. Среброкрыл смирился уже со своей участью и просто летел. Змееныш тоже зарылся поглубже в сумку и затих. Холодный ветер, похоже, добрался и до него. Чем ближе они подлетали к Вороньей скале, тем мрачнее становился лес, и все меньше звуков издавало в нем зверье. Видно, тоже переживало за свои шкуры. На последней лиге, перед самым замком, широколиственный лес сменился ельником, между которым клубился туман и слышались завивания не то ветра, не то других более опасных хищников с других миров. Перед самой же скалой лес резко отступил, уступив место болоту, которое кольцом сковало подножие древней цитадели. Здесь не было привычных ворот, широких подъездных мостов и дорог, лишь небольшая площадка, которая прикипела к одному из выступов скалы и, хоть была сильно разрушена, но еще оставалась пригодной для посадки. Маг указал посохом на выступ, и среброкрыл плавно повернул.
Лиир сжался, мало ли что могло облюбовать цитадель за последние десятилетия.
- Вирин, разведать, - отдал ментальный приказ некромант, и малый дракон наперерез черной стрелой рванул к цитадели, осматривая ее пристальным взором. - Садимся, - тихо прошептал маг, когда среброкрыл подлетел к выступу и сел на него.
Он не ожидал ответа от своего спутника, но решил его предупредить. Лиир спрыгнул на площадку,  тени сразу вырвались из-под его плаща и также принялись проверять цитадель. Спустя пару минут и тени, и вирин вернулись. Кроме мелкой нечисти в небольших количествах, они ничего не нашли.
- Ну что же, пошли. - Некромант взмахнул мечом и рассек поводок и седло на среброкрыле. – Убирайся, пока я не передумал, - маг топнул для устрашения ногой, и существо рвануло с выступа восвояси.  - Теперь пошли в главный зал.

0

64

Когда некромант вышел к морю, он немного устало посмотрел на него. Он размышлял о возможности попросить помощи у морского народа, с ними он ещё толком не сталкивался и надеялся, что они будут более благоразумны, нежели лесные обитатели. Впрочем, благоразумием по отношению к некромантам мало кто отличался.
Старик вышел к берегу и стал искать способы выйти с обитателями моря на связь, главным образом надеялся найти кого-нибудь из них на берегу, они не так уж и редко выходят в мир из своего подводного царства.
Неподалеку, в предрассветной мгле, плескались сирены. С одной из них не так давно столкнулся Лиир. Правда, обошлось без кровопролития – сирена просто показала ему язык и уплыла восвояси. Сирены выглядели почти как человеческие девушки, одетые в мокрые тряпичные лохмотья, но черты лиц у них были откровенно рыбьи. На лицах девушек, издалека напоминающих человеческие, отчетливо прорисовывались открывающиеся и закрывающие, как рыбьи жабры, прорези, кисти рук и ступни имели перепонки, а на странной одежде налипли водоросли и ил. Их смех звенел колокольчиком в рассветной тишине, изредка слышался плеск воды – и снова природа замирала в безмолвии рождения нового дня.
- Чистых вод и спокойного ветра вам, обитатели глубин, - поприветствовал некромант этих созданий. – Может ли скромный старик попросить вас поговорить с ним?
Сирены загоготали, издавая звуки, подобные каким-нибудь болотным птицам. Они стали брызгать в некроманта водой и кидать кусками водорослей. Как показывала практика, интеллектом морские девицы не отличались.
Похоже, попытки склонить этих «существ» к сотрудничеству не увенчаются успехом, их рыбьи мозги явно не предназначались для диалогов, и их желания ограничивались стандартными «жрать, срать, спать». Иногда Торесар ловил себя на мысли, что понимает причину, по которой Лиир создал свое заклинание, подчиняющее волю человека, не одобрял, но понимал, и сейчас это понимание было как никогда сильно.
К сожалению, эти морские девицы были единственными здесь существами, которые могли хоть как-то помочь перебраться на другой берег моря, а значит, нужно добиться их сотрудничества. Когда же кусок водорослей вдруг попал на яркую лысину старика, слово «сотрудничество» тут же было изменено на «раболепное подчинение».
Но с чего начать? Заклинание Торесара, подчиняющее ему нежить, не работало на живых, единственное исключение, пожалуй, шантак, но насчет её жизни были небольшие сомнения. С другой стороны, его заклинание помогало подчинить даже вампиров, один из видов разумной нежити, что неудивительно, если учитывать, что кровососы - это просто люди под проклятием.
Что если немного изменить заклинание, перепрясти нить, подстроив её под сознание, неуправляемое проклятием? Что если попробовать учесть тот факт, что жизнь - это тоже своего рода проклятие для мертвого тела? Все были созданы из праха, и все в прах отойдут, и неважно, что поддерживает этот прах, проклятие или сама жизнь. Воля подобных диких созданий, как сирены, чрезвычайно низка, и можно было не заморачиваться относительно сопротивления.
- Надо изменить соматическую формулу, - подумал шёпотом некромант. – «Забывший себя вспомнит о службе, идущий по дороге сменит её».
Эта формула надевает своеобразные нити на проклятие, что поддерживает существование нежити, а значит, позволяет управлять ею. Но Торесару надо подчинить не проклятие, а сам факт жизни, звериную душу, управляемую инстинктами. Да... забывший себя - это про саму нежить, она забыла свое прошлое существование и перешла в не-жизнь, сирены же были таковыми с рождения. «Вспомнит о службе»-  нежить редко существует сама по себе, и эта вторая часть формулы заставляет её переходить под контроль некроманта, переходя из дикого состояния в служащее. «Зверь с рождения, самоличный властитель» - подходящая формула. Далее «идущий по дороге сменит её» - формула, позволяющая сменить нити управления нежитью, переподчиняет нежить, служащую другим магам, или, как в случае с вампирами, служащих самим себе. Да… «Оденься в нити, подчинись хлысту господина», вот оно, осталось перевести это в нишванскую магическую формулу.
- Erto kasan, giril hom. Irriinta karas, lovos ret’arlegriel, - начал зачитывать некромант, попутно стараясь плести достаточно крепкие нити заклинания. В отличие от «Рабства», где в качестве привязки используется кровь, у Торесара для привязки не было ничего, а потому приходилось едва ли не с хирургической точностью шить нитями заклинания сознание сирен. – Зверь с рождения, самоличный властитель. Оденься в нити подчинись хлысту господина!
Некромант выдохнул, заклинание завершено.
Сирены перестали хохотать и плескаться, их рыбьи лица подобстрастно вытянулись, не очень умные глаза подернулись пеленой легкого отупения. Они замерли на прибрежных камнях молчаливыми скульптурами, немигающими взглядами взирая на Торесара.
- Вот теперь хорошо, - улыбнулся некромант, довольный тем, что его новое наспех созданное заклинание так хорошо сработало. – Теперь идите в глубины и приведите мне того, кто поможет мне переплыть на другой берег этого моря.
Сирены молча, как по команде, нырнули в прозрачную воду. Торесар видел, как серебрятся их тела в предрассветной мгле. Вода в море была настолько чистой и прозрачной, что можно было разглядеть где-то вдалеке, на дне, причудливые постройки морских жителей. Сирены скрылись в каких-то подводных пещерах, и все звуки вокруг некроманта стихли. Занимался рассвет нового дня… Еще один день в истории Алариса, который может оказаться последним.
Подконтрольные Торесару сирены долго не появлялись, и можно было подумать, что заклинание некроманта дало осечку, но… едва над горизонтом показались первые лучи голубого солнца, как в воде снова возникло какие-то хаотичное движение. Вода забурлила, и около прибрежных скал из воды поднялся… поднялось… словом, что-то странное выплыло на поверхность из морских глубин.
Оно выглядело как большая яркая ракушка таких размеров, что в ней могли бы комфортно поместиться пять человек. В эту своеобразную повозку были «запряжены» - иначе и не скажешь – три тучные свирепые рыбины, явно хищные. Они были размером с юного дракона трех месяцев от роду, имели непропорционально большие головы с тремя рядами мелких зубов, три узких щели, напоминающие глаза, и две дыры на макушке, из которых вырывались струи пара. Рыбы пыхтели и нетерпеливо били раздвоенными хвостами по воде. В ракушке, скрестив ноги, сидел типичный житель Лечистого моря – получеловек-полурыба. Тело у него было антропоморфное, зато голова, как у лягушки, с большими хлопающими ушами и бугорками на морде, на которых располагались желтые немигающие глаза. Из большой пасти периодически высовывался длинный тонкий язык, словно человек-рептилия пробовал воздух на вкус.
- Ну что, садись, старик, - прогнусавил он, с трудом издавая человеческие звуки и перебирая в руках веревки из водорослей, удерживающие рыб на месте. – Не знаю, кто ты такой, но моя оэтхе очень просила…
Некромант догадался, что у возницы напрочь отсутствует магическое чутье, и он не понял, что перед ним могущественный колдун. Скорее всего, морские жители не особо продвинуты в магии, и этот товарищ решил, что перед ним обычный заблудившийся в пустыне старик. Что касается странного слова на морском языке – оэтхе – скорее всего, он имел в виду свою подружку, одну из сирен. Немного экстремальное намечается путешествие, но это пока что лучший вариант.
- Она у тебя душа-девушка, - с улыбкой поблагодарил некромант, сбрасывая с головы комок водорослей, и последовал предложению.
Это транспортное средство было достаточно интересным, как и сама культура рыболюдей, но времени на расспросы, к сожалению, не было, да и поддерживать контроль на чужим разумом оказалось несколько сложнее, без постоянной привязки из-за на это уходила почти вся концентрация некроманта, простой диалог он вести мог, но не долго и желательно не внимая ни к чему.
Человек-лягушка оказался неразговорчив. Он лишь проскрипел что-то, обращаясь, кажется, к рыбам, и те, ударив хвостами по воде и подняв целый фонтан брызг, рванули куда-то со скоростью арнураеншхата. Торесар едва успел усесться в раковине и ухватиться за ее край. Путешествие было не из приятных. В ушах свистел ветер, отовсюду летели брызги соленой воды, и было довольно холодно. Хотя, конечно, не так холодно, как в ледяной пустыне вокруг Неведомого Кадата.
Темный берег и замок Хаудалае стремительно отдалялись, а голубое солнце восходило над горизонтом, заливая Красную Пустошь мертвенным сиянием. В этом спокойном холодном свете было что-то торжественно вечное. «Вот вы все сдохните, - как бы говорило солнце, - а я буду светить еще миллионы лет. Неудачники».
Стало совсем светло, и туман, прежде висевший над морем, постепенно развеялся. Возница всю дорогу ничего не говорил некроманту, общаясь в основном с рыбами на странном скрипучем языке. Да и о чем было говорить Торесару и человеку-лягушке?... Они принадлежали к совершенно разным мирам, и их дороги пересеклись по чистой случайности. Сегодня они расстанутся и быстро позабудут об этой случайной встрече.
Хоть рыбы двигались довольно быстро, но все же Торесар ожидал, что путешествие не будет таким долгим. Он успел основательно продрогнуть и замерзнуть, прежде чем впереди показался противоположный берег с вызвышающимися на нем вековыми деревьями. Возницу, кажется, ничуть не беспокоили ни брызги воды, ни припекающее сверху солнышко. Еще бы, вода и воздух были его стихиями…
- Вылазь здесь, - велел он, остановив рыб довольно далеко от берега. – Дойдешь. Не глубоко. Ближе не могу, - скорее всего, это было сказано из-за того, что рыбы и впрямь не могли подплыть ближе к пологому песчаному пляжу.
Некромант лишь пожал плечами и спрыгнул в холодную воду. Для старческого тела это были не совсем приятные ощущения, но с другой стороны, вспомнить молодость, как они с братьями из церкви ходили купаться в ближайшую реку, наверное, это того стоило. Хоть ноги Торесара и не касались дна, он отчего-то знал, что глубина не такая уж и большая (вероятно, от дальности берега).
- Благодарю тебя, морской житель, спокойных вод тебе и твоей оэтхэ, - поблагодарил его старик и поплыл к берегу.
- Тепла и жизни тебе, старик, - проскрипел полуящер и дал глухую команду своим рыбам.
Те взметнули вокруг себя новые фонтаны воды и, развернувшись, поплыли дальше от берега, чтобы там скрыться на глубине… А когда Торесар, мокрый и взъерошенный, вылез на берег, утро было в самом разгаре. Время не бежало, оно прямо-таки летело, как землянин, опаздывающий на маглев… А где-то на другом берегу сирены, уже освобожденные от контроля Торесара, снова принялись плескаться и швыряться друг в друга комками водорослей. Никакие странные происшествия надолго не задерживались в их светлых, не замутненных интеллектом головушках.
Едва ступив на берег, Торесар вдруг своим особым магическим чутьем осознал, что лес пахнет смертью. Даже больше – смертью, болью и отчаянием. Где-то здесь, неподалеку от Летучих скал, ночью произошло страшное убийство – скорее всего, в то время, пока он разгуливал по замку Хаудалае.
- Что за черт? – вслух произнес немного потрясенный старик, в лесах, конечно, легко встретить смерть, но тут казалось все не так просто.
Не тратя время на просушку, некромант отправился прямо в лес, надеясь выяснить, что тут произошло, гробница и Лиир пока подождут.
Торесар безошибочно шел по энергетическому следу недавно пролитой крови, который усиливался и смешивался с эманациями какой-то особой магической силы… Еще издалека некромант увидел, что в лесу произошли кое-каие изменения: над верхушками деревьев, недалеко от Летучих скал, возвышается пышная медно-рыжая крона какого-то могучего дерева, которое было почти в два раза выше всех остальных деревьев Солнечного леса. Листья были рыжие, с медным оттенком, кора на ветвях и стволе была светлой, приятного желтовато-коричневого цвета. Вокруг кроны кружили какие-то пестрые птицы и крупные радужные насекомые размером с мелкого зверька. Странное дерево было окутано бледно-голубой аурой, заметной лишь магическим зрением. Несомненно, дерево было необычное, волшебное, скорее всего являющееся порождением эльфийской магии.
Некромант застыл, как будто прислушавшись. Воздух вокруг был свежим и благоухающим, но Торесар чувствовал какой-то след, здесь явно применяли темную магию. Впрочем, этих следов тут осталось крайне немного, древо эльфов словно сдуло большую их часть, оставив лишь совсем крохотные частицы, которые было бы невозможно обнаружить, если не искать специально, а у некроманта были причины делать это специально.
- Лиир? – спросил он сам себя, но лишь разочарованно покачал головой. – Не могу определить, слишком мало всего осталось.
Гадать, что это за дерево, смысла не было, слишком оно было переполнено жизненной силой, скорее всего, выросло за несколько мгновений, но заклинаний, способных вырастить такое, в природе не существует.
- Это Айка постаралась? – заинтересовался некромант, осматривая ствол дерева. – В любом случае, это можно узнать у остроухих. Мне все равно надо навестить Матушку Кираэль.
И старик побрел в сторону эльфийской деревни.
Внезапно какой-то странный судорожный звук привлек его внимание. Обернувшись, Торесар увидел, что из-за ствола робко выглядывает какая-то девушка весьма потрепанного вида. Она явно была из эльфов: светлые волосы, острые уши, хрупкое тело… Но присмотрешвшись повнимательнее, Торесар испытал сильнейшее внутреннее потрясение, хотя уж он-то много всякого повидал на своем веку. Девушка оказалась вовсе не юным эльфийским созданием, каким показалась на первый взгляд. И волосы ее были вовсе не светлыми с солнечным оттенком, как у Сетандры, а седыми и совершенно безжизненными. Даже в волосах Матушки Кираэль было больше живой силы и ухоженности. Кожа странной девицы была бледной, морщинистой и иссушенной, как старый пергамент. Тонкие сухие руки с обвисшей старческой кожей больше напоминали лапы дохлого паука. Прежде зеленые глаза эльфйки казались тусклыми и какими-то… мертвыми. Она обессилено держалась за ствол дерева и тихо стонала, периодически принимаясь шептать какие-то неразборчивые слова. Вид этой девушки – нет, старухи! – имел разительный контраст с магическим деревом, наполненным жизнью и силой. Несчастная эльфийка бессильно цеплялась за ствол, сдирая свою кожу о жесткую кору, и тихо подвывала в такт ветру. Кажется, она была безумна.
Не успел Торесар предпринять что-нибудь, как эльфийка испустила жалобный стон, упала на колени перед деревом, вскинула руки к небесам и… ее хрупкое безжиненное тело неведомой силой втянулось внутрь могучего ствола. Последний крик девушки замер под кронами Солнечного леса – и вновь наступила прекрасная полуденная тишина. Но в этой тишине притаилась какая-то потусторонняя жуть, которая была даже страшнее умирающей эльфийки.
- Что за жуткие вещи тут произошли в мое отсутствие? – спрашивал сам себя некромант, надеясь найти в глубинах своего разума ответ, но все было глухо.
Теперь некромант уже не сомневался в том, что нужно бежать к эльфам, хотя бы банально предупредить, что тут у них по соседству происходит, старик шел к деревне едва ли не бегом.
Через некоторое время впереди показалась знакомая местность, деревья, которые на первый взгляд нельзя было отличить друг от друга, для Торесара были сейчас совершенно разными, а потому казались постеленной красной дорожкой к деревне. Удивительное дело, что не было видно эльфов, обычно они встречали чуть ли не за километр от деревни или даже дальше, при этом тыкая стрелами в нос зазевавшемуся путешественнику. В любом случае, старик был рад, что до деревни осталось не далеко, кажется, даже запах снадобий из трав стал достигать некроманта.
Было далеко за полдень, когда изрядно уставший старик достиг деревни. Не успел он подойти поближе, как от соседних деревьев отделились две беззвучные тени и предградили ему дорогу, недвусмысленно поигрывая большими луками. Это были два молодых, но крепких и волевых эльфа, которые, кажется, узнали некроманта.
- Что ты здесь опять забыл, колдун? – презрительно вопросил один из них.
Некромант усмехнулся и даже немного расслабился, все же радует, когда некоторые вещи не меняются.
- Мне нужно увидеться с матушкой Кираэль, - начал он. – Мне нужно многое ей рассказать, а чего именно - вас не касается.
Последние слова, может, и были немного грубыми, но для некроманта, который видел в стоящих перед ним эльфами только деревянных болванчиков с луками, объяснять что-либо было бы лишь тратой времени.
- Ещё одно, - чуть не забыл некромант. – Тут недалеко было сражение с чем-то темным, когда я пришел посмотреть, что случилось, оказалось, что на том месте выросло могучее, волшебное дерево, и оно поглотило какую-то истощенную эльфийку.
К его величайшему удивлению, эльфы не стали бросаться пафосными угрозами, а неожиданно посторонились, хмуро взирая на некроманта.
- Да, Матушка Кираэль говорила, что ты вернешься, колдун, - сказал второй эльф, и в его голосе слышалось сожаление – кажется, у них обоих было распоряжение пропустить Торесара без разборок. –  Она ждет тебя еще с ночи.
- Тогда не буду задерживаться, - довольно сказал некромант и пошел вперед. – Я бы на вашем месте все-таки проверил то дерево, оно в получасе пешком отсюда.
Дальнейший путь старику никто не преграждал, кажется, Кираэль действительно имела непререкаемый авторитет у эльфов, однако такого количества взглядов на своей спине некромант не чувствовал даже во время первого прихода сюда.
- Эльфы… - заключил Торесар и остановился, глядя вперед.
За деревьями уже виднелись дома лесного народа, и можно было даже увидеть печной дым, кто-то что-то готовил, возможно, даже яд для некроманта. Под тяжелым взглядом местных Торесар выискивал глазами домик старой эльфийки или саму Кираэль.
За ним, держась немного вдалеке, следовал один из эльфов-стражей. Так, на всякий случай.
Шатер Матушки Кираэль был на прежнем месте – примерно в центре деревни, скрытый низкими кустарниками. Из отверстия в крыше в небо тянулся едва заметный дымок.
- Я смотрю, доверие не является вашей исключительной чертой, - с усмешкой произнес некромант, посмотрев на сопровождающего. – Ну да ладно, вы все правильно делаете, зачастую никому нельзя верить, даже богам.
Торесар задержался немного перед входом в шатер, вдыхал аромат трав, которые использовала Матушка для каких-то своих целей. Немного напоминало благовония в его родном храме в ином мире, правда, запах трав старушки - эльфийки был не в пример мягче и приятнее.
- Разрешишь войти, Матушка? – Немного даже радостно произнес старик, заходя в шатер, все-таки Кираэль была единственным живым существом, которая не пыталась его гнать, едва завидев, и относилась к нему не так предвзято, как остальные. – Твои люди сказали мне, что ты предсказала мой приход, наверняка ты знаешь и зачем я сюда пришел.
- Я не предсказывала, - ответила старуха скрипучим голосом. Она по своему обыкновением сидела около костра и подбрасывала в огонь какие-то травяные смеси. – Я просто ждала, пока ты сам вернешься, некромант. Думаю, пришло время поговорить о взаимопомощи.
- Взаимопомощи? - Торесар очень сильно удивился этим словам старухи. - Не часто мне про взаимопомощь говорят. И в чем же она будет заключаться?
Некромант сел напротив старухи для продолжения диалога.
- Пропали трое наших лучших охотников, - сказала Кираэль, немного подумав. – Они уходили на четыря дня в лес и должны были вернуться еще до наступления ночи. Они могли задержаться или заблудиться, но я чувствую, что случилась беда.
- А среди тех охотников не было девушки? - Некромант вспомнил, как бедную эльфийку  поглотило дерево.
- Это была семья, отец и двое его детей – мальчик и девочка. Тебе что-то известно, некромант?
- По дороге сюда я почувствовал какую-то темную силу, - начал рассказ некромант. - Когда пришел на место, увидел волшебное дерево, которое поглотило измученную и истощенную девушку. Судя по всему, там произошел бой, а потом что-то вызвало это древо, и, возможно, именно оно вытянуло все силы из той девушки.
Кираэль переменилась в лице.
- Дерево? – прошептала она. – Волшебное?... Не может быть. Значит, оно все-таки существует… Я как чувствовала, что грядет беда…
- О чем ты, старая? - заинтересовался Торесар.
- У той девочки, что отправилась с братом и отцом на охоту, был с собой редкий артефакт. Он передавался по наследству в их семье, и она ни за что не желала отдать его на хранение Старейшинам или Сетандре Эвери, - рассказала Кираэль задумчиво. – У нас, эльфов, существует легенда о волшебном семечке, которое единственное уцелело после того, как небесные пирамиды сожгли божественное Древо Жизни – воплощение великой Айки в нашем мире. Семечко сохранил отважный предок той девочки, однако одно поколение сменяло другое, и вскоре уже никто не верил, что Древо Жизни – это истина, а не сказка. Но семечко всегда было у нее с собой. По завещанию предков, снова посадить Древо Айки можно лишь когда ему не будет грозить опасность, в мирное время… Иначе, если с Древом опять что-то случится, Айка отвернется от нас, и мы все погрузимся во тьму. Расскажи мне о том дереве… как оно выглядело?
- Ну... - немного замялся некромант. - Большое, красивое, сияет тусклым магическим светом. Мне сложно описывать деревья, могу сказать только, что его сложно с чем-то спутать... Тем эльфам, что встретили меня, я рассказал про него, надеюсь, они решили его осмотреть.
- Надеюсь, что нет! – воскликнула Кираэль. – Если это дейситвльено Древо Айки, то оно выросло во время войны, и богиня разгневается на нас! Я чувствовала беду, пришедшую на наши светлые земли этой ночью. Не знаю, что заставило малышку использовать семечко… но наверняка этому была весомая причина. Что ж, с тяжелым сердцем мне придется сообщить ее матери, что она, скорее всего, потеряла возлюбленного и двух детей. Какое горе! Разумеется, наши лучшие воины будут искать их в лесу, но я боюсь, что уже поздно… История повторяется, некромант. Однажды небесные пирамиды уже принесли несчатсье в этот мир. Скоро, я чувствую, это повторится вновь. Ты так и не нашел твоего ученика, вставшего на путь Тьмы?
- Нет, - с сожалением ответил некромант. – И, если честно, я решил, что Лиир в данный момент - это дело не такое серьезное. Матушка, я хочу передать тебе знания, которые я получил, исследовав замок Хаудалае. Но перед этим я хочу, чтобы ты прислала сюда писца, то, что я расскажу, не должно остаться лишь фресками на холодном камне.
- Ты был в проклятом замке? – восликнула Кираэль, впервые потеряв самообладание. На ее морщинистом лице читалось крайнее отвращение.
- Не забывай, кто я, - засмеялся некромант. - В погоне за знанием я заходил и в более мрачные места. Проклято то место или благословлено, смерть везде ходит.
- Ни один смертный не выходил из этого проклятого замка! – зашипела старуха. – Ты хоть представляешь, некромант, какие силы обитают там? Может быть, ты уже под их влиянием! Ты можешь принести в этот мир куда большее зло, чем твой непутевый ученик!
- Успокойся, Кираэль, - на этот раз некромант слегка забеспокоился за старуху. - В Кадате, куда ты меня послала для поиска Айки, была сила намного намного больше, что можно представить, но я пока остался собой. К тому же, замок мертв, полностью, единственное, что там осталось от сил бывших, там лишь следы и то невнятные.
Некромант вздохнул и внезапно выпрямился.
- Кстати, я почувствовал там следы эльфийки, которую поработил Лиир своим проклятием, - решил рассказалть старик. - Но судя по тому, что я почувствовал, она была очищена от его влияния... хмм... возможно, постарались жрецы Айки.
- Сетандра жива? – спросила Кираэль, успокаиваясь и беря себя в руки.
- Значит, её зовут Сетандра? - Переспросил некромант с улыбкой. - Ну... на момент её пребывания в замке, да, она была жива. Странная она девушка, даже с помощью жрецов Айки преодолеть проклятие на крови Лиира... это заслуживает уважения.
- Ладно… возможно, ты прав, колдун, и твои знания действительно пригодятся всему этому миру… - Кираэль задумалась, а затем звонко хлопнула в сухие ладони. – Эй вы там, Эйверин и Сиени! – крикнула она. – Быстро ко мне!
С другой стороны шатра послышалась возня, и, отдвинув тканевую занавеску, внутрь осторожно вошли мальчик и девочка. Оба остроухие, зеленоглазые – типичные эльфийские дети. Они без страха, с нескрываемым любропытством взирали на гостя Матушки Кираэль.
- Приведите ко мне двух писцов, - распорядилась Кираэль. – Между прочим, Лучик, этот господин говорит, что твоя сестра жива и здорова.
- Сетти жива? – ахнул мальчик, вскинув на некроманта огромные зеленые глаза. – Дядя, ты видел мою сестру?!
- Ступай, Лучик, - властно велела Кираэль. – Все вопросы потом.
Мальчик и девочка едва ли не вприпрыжку метнулись вон из шатра. Кираэль усмехнулась.
- Этот мальчик – младший брат Сетандры, - сказала она. – Я видела, как его сестру поглотила Тьма, но рада слышать, что она уже от нее освободилась. Надеюсь на это.
- Вот как… хмм… - Некромант посмотрел вслед уходящим детям и опять повернулся к Кираэль, на лице было искренне любопытство. – Ты сказала, что видела, когда её поглотила тьма, но не знала, жива она или нет? Ты её больше не видишь?
- Я не чувствую ее в мире живых, но в мире мертвых ее тоже нет, - кажется, старуха имела в виду Имматериум. - Но сказать маленькому Эви об этом не могу, - покачала головой Кираэль. – Пусть у него хотя бы будет надежда. Так зачем ты пришел, некромант? Только ли поделиться впечатлениями?
- Не только, мне нужна будет помощь, в виде припасов и проводника, - сказал некромант, устраиваясь поудобнее. – Хотя место, куда я направляюсь, тебе не понравится ещё больше, чем предыдущее, но только там есть все ответы.
Некромант пожал плечами и задумался в ожидании писцов.
- А относительно Сетандры… - вяло произнес некромант. - Если её нет ни там, ни там, значит, она где-то посередине. Единственное что приходит в голову – мир снов.
- Я не могу туда заглянуть без риска для моей старой души, - усмехнулась Кираэль, но не стала развивать тему. – Впрочем, неважно. Сетандра сильная, и если она жива – то обязательно вернется. Я чувствую, что ей уготована великая судьба…
Послышался шорох, и в шатер осторожно заглянули два юных, но не по годам серьезных юноши-эльфа. У них в руках были остро заточенные угольки и длинные свитки из коры «бумажного дерева».
- Матушка Кираэль? – спросил один из них. – Мы готовы записать все, что от нас потребуется.
- Хорошо, молдые люди, - сказала Кираэль. – Сядьте около костра, чтобы вам было светло… вот так. Этот господин будет рассказывать о своих приключениях, а вы все подробно запишите… Это очень важно.
- Да, Матушка Кираэль, - промямлили юноши и уселись как можно дальше от некроманта, поглядывая на него с некоторой опаской.
- Что ж, рассказывай, колдун, - велела Кираэль.
Некромант посмотрел на «писцов» и усмехнулся, они держали угольки с такой дрожью в руках, что возникали сомнения, смогут ли они вообще что-то написать.
- Ладно… с чего бы начать? – Старик задумался буквально на секунду. – Да… замок.
И Торесар начал рассказ о том, как достиг замка, о том, какое впечатление на него произвела его архитектура и насколько тяжела была его атмосфера, но это все было лишь прологом. Далее он стал рассказывать про фрески, об их значении, о своих мыслях, о древних культах, богах и лжебогах, обо всем, что он смог обнаружить там. Единственное, что он опустил, то, как вернулся в лес, подчинив морских жителей, но тогда они его действительно разозлили, ведь даже могущественные некроманты все же живы и имеют предел терпению.
- Теперь мой путь лежит в гробницу демонов, - закончил свой рассказ некромант. – Там должен быть последний кусочек этой загадки с концом мира.
На протяжении всего его долгого рассказа писцы менялись в лицах, приходя то в ужас, то в гнев, однако они никак не комментирвоали свое состояние, продолжая быстро-быстро царапать на свитках какие-то символы. Кираэль же слушала молча, время от времени кивая. Когда некромант закончил, она сказала:
- Мне нчиего не известно о гробнице демонов, но, судя по названию, это не самое приятное место. Но ты уверен, что верно растолковал рисунки, некромант?
- Абсолютно, - подтвердил кивком некромант. – Но многие вещи мне непонятны, история явно неполная, и я надеюсь, что гробница даст мне ответы. Если миру действительно грозит преждевременная смерть, я должен предотвратить это.
- И какое отношение к этому имеет твой ученик?
- Именно этого я и не понимаю, - пожал плечами некромант. – Возможно, он как раз-таки и одержим тем лжебогом... хотя я в этом сомневаюсь. Кажется, лжебоги не были духовными сущностями, но что-то явно влияет на него, и возможно, именно это что-то и связывает его с концом света.
- И ты хочешь это выяснить?
- Лиир вторичен, он не корень всех бед, лишь звено цепи... возможно, ключевое. Нужно выяснить, что за лжебог собирается уничтожить мир, и как его остановить.
Кираэль нервно перебирала пальцами пучки трав. Писцы синхронно переводили взгляд с нее на некроманта и обратно.
- Давным-давно этот мир посетили существа, похожие на людей, но это были не люди, - сказала старая колдунья. – Воспоминания о них сохранились лишь в легендах. Они прилетели в огромных пирамидах, которые спустились с небес. Среди них был некто по имени Ра, но он был не один. Потом пришли другие, и они принесли в этот мир много войн, крови и огня. У Ра был могущественный артефакт, позволяющий ему держать под контролем других… ему подобных. Но Ра улетел, а осколки его артефакта разбросаны по нашей планете. Древние говорили, всего существует шесть частей, и кто соберет их воедино и восстановит артефакт, сможет стать таким же могущественным, как Ра. Но это не настоящие боги, они просто… другие… Более сильные, более властные, но… не боги. И когда они ушли, - голос Кираэль снизился до зловещего шепота, писцы тревожно зашевелили кончиками ушей, - в этом мире воцарился хаос. Айрин Эвери была хранительницей одной части Глаза Ра, но ее украл жаждущий власти пришелец – эльдар. Эльдары – это эльфы-отступники, отвернувшиеся от Айки. Они не брезгуют темными силами из иного мира, который они называют варпом. Появилось много охотников за Глазом Ра… и видит Айка – будет лучше, если он не достанется никому. Особенно твоему ученику.
- Или тому лжебогу, что остался в этом мире, - заключил Торесар. – Лиира надо остановить, это даже не обсуждается, но лучше знать, с чем сталкиваешься. Знания – это сила, а я предпочитаю быть во всеоружии перед встречей с противником.
После этих слов некромант встал и посмотрел сначала на писцов, а потом на старую эльфийку.
- Ну так что, Матушка? – опять обратился он к ней. – Ты сможешь мне рассказать, где эта гробница, и помочь в моей миссии?
- Я уже сказал тебе, некромант, я не знаю об этой гробнице, - ответила Кираэль. – Но если ты действительно хочешь туда попасть, я могу кое-что сделать…
Увидев, что писцы навострили уши в прямом смысле, она тут же отослала их прочь. Эльфы, свернув свитки, угрюмо попятились и вышли.
- И что же? – спросил старик, дождавшись, когда уйдут лишние слушатели.
- Попробую колдовством найти древние захоронения, обладающие силой… но ты должен выйти, - сказала Кираэль.
- Хорошо, я выйду, - кивнул некромант и вышел из шатра колдуньи прямо под шквал любопытных глаз, прожигающих в некроманте миллион дырок.
Старик молчал, сейчас он говорить ни с кем не хотел, ему оставалось только ждать, когда старуха закончит свое колдовство, поэтому все, что он сделал, это лишь уселся на крылечке.
Кираэль снова кликнула своих юных помощников и отправила их за каким-то зельем. Затем бросила в костер смесь дурно пахнущих трав, и дым, вместо того, чтобы тянуться вверх, вдруг свернулся в форму шара. Кираэль стала пристально вглядываться в дымный шар, словно видя в нем что-то известное только ей. Потом она откупорила бутыль с принесенным мелкими эльфами зельем, брызнула несколько капель в костер и… Торесар, находящийся снаружи, услшал лишь легкий хлопок, а потом увидел, как из отверстия в крыше шатра повалил густой темно-серый дым с зеленым оттенком… Эльфы, снующие вокруг, поспешили скрыться. Кажется, эльфийская ведьма творила какое-то особо сильное колдовство.
Чуть позже из шатра выглянул маленький братец Сетандры и, бесстрашно дернув Торесара за рукав, сказал наивным голосом:
- Пойдем, дядя некромант, Матушка Кираэль ждет тебя.
Впечатленный недавним последствием колдовства эльфийки, старик даже не подумал не послушаться мелкого юнца. Поведение парня, кстати, не особо удивили Торесара, дети чисты, и их разум не замутнен стереотипами и суевериями относительно других людей, их движущей силой всегда было любопытство, а с трусостью оно несовместимо.
В любом случае, ведомый за рукав некромант вошел в шатер Кираель, и в его ноздри тут же ударил резкий запах реагентов.
- Вот за что я не люблю алхимию и ритуальную магию с алхимической компонентой, - признался некромант, морща нос. – Ты что-нибудь узнала, Матушка?
Кираэль, кажется, ничуть не была обеспокоена странным запахом. Дым висел над костром, складываясь в причудливых мифических животных… Колдунья сидела, закрыв глаза и бормоча что-то. Когда некромант вошел, она подняла на него ясные серые глаза.
- В Солнечном лесу есть только одно место силы, связанное с темной магией, - сказала она. – Если гробница демонов где-то здесь, то это может быть только она. Дальше я заглянуть не могу, земли эльдар скрыты от моего взора… Вот, возьми, - Кираэль разжала ладонь, и некромант увидел, что на ней лежит яркий светящийся клубок голубых энергетических нитей. – Это магический проводник. Он приведет тебя к тому месту, которое я увидела спрятанным глубоко под землей в Солчненом лесу. Но будь осторожен, некромант… Я верю в твои справедливые намерения, но неосторожностью ты можешь выпустить в этот мир зло, таящееся там…
- Будем надеяться, что природная осторожность, меня не подведет, - с усмешкой ответил некромант, забирая клубок. – Об этом месте мне как-то рассказывал Лиир, я надеюсь, что он не додумался туда отправиться. В любом случае, спасибо.
Торесар спрятал клубок в рукав своего балахона и повернулся к выходу, но ненадолго задержался. Он какое-то время молча смотрел на Матушку Кираэль, он хотел ещё попросить немного эльфийской крови, но посчитал, что это уже будет слишком нагло. Оставалось надеяться, что он справится и без помощи Эклеаса, хотя в битве помощь столь могущественного высшего вампира была бы не лишней.
- Я не буду задерживаться, - сказал он и продолжил путь. – Я вернусь, когда найду новую информацию.

+1

65

Эльфы провожали некроманта подозрительными, неприязненными и даже презрительными взглядами. Торесар понял, что даже начни он сажать цветочки и ухаживать за больными животными – все равно для остроухих он навсегда останется порождением Тьмы, Мрака – и прочих пафосных слов. И едва деревья сомкнулись у него за спиной, скрывая эльфийское село, как некромант почувствовал, что клубок в его рукаве нагрелся и стал шевелиться, как живое существо. Достав клубок Матушки Кираэль, он увидел, что тот нервно подпрыгивает и светится слабым голубоватым свечением. 
- Хм… - Некромант задумчиво стал изучать клубок. – Кажется, понял, нить, зачарованная заклинанием «поиск пути», но как она смогла привязать его к месту, которое никогда не видела? Неужели она смогла его привязать через свои видения? Ай да старуха.
С негромким смешком некромант кинул клубок немного вперед, ожидая, что тот покатится или полетит туда, куда его направило заклятие, то есть, к кладбищу демонов, и сам пошел за ним.
- Путеводный клубок… Где-то я уже подобное слышал.
Вместо того, чтобы покатиться по земле, как полагает всем добропорядочным путеводным нитям, голубой клубок взвился в воздух, покружился немного вокруг некроманта и медленно полетел куда-то сквозь деревья, не разбирая дороги. Он то ускорялся, то замирал на месте, словно озираясь по сторонам, хотя глаз у него, разумеется, не было. Иногда он, словно собака, припадал к земле и крутился на месте некоторое время, потом снова взлетал и летел напролом, сквозь кусты… Следуя за клубком, Торесар вскоре выбился из сил. Для колдовского клубка же не было разницы, лететь ли по охотничьей тропинке или сквозь логово пауканов. Ему-то, в отличие от Торесара, не приходилось двигать ногами…
- Нена… вижу… эти… закли… нани… я, - пыхтел некромант, выбиваясь из сил, но упрямо следуя за дурным мотком нити, который опять встал на месте - «обновлял информацию», наверное.
Вскоре клубок опять сорвался с места и сшиб какого-то бедного кролика и напугал стаю пауканов, хотя пауканов, скорее, напугал вид злого некроманта, который, как умалишенный, бежал за ним сквозь кусты и буераки.
– Заклинания предвидения, вроде «поиска пути», НИКОГДА НОРМАЛЬНО НЕ РАБОТАЛИ! – в сердцах крикнул старик, когда клубок опять остановился. При этом он сделал себе памятку припомнить Кираэль эту «помощь».
И тут на «привале», кое-как отдышавшись, некромант вдруг почувствовал, что вокруг него довольно густая негативная энергетика, а значит, гробница где-то рядом.
Да и день начал клониться к вечеру – голубое солнце своим краешком коснулось горизонта, хотя красное солнце было еще высоко. Да уж, время быстро пролетело, хотя, казалось бы, еще совсем недавно Торесар покинул зловещий замок Хаудалае… Надо спешить, иначе Лиир может натворить бед или сам попасть в беду.
Еще некоторое время клубок вел некроманта через заросли, пока накинец не привел к каким-то каменным руинам, среди которых древняя каменная лестница с едва угадываемыми ступенями вела куда-то под землю. Клубок завертелся на месте голубым вихрем и с легким хлопком растаял в воздухе…
- Вот как, - произнес некромант, смотря в пустоту лестничного проема. – Значит, мы на месте?
Подтверждало этот факт количество негативной энергетики, её было буквально как воды в море, старику казалось, что он чуть ли не плавает в этой энергетике. Если бы он не был некромантом - бледным мастером, привычным и к более сильным «атмосферам», то сейчас бы оформлял эту лестницу содержимым своего желудка.
Как бы там ни было, размяв немного плечи и шею, Торесар стал спускаться в темноту, на всякий случай смотря под ноги, вдруг сюда кто-то уже заходил и не выдержал.
Рядом с лестницей валялась разбитая каменная плита, покрытая какими-то рунами. Наверное, некогда (возможно, совсем недавно) она закрывала проход вниз… По мере спуска по выщербленной лестнице Торесар все больше погружался во тьму. Его не покидало ощущение, что здесь недавно кто-то побывал… Лиир? Или, может, неудачливый искатель приключений?... Воздух был спертым, влажным, с примесями какой-то потусторонней жуткой вони, не имевшей ничего общего с вонью разлагающейся плоти. Некромант шагал вперед как ни в чем ни бывало, не обращая внимания ни на мерзостные потеки слизи на стенах, ни на хлюпающую под ногами болотную жижу. Сейчас он двигался по узкому проходу, стены и потолок которого были выложены плохо обточенными каменными плитами, неплотно прилегающими друг к другу. Из щелей между плитами на потолке через почву сочилась вода, ибо леса в этих местах были сильно заболочены. Стены поросли мхом и лишайниками, в которых «гнездилось» бесчисленное множество червей, насекомых и противных личинок. Потревоженные свежим воздухом и попавшим внутрь лучом света, они завозились в своем мховом логове, отчего казалось, будто стены внезапно задрожали и заходили ходуном. В стенах, под плитами и даже под полом с противным хлюпаньем копошились эти существа – некоторые совсем маленькие, некоторые размером с морскую свинку (ну или какое-нибудь местное животное размером с морскую свинку). Грунтовый земляной слой под ногами постепенно превращался в более вязкую липкую субстанцию, словно здесь кто-то пролил пару десятков литров картофельного крахмала. Когда некромант ступил в эту жижу, из нее во все стороны метнулись какие-то длинные склизкие существа, похожие на змей. Они неприятно шипели и издавали сильный гнилостный запах, от которого обычный человек давно бы потерял сознание. Торесар двигался дальше, и каменный коридор постепенно расширялся.
Расширяющийся коридор привел его в еще один, и Торесар, видящий в темноте почти как кот, различил на каменных стенах плохо сохранившиеся древние барельефы. Они обильно поросли мхом, и чтобы понять их смысл, надо было соскоблить с них мох, кишащий червями и личинками.
Старик хотел было очистить барельеф, но предположил, что пачкать руки местными паразитами будет лишним, по крайней мере, можно было поискать какой-нибудь предмет для этой работы, вроде осколка камня или дерева. Чем он собственно и занялся.
Нашел он инструмент довольно быстро, плоский острый камень, как нельзя хорошо подходящий для зачистки камня от грязи и живности.  Ещё немного осмотрев камень, старик кивнул сам себе и начал счищать с барельефа всякую живность и мох, ему уже не терпелось раскрыть и прочитать изображения на барельефе.
Они были другими – не такими красочными и живыми, как в замке Хаудалае. Они были резкими, высеченными в скале неумолимым резцом древнего мастера, запечатлевшим в примитивных наскальных рисунках давнюю битву между двумя богами, прилетевшими на небесных пирамидах… Над одной нарисованной пирамидой был начертан огромный глаз – стало быть, это Ра, первый среди равных. Его история разворачивалась последовательно, по стене. Вот Ра прилетает на Аларис, порабощает его жителей и заставляет их… работать в шахтах?... Словом, что-то копать. Потом прилетают остальные «боги» на пирамидах, но Ра изгоняет их. А потом почему-то улетает сам. Иссякли недра земли?... С исчезновением ложного бога Ра Аларис зажил счастливой жизнью, но затем на место Ра пришел еще один ложный бог, решивший занять его место. Его имени Торесар не знал и прочесть не смог. Он лишь догадывался по рисункам, о ком идет речь. Но тирании нового «бога» быстро пришел финал – многострадальную планету посетила  еще одна ложная богиня – Лилит – вместе с артефактом лжебога Ра – неким Глазом. Она расколола Глаз, и шесть осколков разбросало по планете. Что ж, это Торесар уже видел в Хаудалае и ничего нового не узнал. Кроме того, что Лилит победила последнего ложного бога Алариса и заточила его в подземелье вместе с еще двумя страшными демонами. И, оставив своего верного стража охранять гробницу, покинула планету навсегда… 
Кто оставил эти странные рисунки? Можно ли им верить?... Действительно ли последний «ложный бог» покоится здесь вместе с еще двумя страшными и могучими демонами?...
- Значит, я все-таки на верном пути, - сказал некромант, рукой проводя по камню барельефа. – Этот лжебог заперт в этой гробнице, а что это за демоны?
Старик ещё некоторое время смотрел каменные рисунки, словно проигрывая раз за разом историю, изображенную на этом барельефе. Заставлять работать рабов в шахтах в поисках полезных ископаемых - это даже немного стереотипно для богов-тиранов и диктаторов, однако так быстро покинуть этот мир? Почему? Возможно ли, что они искали какой-то особый ресурс, которого так мало, что он быстро иссяк? Однако почему пришел другой? Из-за жажды власти? Возможно, а может быть, он просто хотел собрать крохи, оставшиеся после Ра. Мысли никак не могли собраться в кучу, однако в любом случае некроманту стоило идти дальше, и он решил продолжить исследования гробницы.
Земляной пол стал чуть менее склизким, и мерзостные ползучие существа уже не в таком количестве разбегались от некроманта. По грубой каменной лестнице с обточенными временем ступенями он спустился еще ниже, и ноги его захлюпали по воде, в которой, как оказалось, тоже обитали какие-то пресмыкающиеся. Торесар ощутил неприятный холодок в ботинках. Да и вообще от всего вокруг – от стен, воды, потолка, барельефов, нечистой погребальной ауры в целом – веяло ледяным холодом, не имеющим ничего общего с реальной температурой воздуха. Торесар ощущал этот мерзкий холод всем своим естеством, однако его все это вовсе не пугало. Сознание его неумолимо тянулось вперед – туда, где ждала его разгадка страшной тайны Алариса.
Иногда попадались развилки, но некромант отлично чувствовал, куда следует поворачивать, словно что-то вело его к цели. И он смутно осознавал, что это может быть… Наконец он оказался в подземном зале с высоким (он ушел уже на километр под землю) потолком, подпираемом грубо сложенными из каменных глыб колоннами. Это был странный погребальный зал. На место могилы в стене указывал выдвинутый примерно наполовину камень, на котором были высечены таинственные ритуальные символы, одни с явно высоким мастерством, другие – топорно и неумело. Кое-где на стенах пещерного зала сохранились потеки темно-красной и зеленой краски, чудом сохранившейся. Скорее всего, некогда весь зал был расписан фресками. На земляном полу просто вразнобой, без какого-либо намека на порядок, лежали каменные плиты примерно два на два фута, также с религиозными символами и рисунками. Пол был перекопал и усеян человеческими костями, словно армия скелетов буйствовала здесь не так давно… На противоположной стороне от входа чернел проем – там был еще один погребальный зал, потом еще один, следующий, и так далее до бесконечности… Торесар прошел, наверное, десяток таких залов, полных стенных и подпольных захоронений, но то, что он искал, было не здесь…
Наконец очередной зал закончился тупиковой маленькой круглой комнаткой, в которой, кроме жалких остатков трех длинных саркофагов, ничего не было. Пещерка была на удивление более сухой, чем все остальные помещения этого подземного города мертвых, хотя это лишь в сравнении. Даже здесь стены были покрыты источающим ядовитые миазмы грибком, пол был скользким от слизи неизвестного происхождения, а в стенах слышалась угрожающая возня каких-то неведомых рожденных вечной темнотой подземелий существ… Нет, Торесар не боялся их, хотя одна только мысль оказаться в подобном месте может до смерти напугать обычного человека.  Его больше привлекли расколотые на несколько крупных частей саркофаги – они были высечены из цельного куска камня и были выполнены вовсе не идеально, разве что щедро украшены какими-то неизвестными ему религиозными символами. И все они были пусты… На потолке пещеры застыло пятно копоти, а стены сохранили энергетику недавней битвы, в которой Торесар без труда узнал следы теневых лезвий… Лиира. Да еще и эти кости, оставшиеся от словно самостоятельно выкопавшихся скелетов. Все указывало на то, что его ученик побывал здесь не так давно. Но где же демоны? Где же эльдарский страж?...
- Сожри вас Асмодей, я опоздал! – от злости некромант ударил кулаком по стене и тяжело задышал.
Можно было догадаться, что Лиир в своем нынешнем состоянии обязательно пойдет сюда, ведь в конце концов, это он рассказал своему учителю об этом месте.
Пустые саркофаги, следы лезвий - всё это говорило некроманту, что его ученик нашел, что ему нужно и, возможно, нашел не только он. Если он освободил лжебога, то время, когда этот мир погибнет, стало таять очень быстро, но радовало одно, в одиночку этот лжебог не сможет сделать то, что хочет, ему обязательно нужна будет помощь, скорее всего это и будет Лиир, ведь этому блудному дитя достаточно пообещать силы. Однако у Лиира явно не хватит сил для уничтожения целого мира, и у этого лжебога точно не должно быть сил, тогда как всё к этому придет.
- Глаз Ра… - задумчиво произнес некромант. – Они наверняка попытаются его собрать. Лиир, ты идиот, если объединился с ним!
Однако криком ничего не добиться, Торесар должен искать дальше ответы, кто здесь был, что здесь произошло, что содержали саркофаги, и где чертова стражница. К тому же, если Лиир действительно объединился с лжебогом, то теперь у него должно хватить сил для победы над своим учителем, а значит, надо и самому найти способ стать сильнее.
Днище центрального саркофага, что ныне треснул полопам, было закрыто толстой каменной плитой, на которой слабо мерцала магическая печать. Магия Лиира, это Торесар видел явно. То, что его ученик побывал здесь, не вызывало сомнений. Зачем-то Лиир запечатал подземный ход, что начинался, кажется, под этим самым саркофагом. Прислушавшись к эманациям древней магии, Торесар ощутил, что внизу бессильно мечется бестелесное, но очень злое существо… Но что это – определить было сложно, а чтобы сорвать магическую печать Лиира, потребовался бы ни один кровавый ритуал длительностью более суток… Правда, любая темная магия, теоретически, могла быть снята одним лишь светлым словом Айки, но Торесар никак уж не походил на эльфийскую богиню. Значит, не было возможности узнать, что же на самом деле скрыто в подземелье. Это и есть тот самый лжебог, с которым столкнулся Лиир?... Или лжебог был освобожден, а его место занял некий демон?... Может быть, Лиир спустился туда в поисках магических артефактов, но был обращен в бегство эльдарским стражем?... Сложно было угадать, поэтому Торесар решил исходить из худшего: Лиир наломал дров. И теперь с этим надо что-то делать.
- Похоже, здесь мне делать больше нечего, - раздосадовано подумал некромант, осматривая печать ученика. – Чересчур хорош ты стал в этом, по крайней мере, хоть что-то ты сделал правильно.
Похоже, один из местных демонов был на месте, ну, по крайней мере, был запечатан, но остальных тут уже не было явно. К сожалению, действия Лиира свели на нет все потуги некроманта найти хоть какие-то ответы, непонятно даже, вышел ли лжебог из своей темницы или нет, но некромант чувствовал, что все-таки вышел, по крайней мере, Торесар бы на его месте воспользовался наивностью своего ученика.
- Ладно, Лиир, придется выбивать ответы прямо из тебя, - заключил некромант со всей серьезностью.
Оставалось только найти его, но по счастью, магических следов Лиира тут было хоть завались, даже кучи костей говорили о том, что его ученик поднимал тут скелетов. Некромант ухмыльнулся и пошел к тому месту, где видел разбросанные кости.
- Gartan kiero, Akiila himas, – начал читать заклятие некромант. - Покой нарушен. Мертвые живы, живые мертвы.
Мертвые кости вдруг зашевелились, вызвав у старика легкую улыбку.
- Ну а теперь вы мне покажете, где ваш предыдущий хозяин.
Вновь оживленные силой заклинания, старые кости лениво, словно с неохотой пробуждаясь от вечного сна, собрались в жуткое карикатурное подобие человеческого скелета. Подобие – потому что некоторых костей не хватало, некоторые превратились в прах от времени, а некоторые вообще явно были не на своих местах. Задергав сухими конечностями, словно в каком-то ритуальном танце, скелет медленно потащился прочь из пещеры…
Старик был доволен, значит, след нитей Лиира все ещё остался на этих костях, и сейчас они идут к своему предыдущему хозяину.
- Ну что же, опять черт знает куда, - с некоторым воодушевлением произнёс Торесар, следуя за ожившими костями. – Пора поставить все точки над i.
Пробираясь по знакомым тропкам, некромант вышел из гробницы вслед за скелетом.
Старые кости тащились медленно, скрипуче и как-то совсем уж неохотно. Некромант прикинул, что такими темпами Лиир будет передвигаться намного быстрее скелета, и они так никогда его и не настигнут. Выползя на вечерний свет красного солнца, Торесар еще не решил проблему скорости. И едва он собрался подумать, как вдруг что-то привлекло его внимание. Что-то живое решительно пробиралось через лес, ломая сухие кусты…
Старик остановился и приказал скелету сделать то же самое, после чего стал вслушиваться в окружающие звуки. Кто бы это мог быть - хищник, падальщик, или ещё какая тварь, не побоявшаяся присутствия некроманта поблизости?...

*       *       *

Ярослав шёл по лесу, насвистывая себе песенку:

«Ой, что-то мы засиделись, братцы,
Не пора ли нам разгуляться.
Эартуни молодая, силы немерено,
Дайте коня мне да добрый меч...»

День определённо задался с самого начала: погода просто отличная, не жарко, но и не холодно, ветер приятно обдувал лицо. Вот бывший стражник раздвигает кусты и замирает в изумлении: прямо перед ним стоял старик и рядом с ним пританцовывающий скелет. Недавнее нападение на город ещё не выветрилось из его головы, так что он выхватил меч и стал осторожно подходить  к старику.
Не заметить тяжело вооруженного воина достаточно тяжело, а потому некромант быстро обратил внимание на новое лицо в его жизни, кажется, это не он только что пробирался через кусты, но наверняка он уже напугал непрошенного гостя.
- Лучше убери меч, воин, - сказал некромант. – Я не представляю опасности.
- Нда? Что-то меня терзают смутные сомненья, - ответил Ярослав. Однако, несмотря на слова, он всё-таки убрал меч в ножны, при этом оставаясь готовым к тому, чтобы тут же пустить своё оружие в ход. Подойдя ещё на пару шагов к некроманту, бывший стражник спросил: - Что ты здесь делаешь?
- Я ищу своего ученика, - ответил некромант, немного расслабившись после того, как его собеседник убрал оружие. – Это все, что я могу сказать, а теперь, если позволите, у меня мало времени.
Некромант продолжил движение и приказал костям так идти вперед.
Подумав немного и решив, что раз он решил стать наёмником, то надо уже начинать это делать, Ярослав двинулся за некромантом и, догнав его, спросил:
- Так может, мне вам помочь? Ещё один меч лишним не будет.
Некромант остановился и задумчиво посмотрел на воина. В принципе, в бою с Лииром он действительно может подсобить, особенно при необходимости вызвать вампиров, но довольно удивительно даже для наемника самому предлагать свои услуги некроманту.
- Мне нечем будет заплатить тебе, наемник, единственная ценность, которую я признаю – это знания, - сказал старик, скелет тем временем продолжал свой неторопливый ход. – Лучше акстись, возможно, мне придется сразиться с могущественным некромантом.
-  Риск - благородное дело, - усмехнулся  Ярослав, - а что насчёт платы... я приму даже знания, ведь знания тоже сила, равно как и деньги.
Торесар слегка удивился словам наемника, он так и не понял, с каких это пор наемники плюют на деньги и готовы работать за знания. Некромант вдруг громко и с хрипом рассмеялся:
- А ты интересный человек, - сказал он, успокаиваясь. – Впервые слышу, чтобы наемника не интересовали деньги. Кто ты, откуда?
- Я из города Эартуни, что находится в лесу, - охотно ответил человек. - Зовут меня Ярослав, я работал там стражником.  А насчёт денег, просто я считаю, что деньги получить можно всегда, той же работой стражником, а вот знания получить шанс представляется не так часто, как хотелось бы
- Эарутни, - старик помрачнел. – Странно видеть такое отношение к некроманту от жителя этого города после того, что там натворил один из нас.
-  А что здесь такого? - удивился Ярослав. - Это ведь не ты это сделал с нашим городом, я вообще считаю, что магия, - при этом слове воин поморщился, - всего лишь инструмент, прямо как топор,  всё зависит от самого человека. Так что я не вижу причины ненавидеть всех некромантов только из-за того, что кто-то один слишком буйный разрушил наш город.
- Святая наивность, - старик слегка ухмыльнулся и помотал головой, после чего сдался. – Поступай, как хочешь, я иду на встречу с тем самым некромантом и не знаю, чем все кончится.
Некромант продолжил свой путь за скелетом, который уже ушел достаточно далеко.
Ярослав на слова некроманта лишь усмехнулся и пошёл следом за ним. Однако несмотря на внешнее спокойствие, он проматывал на ходу в голове тактику действия при встрече с тем некромантом:
«Раз он некромант, то значит, там будет нежить, но с этим, думаю, справится и простое оружие, а вот против тех заклинаний нужно будет закупить какие-нибудь защитные амулеты».
Скелет тащился слишком медленно. Его перепачканные сухой землей кости натужно скрипели, словно ворчали на некроманта за то, что он потревожил их вечный сон. Уж очень неохотно скелет продвигался через чащу леса, и Торесар понял, что такими темпами Лиир успел дважды пешком обойти планету, прежде чем кто-то доберется до места его временного пристанища. Надо было срочно что-то предпринимать, ибо голубое солнце уже садилось. А когда скроется второе, красное солнце – Лиир, скорее всего, снова двинется в путь.

0

66

«…а что может человек потерять? Не жизнь, потому что он ею не владеет.
Он только берет ее в аренду. Он может потерять лишь деньги,
а какого дьявола стоят деньги по сравнению с личностью?
Это и есть один из способов прожить жизнь, все из нее извлечь.
Человек ее сохраняет или лишается, поставив на карту все».
Эрл Стенли Гарднер. “Кот привратника”.

Зловещий лес, росший вокруг Вороньей скалы, хоть и был зеленым, все равно выглядел довольно жутко. Между деревьями стелился сизый туман, поднимающийся иногда аж до верхушек крон, и в этом тумане протяжно завывали какие-то невообразимые твари. Дальше на юг, за лесом, начинались заболоченные владения ящеров, и Воронья скала считалась чем-то вроде условной границы между реплитиями и эльфами. Впрочем, и те, и другие опасались селиться и вообще близко подходить к этой самой границе.
А вот змею, подобранному Лииром в гробнице, это место пришлось по душе. Он прямо-таки ментально засветился от какой-то странной злобной радости.
- Я чую кровь! – зашипел он в сознании Лиира. – Чувствуешь, некромант? Здесь пролилось много крови! Это так… м-м… прекрасно! Выпусти меня из этого мешка, я хочу видеть это место!
Однако не успел Лиир как-то среагировать, как его внимание привлек какой-то звук. Вернее, не звук даже, а ментальный зов. Который исходил вовсе не от змея. Обернувшись, некромант увидел, что на одном из камней, который раньше был частью потолка цитадели, сидит… обычная человеческая девочка-подросток. Но, разумеется, Лиира не обманул этот маскарад – образ, выбранный порождением Имматерия, был всего лишь маской. Сущность, некогда представившаяся Лииру как Смерть, смотрела на него наивными, но довольно злыми глазами взрослеющего ребенка.
На этот раз демон был в обличье девицы постарше, чем той памятной ночью в лесу. Циклов двенадцать или тринадцать, бледное заостренное личико, синие глазки, черные волосы с ярко-красными прядями, клетчатая юбка… Так могла бы выглядеть типичная тинейджерка на далекой планете Земля, но Лиир никогда там не был и понятия не имел, откуда демоном был взят этот странный образ.
Смерть – именно так пафосно назвал себя мелкий демон варпа, когда впервые представился Лииру. Низшие существа вообще тяготеют к громким именам, стремясь как-то справиться со своим комплексом неполноценности. История умалчивает о том, как их свели вместе происки Архитектора Судеб, но демон иногда давал некроманту хорошие подсказки и даже мог чем-то помочь. Вот и сейчас девочка, ухмыльнувшись, сказала звонким голосом:
- Давно не виделись, Лиир. Нехорошо забывать друзей.
Змееныш почувствовал неладное и беспокойно завозился. Близость существа из Имматерия, пускай даже невоплощенного, ему не нравилась.
- Хозяйка, я про вас никогда не забывал, - маг склонил голову в вежливом поклоне, но становиться на колени не стал. Человеческая гордость как-никак в нем очень хорошо укрепилась. Некромант чуял страх своего нового спутника и все больше утверждался в своей правоте.  - Я пришел сюда продолжать свое обучение, или вы против? - Лиир вопросительно посмотрел на хозяйку косым взглядом из-под своего капюшона.
Девочка расхохоталась, ее холодный смех эхом отразился от вековых руин, создавая оглушительную какофонию. Навеселившись, демон снова посмотрел на Лиира тяжелым взглядом и вновь посерьезнел.
- Ты, - сказала Смерть, - принес в мешке то, что погубит тебя.
Свое хозяйке Лиир привык доверять, за последние несколько лет она никогда не подводила его и не предавала, а иногда ее вмешательства спасали ему жизнь.
- Ну, что же,  - маг ничего не ответил хозяйке и уверенным шагом направился в центр цитадели в большой зал, точнее, то, что от него осталось.
Идти долго не пришлось, поскольку остатки просторного коридора, частично заваленного осколками стен, сразу вывели на круглую площадку диаметром в пятьдесят шагов. Маг зашел в центр и ударил посохом по полу. На полу сразу засверкали руны. Маг не просто так прилетел сюда: когда он начинал свое обучение, он также приходил с учителем сюда. Центральный зал был также тренировочной ареной, и покинуть его можно было, только погасив заклинания арены извне, изнутри это было сделать крайне трудно и практически невозможно. Некромант снял с плеча сумку со своим попутчиком и поставил на пол.
- А теперь я жду объяснений, - маг обратился к своему попутчику.
А в это время волна от активации арены уже стремилась во все стороны с невероятной скоростью. Это не было разрушительным ударом, а тонкая эманация, которая оповещала всех темных, что кто-то активировал круг, и если в ближайшие сутки он не выйдет из круга, то нужно выручать того, кто сам себя запечатал.
Червь медленно выполз из мешка и улегся сверху на черную ткань, свернувшись спиралью и подняв голову – совсем по-змеиному. Глаза-бусины пылали янтарным огнем. 
- Ты что, злишься на меня, некромант? – прозвучал вкрадчивый голос в сознании Лиира. – Думаешь, я от тебя что-то скрываю? И все это лишь со слов демона.
- Нет, не злюсь, я хочу знать правду, - ментально ответил маг.
Данный круг создавали для того, чтобы можно было тренироваться в самой разрушительной магии, и он был монетой о двух сторонах. Чужая магия извне также не могла пробиться внутрь кольца. А отключить может только темный маг. И Лиир знал как минимум одного, кто мог снять данную печать своей кровью. Его взгляд скакал между змеенышем и девкой, лицо которой также стало довольно серьезным.
- Ну, кто удосужится мне все объяснить?  - уже в голос сказал маг. Здесь, в разрушенной цитадели, он чувствовал себя дома, сама цитадель не несла ему угрозы и даже наоборот защищала его.
- Сам подумай, некромант, - фыркнул червь, опуская голову на мешок. – Тебе дает советы демон. Разве можно доверять демону? По сути, кому ты вообще можешь доверять в этом мире?... Я тебе скажу, кому – только тому, с кем тебе нечего делить. Подумай об этом. Этот демон, - он дернул змеиной головой в сторону оставшейся вне круга девушки, - помогает тебе бескорыстно, просто по доброте душевной?
Лиир перевел взгляд на ту, что называлась смертью, и ожидал ответа. Если она действительно смерть, червь сейчас умрет. Этот барьер сдержит магию, призванных демонов, но не смерть. Он помнил, как та забирала жизни адептов в этом круге. Для смерти нет барьеров.
Магия цитадели действительно не представляла преграды для полуматериального порождения варпа, особенно когда здесь было чем «перекусить» - душами тех самых адептов. Однако сейчас здесь, кроме Лиира и какого-то существа-червя, никого не было, и «Смерть» не спешила демонстрировать свою силу.
- Я не буду торопить события, - сказала девица. – Если ты совершишь ошибку, Лиир, скоро ты и твой новый друг сами ко мне придете. Попомни мои слова.
В сознании Лиира прозвучал мерзкий смех. Некромант почувствовал, что, усиленный магией круга, между всеми тремя установился стабильный телепатический канал, и Смерть теперь тоже может слышать мысли червя.
- Знаешь, что обычно требуют демоны в обмен на свои услуги, а, некромант? – спросил червь. – Золото их не интересует. Обычно с ними расплачиваются душами.
- Подумай, друг мой Лиир, - сказала Смерть. – Я тебя хоть раз обманывала? Хоть раз предавала? Я пришла сюда по своей воле, чтобы сказать – ты в опасности. Если бы мне была безразлична твоя судьба, говорила бы я тебе все это?
- Ну еще бы, если ты получишь особый магический дар и станешь сильнейшим магом на Аларисе, демон будет тебе не нужен, - подхватил червь. – А без тебя он просто вернется в варп и вынужден будет искать нового проводника, а это, знаешь ли… хлопотно. В его же интересах не дать тебе возвыситься, чтобы ты всегда нуждался в его бредовых советах.
- И ты поверишь тому, кого встретил пару суток назад? – презрительно усмехнулась Смерть. – Думаешь, он тебе что-то особое даст за бесплатно?... Посмотри на это жалкое создание – у него даже нет души!
- Откуда тебе знать, что у меня нет души, а? – заинтересовался червь, поворачивая змеиную голову к Смерти. – Только если ты действительно знаешь в этом толк. А лучше всего знают толк в душах те, кто ими питаются. Демоны варпа.
Лиир оказался в двусмысленном положении. Он уже настроился на то, что странный змей будет учить его каким-то особым колуднствам, но внезапное появление Смерти породило в нем новые сомнения. Эти двое явно тянули одеяло на себя и старались завладеть вниманием Лиира. И аргументы каждого звучали по-своему правдиво, но что самое странное – Лиир при всем желании не мог почувствовать ложь. Эти двое слишком хитро шифровали свои истинные мысли. Понять, кто лжет, было почти нереально. И Лиир почувствовал, что наступил переломный момент его приключения. Сейчас он должен принять единственно верное решение, в зависимости от которого он или уйдет отсюда абсолютным победителем, или проиграет все. Он почти видел перед собой эти извилистые пути исхода, коих было намного больше, чем два или три, но все они вели в неизвестность. Какой же путь выбрать? Что можно сделать в ситуации, когда ты снова остался один на один с целым миром?...
Лиир втянул холодный воздух на полную грудь и посмотрел на ночное небо через проломленный потолок. Звезды как всегда сияли ярко, но уже чувствовалось начало рассвета. Скоро время темной магии пройдет, и снова день вступит в свою силу. Мага поставили перед выбором, и ему это не нравилось, но нужно было выбирать. Маг чуть склонился на одно колено и прошептал:
- Простите хозяйка, - он взмахнул рукой, и два лезвия метнулись в червя.
Змей, казалось бы, ожидал этого. Он лениво шевельнул хвостом, и его скользкое тельце окутало слабое золотистое сияние, о которое со звоном разбились теневые лезвия Лиира. Змей при этом ничуть не пострадал, и в его янтарных глазах-бусинах отчетливо засветилась насмешка.
- Плохой выбор, некромант, - сказал он с легким презрением. – Но я не злопамятен и уже простил тебе эту глупость. Позволь-ка я тебе кое-что расскажу, если, конечно, ты хочешь услышать мою историю…
- Не верь ему! – взвизгнула Смерть. – Ты же видишь, что это существо принадлежит другому миру!
- Относительно Имматерия – я действительно принадлежу другому миру, - согласился червь. – Материальному. Я ведь тоже маг, Лиир, как и ты… Был им когда-то.
- Нельзя прощать так легко, - Лиир  оскалился. Он наблюдал за действиями всех на этом поле. Сердце его колебалось, но отточенные навыки заставляли двигаться вперед. Он не рассчитывал убить существо лезвиями, но игру нужно было продолжать. - Хорошо послушаем, - маг поднялся на ноги, тьма окутала его тело, превращая в доспехи, но, казалось, некроманту этого было мало и  он поднял еще и магическую защиту.
- Боишься, - мерзко зашипел змей в его сознании. – Мне это льстит. К сожалению, в этом образе я не так силен, как хотелось бы. И не смогу причинить тебе вреда.
- Все правильно, Лиир, - сказала Смерть, оставшись вне защитного круга. – Я знаю, ты сделаешь правильный выбор. 
- Вот этот демон, что явился тебе в образе человеческой девчонки, - сказал червь, - на самом деле порождение Имматерия. Эльдары называют этот мир варпом. Там обитают демоны, питающиеся слабыми душами, они несут лишь смерть и разрушение. И каждый из них мечтает только об одном – о воплощении в реальном мире. Здесь так много беззащитных душ, многие из которых, я уверен, ты уже сознательно или неосознанно скромил этому демону. Пока он еще слаб… настолько слаб, что не может проникнуть за защиту твоей магии. Но подожди немного, принеси ему еще больше душ – и демон станет сильнее тебя. Он поглотит тебя, завладеет твоим телом, а душу отправит в варп на вечные страдания. Неужели твой учитель, против которого ты так отчаянно хочешь бороться, не говорил тебе об Имматерии, полном демонов?... Впрочем, он мог и сам не знать. Но ты можешь проверить мои слова. Попроси твою хозяйку, - он презрительно ткнул кончиком хвоста в сторону Смерти, - убить меня. Посмотрю я, как она это сделает.
Смерть зашипела не хуже змея.
- Лиир, - серьезно сказала она. – Уничтожь его. Он прав – я не могу проникнуть за твою защиту. Но я могу дать тебе могущество. Мы нужны друг другу! Я помогаю тебе, а однажды ты поможешь мне! Я покажу тебе, как править миром, ты станешь непобедим! Но это существо не может дать тебе всего этого. Этот жалкий червяк лишь тень былого могущества некой древней расы. Их название тебе ни о чем не скажет. Но поверь мне, ведь я никогда тебя не подводила! Он не даст тебе того, что дам тебе я!   
- Ага, и демон в итоге получит твое тело, - удовлетворенно подхватил червь. – Не будь глупцом, некромант, не верь демону варпа. У них нет душ, они лишь сгустки ненависти и алчности. У нас куда больше общего, чем ты думаешь… Некогда я был человеком. Магом. И жил за Красной Пустошью, но на мою прекрасную планету пришла Тьма. Не та тьма, которой поклоняешься ты, некромант, но Тьма истинная, первородная, беспощадная… Прикоснувшись к истинной Тьме ты уже не будешь иметь пути назад. Так произошло и со мной. С небес спустились могучие адепты Тьмы в золотых пирамидах, они погубили мой народ и положили начало самым страшным и самым кровавым войнам этой планеты. Эльфы ополчились на магов, маги пошли войной на эльдар, даже драконы убивали друг друга. Это были страшные времена, Лиир, и тебе невероятно повезло, что ты не застал их. Я сражался вместе с магами Жизни против Властелинов Небес. Одна эльфийская колдунья – я не знал даже имени этой старой карги – превратила меня в мерзкого червя и объявила, что я, человеческий маг, и есть главное зло этой планеты. Обезумевшие от ненависти эльфы и все прочие охотно поддержали ее. Меня заточили в гробницу, запечатав ее самой сильной темной магией. Но я не терял надежду, я верил, что однажды наступит мой день! Годы шли, и я уже не знал, сколько провел в этих мрачных катакомбах – тысячу лет или целую вечность… Я сбился со счета и добровольно погрузил себя в транс. Моих магических сил не хватало на то, чтобы пробить эльфийскую защиту. Прежде я поклялся себе, что буду служить верой и правдой тому, кто освободит меня из заточения. Что я буду верным помощником моему освободителю, поделюсь с ним своими магическими знаниями. И вот появился ты, некромант, ищущий защиту от твоего учителя, что хочет теперь уничтожить тебя. Я пообещал тебе, что моих давно забытых на этой планете магических навыков будет вполне достаточно, чтобы противостоять любому магу. Вот моя печальная история, Лиир… Я всего лишь оказался слишком силен и этим навлек на себя ненависть эльфийской ведьмы!
Лиир ощутил исходившую от червя неприкрытую печаль. Рассказывая свою историю, червь жалел себя, и в его получеловеческом сознании чувствовались волны пережитого некогда страха, отчаяния, ярости, гнева – и вообще полный спектр эмоций обманутого и оклеветанного существа.
- Ты ведь пришел в гробницу в поисках особых магических сил, верно? – продолжил червь. – И ты нашел их. Не банальный магический меч, не волшебную корону древних эльфов, дающую абсолютное знание, и даже не зачарованный посох какой-нибудь – ты нашел меня. Подумай, это ведь неспроста. Я и есть твое оружие против твоего учителя. Но ты тоже можешь помочь мне, некромант, именно поэтому я до сих пор с тобой, а не уполз в лес. Ты уже догадываешься, чего я хочу, верно? Я хочу снова стать человеком и спасти эту планету от Властелинов Небес. Я уверен, они еще представляют угрозу этому миру…
- Это все ложь, - отрезала Смерть, прохаживаясь туда-сюда за границей магического круга. – Нет никаких Властелинов Небес. В гробницу он попал по заслугам!
Она говорила уверенно, однако Лиир ощутил слабое, едва заметное… замешательство. Чтобы Смерть – и сомневалась? Чтобы Смерть – беспокоилась?... Лиир пока не понимал, что что-то в поведении Смерти изменилось. Она… нервничала. Внезапная магическая защита червя как-то не стыковалась с ее представлением об этой самой «некогда могущественной расе». Казалось, она сама не была уверена, правильно ли идентифицировала это существо. Зато, в отличие от Смерти, червь стабильно держал телепатическую защиту. Казалось, он и впрямь был довольно силен в магическом плане.
- Вот я тебе рассказал о себе, Лиир, - с какой-то странной печалью сказал червь. – Хочешь – верь, хочешь – нет. Но если моя помощь тебе более не нужна, тогда хотя бы выпусти меня в лес – возможно, моя сила и знания пригодятся еще кому-нибудь. И разойдемся с миром.
- Убей его, - настаивала Смерть. – Или выброси в ядовитое болото! А потом возвращайся – и я помогу тебе победить Торесара! Как тебе такое предложение?
- А вот с этим осторожнее, некромант, - змей забавно покачал головой из стороны в сторону. – Не забывай о том, что я рассказывал о пожирателях душ. В лучшем случае демон заберет твое тело. В худшем ты потеряешь душу. 
Лиир снова почувствовал, что оказался на перепутье. И черта с два поймешь, кому верить!
Пока змееныш вел свой диалог, Лиир призвал лук и от души посыпал змееныша стрелами, которые также почти на автомате призывал. Он натягивал тетиву на всю мощность, но вот точность хромала, и было стойкое ощущение, что маг не хотел убивать пока змееныша. Стрелы вонзались в пол, вызывая всплески защитной магии, а змееныш активно от них уклонялся. Продолжая вести свой ментальный рассказ. 
Маг остановил свою пальбу и выполнил призыв теней. По ментальной команде он сконцентрировал их вокруг наконечника стрелы и, целясь в змееныша уже по правде, начал вливать магию в теней. Какая бы ни была сильная магическая защита, маг решил ее пробить тем, что в далеком будущем назовут тандемным боеприпасом.
- Так что вы не поделили? - вдруг маг обратился сразу к обом.
- У меня нет никаких дел с порождениями варпа! – отрезал червь, увернувшись от очередной мгаической вспышки. – Может, изволишь прекратить нападать на меня? Если ты меня убьешь, тебе нечего будет противопоставить твоему учителю.
- Я помогу тебе победить Торесара! – вскинулась Смерть.
- Да неужели? – ехидно захихикал червь. – Что-то ты до сих пор не особо помог ему, демон, - он впервые обратился напрямую к Смерти. – Может быть, потому что старый некромант слишком силен для тебя и способен отправить тебя в варп одним лишь щелчком пальцев?...
- Заткнись, жалкий ползучий червяк! – яростно велела Смерть. – Лиир, посмотри на меня! Я твоя повелительница, я властвую над мертвыми и вечно царствую во тьме! И я приказываю – убей червя! Убей его самой сильной твоей магией! Сколько бы он ни был силен, но тебе противостоять не сможет! А потом выброси его жалкий труп в ядовитое болото под скалой – и все будет кончено. Я одарю тебя властью и бесконечной силой! Ты слышал мой приказ, Лиир?! Исполняй! Быстро! – на последних словах голос Смерти изменился, перестав быть девичьим. Теперь это шипело страшное животное из недр тела юной девушки.
- Демоны Имматерия всегда так эмоциональны? – протянул червь. – Ну конечно, варп – это ведь эмоции, чувства, всплески безумных мыслей и идей… Бесконечный мир неконтролируемых эмоциональных порывов. Если хочешь, я покажу тебе, Лиир, что такое варп… Ты хочешь это узнать? Это откроет тебе глаза на то, кому ты служишь… и какая страшная судьба ждет тебя по итогам союза с демоном.
Лиир чуть сдвинул рукой лук и выпустил стрелу в окружавший барьер. На пути ее полета не было ни той, которую именовали Смертью, ни змееныша. Стрела, обвитая тенями, присвистнув, вонзилась в барьер, тот засверкал всеми цветами радугами, заискрился молниями, но выпустил стрелу, остановив теней. Та, пролетев еще с десяток метров, вонзилась в обломок колоны, выкрошив пыль.
Маг взглядом охотника оценил выстрел и, повернувшись левым плечом к странной парочке, развеял свой лук. У Лиира была одна и самая главная особенность, его запас магии был крайне велик для мага. Он мог бить своими заклинаниями хоть целые сутки. Устанет тело и разум, но магическая сила останется. Но он знал и про последствия.
Маг снова посмотрел в ночное небо. Он чувствовал, как утренние лучи уже тянутся  к цитадели, и скоро пик его силы уйдет.
- Дети малые, - прошептал он и сразу добавил, но уже голосно, - вы как дети малые. Никакой гордости. Убей, убей, а что дальше? Свято место пусто не бывает, уйдет один - его нишу займет другой. Мы или договоримся, или так и останемся с ничем.
Маг вышел в центр арены, уложил там свой посох и, усевшись на один из булыжников, оставшийся от некогда величественного свода, уставился на парочку. В глубине он понимал, что когда-то ему придется сделать выбор, возможно, через несколько мгновений, но пока пускай все будет как есть.
Смерть голодной лисицей прохаживалась вдоль защитного барьера, кидая на Лиира пламенные взгляды. Червь меланхолично разлегся на мешке, положив змеиную голову на собственный хвост. Увидев, что Лиир больше не будет рвать и метать, он немного расслабился. Однако разум его был непроницаем ни для мыслей, ни для эмоций. Абсолютно ровный слой ментальной защиты – ни единой лазейки. У Смерти тоже была защита собственных домыслов, но прямо противоположная: ее разум был словно и открыт, но стоило Лииру хоть немного потянуться к нему, как его начинало тащить в водоворот страшной потусторонней энергии, состоящей из бесконечных запутанных голосов, эманаций чьих-то эмоциональных всплесков и совсем уж невообразимой темной энергетики. Разум Смерти был хаотичен, смазан и размыт, и мысли были в нем перемешаны, как молотые травы к ведьминском котле Матушки Кираэль… Пробиться сквозь них, понять что-то и самому при этом не потерять рассудок было невозможно.
Итак, Лиир видел перед собой двух явно магических существ. Из абсолютно противоположных энергетических миров: один был тверд и холоден, как гранит, другой – безумен и хаотичен, как зелье старой ведьмы. И в обоих чувствовалась сила – странная непостижимая сила, ощутить которую мог только опытный маг. Сила эта имела разную природу, причем, настолько разную, что сравнить ее по уровню было крайне сложно. В общем, оба были друг друга достойны.
- Подумай хорошенько, Лиир, - сказала Смерть. – Если бы мне было безразлично, что с тобой станет, пришла бы я сейчас к тебе, чтобы предупредить об опасности?
- Действительно, - хмыкнул червь. – Демон явился когда ты почти получил от меня магическое откровение. С чего бы это?... Уж не хочет ли твоя «госпожа» не дать тебе стать сильнее заурядного демона варпа? Ведь если ты станешь сильнее,  она больше не сможет помыкать тобой.
- Я не враг тебе, Лиир, - снова сказала Смерть, успокоившись и приведя свои блуждающие мысли в относительный порядок. – Вспомни, что я ни разу тебя…
- … не подводила, бла-бла-бла! – закончил за нее червь. Казалось, будь у него человеческие глаза, он возвел бы их к небесам. – Мне это начинает надоедать. Делай что хочешь, некромант, я тебе лишь предложил помощь как знак благодарности за спасение. Если ты не нуждаешься в моих услугах – отнеси меня в лес, и расстанемся друзьями. А потом, когда демон утащит тебя в варп, ты попомнишь мои слова, - добавил он.
- Я заберу твою душу, Лиир, только в том случае, если ты доверишься этому мерзкому червю, - продолжила Смерть. – Ибо это он погубит тебя. Вовсе не я.
И так спор продолжился по кругу. С чего начали, к тому и пришли. Лиир ощущал себя между двух огней. Стоит лишь сделать неправильный выбор – и он рискует буквально всем… А ведь сюда идет его учитель – Лиир отчетливо чувствовал это, ведь Торесар особо не скрывался. На рассвете он будет здесь. С момента последней их встречи Лиир так отчаянно искал способ противодействия Торесару в случае, если тот снова применит силу, и нашел лишь червя, от союза с которым его так настойчиво отговаривает Смерть! Торесар по-прежнему остается на порядок сильнее Лиира, и если дело снова дойдет до рукоприкладства – а оно непременно дойдет, если Торесар увидит его рядом со Смертью! – то Лииру придется спасаться бегством. Он уже пробовал одолеть Торесара и пришел к выводу, что его навыков будет недостаточно. Но в гробнице демонов вместо жидаемого артефакта или, на худой конец, магического меча, был лишь какой-то странный червь, обладающий магией. Хорош подарочек. А Смерть?... Если она действительно Смерть – тогда Торесару нужно бояться, ибо для истинной Смерти нет преград. Но тогда… почему она не предложила Лииру свои «услуги» по устранению старого некроманта еще раньше?... Неужто она не в силах справиться с обычным некромантом? И все же она во многом права – Смерть ни разу не давала повода усомниться в ее покровительстве, чего не скажешь о черве-незнакомце, с которым Лиир «познакомился» чуть больше суток назад. Вот уж действительно «темная лошадка». И молодой некромант оказался перед нелегким выбором, от которого, возможно, будет зависеть его жизнь. Каждая секунда приближала его к встрече с Торесаром.
Маг знал, что лишь вот такое не очень и показушное сражение могло вывести всех на чистую воду. Но камнем спотыкания была лишь гордость существ, которые ничего никогда ни с кем не делили. И Лиира это начало уже порядком доставать. Он был человеком, прежде всего, и от обычных человеческих чувств он еще не избавился.
- Червь, ты хотел меня учить, так чего мы ждем? Начинаем обучение, по его завершению ты свободен. Смерть, ты собираешь души убитых мною существ, я тебя прогонять не собираюсь, возможно, когда-то ты заберешь и мою душу, но это будет позже.
Маг поднялся с камня и выровнялся, гордо расправив плечи.
- Мой учитель откликнулся и скоро будет здесь. Ввиду небольшого конфликта, скорее всего, он меня здесь убьет. Можно и дальше спорить, но для меня исход не изменится. Я здесь умру в этой клетке, возможно, сам, возможно с кем-то из вас. У каждого есть своя цель, так давайте ей следовать.
- Твой учитель идет сюда? – протянул червь задумчиво. – Видишь ли, некромант, высшей магии за пару часов не обучаются. Ты ведь не рассчитывал, что я сделаю тебя сильнее буквально за пару часов? Магия – это не вещь, которую можно передать из рук в руки. И даже не некий абстрактный сгусток силы. Магия – это прежде всего твои знания и опыт, это вера в твои возможности, это однозначное и абсолютное принятие того бремени, которое на тебя налагает владение этой силой… Ты понимаешь, о чем я? – горящие глаза-бусины неотрывно следили за Лииром. – Я действительно могу дать тебе многое, Лиир. Рассказать. Обучить. Показать древние и давно забытые ритуалы. Но на это потребуется не день и не два, а… несколько больше. Пары циклов, я думаю, будет достаточно. Но раз у тебя такая… хе-хе… ситуация с твоим бесподобным учителем... Есть один способ. Я могу на некоторое время наделить тебя моими способностями, совсем ненадолго. Но демон должен убраться отсюда.
Смерть ударила рукой по магическому барьеру и, почти по-человечески вскрикнув, отдернула руку. По барьеру пробежала рябь.
- Не верь этому червяку, Лиир! – прошипела она. – Все его слова – ложь, ни единой крупицы правды! Червь лжет от первого до последнего слова. Он погубит тебя, Лиир! Попомни мои слова! Опусти защиту – и мы уйдем отсюда вместе. Встреим Торесара и сразимся с ним! Нам обоим он не сможет противостоять!
- Даааа? – ехидно протянул червь. – Что же раньше ты не сделал этого, демон? Может быть, потому что не тебе тягаться с некромантом?...
- Заткнись, мерзкое солздание! – Смерть толкнула червя сильным ментальным посылом, отчего тот пригнул голову к полу. – Посмотри на меня, Лиир! Кто твоя госпожа?!
- Да, понимаю, что нужно время для обучения, но сейчас или мы делаем, как сказал я, или мы все что-то теряем.
Маг говорил спокойно и ровно, он уже успел переварить в голове случившееся и решил идти таким путем. Он видел способ, как пройти барьер, но ему нужны были оба существа.  Холодный расчет, чего еще стоило ожидать от некроманта.
- Что ты мнешься в нерешительности, как человеческая самка? – вкрадчиво прошипел червь в его сознании. – Решай скорее – или проводим быстрый ритуал временной передачи силы, или уходим отсюда и начинаем твое долгое обучение!
Червь заметно начинал терять терпение. Казалось, вся его выдержка и хладнокровие ранее давались ему огромным напряжением воли. Смерть тоже не отличалась терпением.
- Лиир! – громыхнул глас демона под сводами древнего зала. – Ты забываешься! Я приказываю тебе убить червя, слышишь?!
- Учеба будет длинной, и все уйдут отсюда, но вот с чем уйдут, зависит только от вас, - маг уклончиво гнул свою линию. - Время для меня тикает очень быстро.
- Тогда как определишься – дай знать, - лениво протянул червь и… нырнул обратно в мешок. Пожалуй, будь у него возможность по-человечески зевать, он непременно изобразил бы небывалую скуку.
Смерть, казалось, слегка оторопела от внезапной «капитуляции» червя. Но она сдаваться не собиралась.
- Лиир, почему ты меня не слушаешь?! – вопросила она. – Я твой единственный друг в этом мире.
Червь сделал вид, что сдался, но сам слушал продолжение диалога.
- Потому что в данном случае вы ведете себя, как дитя - раз, и выбраться отсюда я могу только с вашей обоюдной помощью. В противном случае мне здесь нужно ждать учителя.
Маг вовсю старался обойтись малой кровью, но, похоже, эта малая кровь будет его.
- И что же ты будешь делать? – почти насмешливо спросила Смерть.
- То, что обычно делают люди, - маг коварно улыбнулся, - ждать смерти.
- Значит, вот как? Ты сдаешься? – воскликнула Смерть, прохаживаясь туда-сюда по другую сторону магической границы. – Но какой тебе в этом толк?
- Сдаться, - маг задумчиво протянул и добавил, - ты же меня лучше всех знаешь, я никогда не сдаюсь. Но и выбирать сейчас, кто должен умереть, я не хочу.
И, бросив дерзкий взгляд из-под капюшона, добавил:
- А почему ты так не хочешь, чтобы червь меня обучил? - в вопросе не было ни издевки, ни каких-то скрытых мотивов, прямой вопрос, на который маг надеялся получить примой ответ. Но его интуиция подсказывала, что все будет тщетно. Оба существа были упертыми и гнули свою линию, скоро придет его учитель, и ему придется очень несладко. Но некромант был уверен лишь в одном, он выживет любой ценой.
- Да потому что не будет он тебя ничему учить! Этому мерзкому существу нужна твоя душа, глупец! – зашипела Смерть раздраженно.
- От демона слышу, - ментально отозвался червь из мешка, забыв про свою демонстрацию на тему «я умываю руки».
- Лиир, услышь меня! – продолжала Смерть, проигнорировав этот комментарий. – Мне незачем желать тебе зла. Я лишь предупреждаю, что ты принес в мешке опасное животное. Оно тебя погубит, я чувствую это, я лучше тебя вижу насквозь его мерзкую сущность. Но у меня остается слишком мало времени в этом мире, и я говорю тебе последний раз – одумайся и поберегись! Заклинаю тебя, некромант Лиир, не доверяй червю, выброси его в ядовитое болото и беги отсюда, пока Торесар не настиг тебя! А потом я снова найду тебя, и мы отыщем способ ему противостоять. Да будет так!
- Вот поэтому я и хочу, чтобы вы оба остались со мной. Кто подведет, того и убьем, - маг то ли улыбнулся, то ли просто кровожадно оскалился.
Утро вступало в свои права, и остовы башен уже вовсю были освещены утренними лучами. Посох больше не давал прироста в силе. Если что, он сможет вырваться с этой арены только в следующую ночь. Но тут уже появлялось еще больше «если», магу это не нравилось, но он решил играть до последнего. Его душа в любом случае кому-то достанется. Но тогда для него это уже не будет иметь смысла. Или же можно будет сыграть в еще одну игру со смертью, но там уже только воля случая и желание истинной смерти. Маг терзался в своих мыслях и, возможно, чувствуя эти терзания, оба существа на него дальше наседали.
- Если Торесар увидит тебя со мной здесь – он убьет тебя, - говорила Смерть. – А мои силы в этом мире истекают. Мне нужно забрать чью-то жизнь, чтобы быть в состоянии помочь тебе встретиться с твоим учителем.
- Демон чувствует, что этот ваш старый некромант отправит его в варп одним щелчком пальцев, - прококмментировал червь, высунув мордочку из мешка.
- Опусти защиту, Лиир, и я сама убью червя! – предложила Смерть. – Времени совсем мало!
- Ну в чем-то демон прав, - неожиданно согласился червь. – Если твой учитель действительно так суров, как ты его описываешь, он не будет рад, застав тебя в моей компании – и компании демона. Мы все можем умереть. Демон-то ладно, переродится в варпе, а я, например, жить хочу. Так что, коль уж ты не можешь выбрать, предлагаю нейтральный вариант – забери меня отсюда, и уйдем куда-нибудь. Скроемся, там я обучу тебя магии, и когда некромант настигнет нас – ты будешь готов его встретить.
- К сожалению, без нее не выбраться, - маг подошел к сумке со змеенышем, поднял ее и перекинул через плечо.  - Барьер не мой, и, как видите, я его пройти просто так не могу. Его может отключить или другой некромант извне, или его можно пробить изнутри так, как я это делал со стрелой. Нужно цель завернуть в магическую оболочку. Тут нужны два фактора. Сама оболочка и магическая сила, чтобы на время компенсировать силу барьера. Оболочкой могут стать доспехи Смерти, если она поможет их немного усилить. А с тебя, - маг уже обращался к змею, - нужно будет немного силы влить в нее, поскольку сейчас день, и я не так силен, чтобы справиться в одиночку, да и ночью это было бы проблематично. Когда выберемся, я вас обоих покормлю, - маг давал слово и был готов его выполнить.
Червь внимательно слушал все, что Лиир рассказывал о преодолении магического барьера. Этих знаний у него прежде не было, и они могли изрядно пригодиться. Мешок висел за спиной Лиира, и червь лениво высунулся из него, положив голову на плечо некроманта.
- Я не понял, - вкрадчиво сказал он. – Ты хочешь, чтобы я делился моей бесценной силой с демоном варпа?
- Не совсем, доспехи призываю я, поэтому тебе нужно будет немного поделиться магией со мной. Она лишь усилит доспехи своей силой, чтобы они полностью нас покрыли. Или можем подождать моего учителя. Он, скорее всего, снимет барьер, а вот потом... - маг задумался, - тяжело сказать, что будет потом.
- Ладно, - сказал червь, будто на что-то решаясь. – Так и быть. Но уговор есть уговор, помни об этом. Все будет довольно быстро.
- Лиир, осторожно! – вдруг восликнула Смерть.
И тут произошло нечто странное и довольно неожиданное для Лиира. Некромант ожидал, что червь будет колдовать, но тот вдруг юрко выполз из мешка и змеей обвился вокруг шеи некроманта. Он не успел даже ничего сделать, как у Лиира сработала отменная реакция. Его инстинкты выживания сработали прежде чем мозг успел осознать случившееся. Подумав, что червь хочет его придушить, Лиир резко схватил его за черное извивающееся тело и отодрал от себя. Червь рвался и бешено извивался, но вырваться уже не мог.
Зато Смерть ликовала.
- Видишь, видишь, он пытался тебя убить! – радовалась она на другой стороне барьера.
- Стой, некромант! – дронесся до Лиира ментальный вопль червя. – Ты что делаешь?! Я же собирался дать тебе мою силу для встречи с Торесаром! Это единственный способ!!!
- Я же говорила, я же говорила! – ликовала Смерть. – Он хотел тебя убить!
- Это безумие! – прошипел червь. – Если б я хотел тебя убить, я бы сделал это еще пока ты спал! Очнись, некромант, без меня тебе не выйти отсюда! И нечем будет встретить этого твоего Торесара!
Маг сжал рукою змееныша, но не все так было просто, как могло показаться. Маг ощущал под рукою сопротивление. Лиир даже подумал, что это некая разновидность барьера. И она обволакивала червя по поверхности тела. Можно было потягаться в силе с ним, но пока у некроманта явно не хватало силенок. 
- И что это было? - спросил маг спутника, он был в патовой ситуации.
Он не врал, он видел только один способ пройти насильственно через барьер. Но два существа сейчас настолько не хотели сотрудничать, что магу оставался только один путь, точнее два, но оба ему очень не нравились. Можно было бы встретится с Торресаром, но он, наверное, оставит своего ученика внутри барьера, а может и убьет, пока не поздно. А можно было... Лиир качнул головой, отгоняя эту мысль.
- Ты же сказал сам – твой учитель будет здесь на рассвете! – прошипел червь, продолжая неистово извиваться. – А я не хочу умирать. Посмотри, голубое солнце уже давно взошло. Всю ночь ты потратил на препирательства со мной, вместо того чтобы принять мои знания, и я не успею ничему тебя обучить за считанные минуты! Я могу лишь сделать так, чтобы моя сила стала твоей… на время. Для этого мне нужно совсем немного твоей крови. И телесный контакт. Только так ты сможешь достойно встретить второго некроманта и дать ему отпор. Иначе – рассчитывай сам на себя. Но хотя бы меня отпусти, чтобы я мог уползти куда-нибудь и отсидеться, пока твой учитель будет делать из тебя отбивную по-мертвякски. 
- Кровь и контакт, - маг оскалился, он был силен в разного рода проклятиях, в основе которой лежала оная магия крови, она была сильна, но требовала ритуалов. - Держи, - Лиир отвел руку в сторону, которая сейчас была свободной.
Над ней материализовался короткий кинжал, который под своим весом, просвистев, оставил росчерк на ребре ладони. Алая кровь жадно полилась хоть и через небольшую, но очень точно нанесенную рану.
- Но почему ты мне сразу не сказал об этом?  - Маг держал руки, как на весах, в одной был червь, а с другой обильно текла кровь. - Да и если не ошибаюсь, для передачи силы через кровь нужен неслабый ритуал, или, может, ты решил взять меня под контроль?
- Конечно он собрался взять тебя под контроль, глупец! – вмешалась Смерть, появляясь в поле зрения Лиира за чертой круга. – Он пытался тебя придушить, ты же сам видел! Лиир, не верь этому существу, говорю тебе еще раз! Он тебя погубит!
- Бла-бла-бла, - отозвался червь с наигранной усталостью. – Твой учитель, Лиир, точно прикончит нас обоих, если застанет в таком виде. Так что давай-ка садись на пол, протяни обе руки вперед и сосредоточься. Ритуал нужен, но не очень сложный. Надеюсь, мы успеем.
При виде крови червь перестал вырываться и прямо-таки запульсировал энергией удовольствия.
Магу, в принципе, нечего было терять. Он сел на пол и вытянул руки вперед. Но так просто попасть под чужой контроль он не хотел. В любом случае, его разум и воля будут сопротивляться, и вот как раз на такой случай он вынул одну из козырных карт. Над магом материализовался меч. Но это не был одноручник, с которыми привык сражаться маг, а это был двуручный меч на все два локтя полной длины лезвия. Он завис над магом в очень опасной близости. Клинок явно удерживался магией, и только дрогнет воля Лиира, он располовинит мага.
- Смерть, это твой подарок. Дрогнет мой контроль  - убей меня. Приступим, - добавил маг, уже обращаясь к червю.
- Для начала отпусти меня, - попросил червь, - посади меня на плечо, так контакт моего и твоего биополя будет более существенен, - начал распоряжаться он. – И ножик свой лучше убери, вдруг что-то пойдет не так – и он упадет тебе на голову. Или на меня. Я еще жить хочу, если помнишь.
- Лиир, опомнись! – снова воскликнула Смерть, ударив кулачком по магическому барьеру. – Это все ложь! Никакой силы он тебе не даст, подумай еще раз внимательно! Еще не поздно – убей червя, мы вместе преодолеем барьер, убежим от Торесара, а потом, когда ты наберешься сил, встретимся с ним! Уж я тебя не оставлю, можешь быть уверен!
Лиир расплылся в улыбке:
- Контакта и такого для ритуала должно быть достаточно, а клинок лишь гарантия того, что все сделают именно то, что нужно.
На клинке материализовалась еще пара колец, дополнительно увеличив его вес.
- Ну так что? Продолжим?
Змей опасливо покосился на меч.
- Тогда держи меня подальше от этой штуки, - сказал он. – И это… руки ладонями вверх, чтобы на них собралась кровь. Да-да, не разбрызгивай кровушку по полу, ценный же материал. Держи в ладонях, сосредоточься. Ты что, первый раз в темномагическом ритуале участвуешь?
Лиир выкрутил руки ладонями вверх, но червя так и удерживал большим и указательным пальцем в цепком кольце. А вокруг тела мага собрался черный туман, маг был готов ответить на любую атаку в его сторону.
- Начнем?
- Начнем, - согласился червь. – Только вот не пойму, чего ты так меня боишься? Не будешь доверять мне – не сможешь принять мой магический потенциал.
В этот момент страшный удар сотряс магический барьер, тот заискрился, затрещал, но выстоял. Это Смерть предприняла последнюю попытку прорваться внутрь.
- Неверный выбор, Лиир! – вскричала она. – Это твоя погибель! – едва прозвучали последние ее слова, Смерть растаяла в фиолетовом облаке энергии Имматерия.

0

67

События минувшей ночи.
Торесара словно толкнула мощная волна энергии, до боли знакомого взрыва, словно отдача от магического взрыва, возникающего от активации могущественного барьера. Некромант остановился как вкопанный.
- Двенадцать меридианов, горизонт демоноборца, божественный замок, - начал перечислять старик элементы какого-то то ли заклинания, то ли ещё чего-то. – Сто пятьдесят восемь священных символов. Зачем ты вернулся туда, Лиир?
Некромант какое-то время был в смятении, не зная, что делать дальше, но недолго. Старик улыбнулся, он наконец настиг его, а значит, ответы уже близко. Убивать Лиира он не планировал, пока, всё же он был его единственным учеником и самым близким человеком в этом мире, однако некромант все же был к этому готов, по крайней мере, дальнейшие его действия будут зависеть от разговора между ними и от ответов, которые он получит.
- Идем, Ярослав, мы нашли его, - командным тоном произнес старик. – И будь готов, он крайне опасен. Не давай коснуться себя, не касайся его посоха и не бойся его теней.
Обратив кости скелета проводника в прах, некромант собрал его и двинулся с удвоенной скоростью к цитадели, в которой засел его ученик. Он не стремился скрываться, наоборот, он давал о себе знать, выпуская свою темную ауру на полную мощность, Лиир должен знать, что он идет, и что он хочет говорить, а не сражаться, хотел бы сражаться - не стал бы идти так заметно.
Когда некромант резко остановился, Ярослав быстро вытащил меч и приготовился к отражению атаки, однако когда наниматель начал болтать какую-то непонятную околесицу, наёмник чуть не выматерился в голос:
«Опять эти колдовские штучки, тьфу», - мысленно сплюнул Ярослав.
Когда же некромант начал давать ценные советы, он слушал его очень внимательно, всё-таки инстинкт самосохранения у человека работал идеально... в большинстве случаев. Когда некромант припустил вперёд, наёмник этого никак не ожидал, из-за чего сначала притормозил. В конце концов пришлось догонять его бегом, а в голове билась мысль, полная сожаления:
«Эхххх, а амулеты закупить не удалось».
К утру запыхавшиеся и выбившиеся из сил некромант и его юный помощник выбрались к границам земель рептилий. Здесь были влажные туманные леса с ядовитыми болотами и неведомыми зверями, но их обоих сейчас не особо волновали такие мелочи. Торесар боялся только одного – опоздать и снова упустить Лиира из виду. По крайней мере, сейчас он был уверен, что его ученик находится на Вороньей Скале. Он уже видел ее вершину сквозь кроны деревьев – нужно всего лишь обойти ее по кругу и подняться по каменной лестнице наверх… Но тут что-то пошло не так.
Перед Торесаром возникла фиолетовая вспышка, явившая его взорву девочку-подростка с черно-красными волосами, бледной кожей и острым взглядом.
- Привет, старик, - сказала девочка. – Помнишь меня? Разговор есть.
- Ты… - Некромант, естественно, узнал демона, который был виновен в изменении его ученика.
Не утруждая себя задаванием вопросов или банальными размышлениями, он просто встал наизготовку, явно намереваясь уничтожить её нафиг. При этом его не особо смутило отсутствие его ученика, который, по идее, должен был быть одержим ею, для него она была врагом даже не номер один, а существом, которого требовалось уничтожить сей же момент.
Некромант взмахнул своей косой с намерением рассечь демона от плеча до седла.
Как только в яркой вспышке появилась странная девочка-подросток, Ярослав быстро выхватил меч и выставил перед собой щит, готовясь к бою, иллюзиями он себя не тешил: раз она появилась из ниоткуда, значит, магичка, а против магии никакой защиты у него не было. Однако как только некромант, которого бывший стражник сопровождал, атаковал её, он отбросил все сомнения и стал заходить сбоку, при этом нанося удар так, чтобы не помешать движению косы.
Девочка-подросток растаяла в воздухе также внезапно, как и появилась. А затем материализовалась уже за спиной некроманта.
- Полегче, старикан, - сказала она насмешливо. – Я ведь всего лишь ребенок, а?...
Быстро развернувшись, Ярослав молнией метнулся к магичке, быстро сокращая дистанцию и нанося быстрый колющий удар. Не смотря на плод своих действий, он сразу же отпрыгнул, прикрываясь щитом и занимая более удобную позицию с боку врага.
- Ну вот, еще и деревенский тугодум ножиком размахивает, - сказала девочка, на этот раз появляясь за спиной Ярослава. Меч стражника задел лишь воздух. – Ладно, мужики, помахали кулаками – и хватит. Я не бесить вас пришла, хотя это было бы интересно. Прекрати свою магию, старик, я и так недолго задержусь в этом мире, - закончила девочка, становясь все более прозрачной. Магия Торесара отнимала у нее секунды жизни в материальном мире.
Заметив, что демон начинает развоплощаться, старик остановился.
- Ярослав, остановись, - крикнул он своему спутнику и переключился на девочку. - И что это значит? – спросил он, слегка не понимая. – Ты отпустила Лиира? С чего бы?
Услышав слова нанимателя, Ярослав неохотно опустил оружие, однако при этом продолжая закрываться щитом и мудро решая, что уж лучше он не будет влезать в ещё один конфликт с ещё одним магом.
- Лиир сам себе хозяин, - девочка смешно дернула плечиком. – Я его и не держала никогда, мы лишь помогали друг другу. Да, позвольте представиться, я – Смерть, - сказала она и залилась холодным, совсем не детским хохотом, от которого испуганно вспорхнули с дерева летучие мыши и, попискивая, унеслись куда-то в облака. – А вы – безмозглый старый маразматик и деревенский дуболом, можете не представляться, я и так вижу вас насквозь. Но – увы и ах! – так уж случилось, что жизнь Лиира в опасности, и меня это, как ни странно, беспокоит, - демон явно кривлялся и ломал комедию. – И тебе, старикан, лучше поспешить, потому что одержим Лиир вовсе не мною, а тем, кого он достал из древней гробницы.
При словах «девочки» у Ярослава  пересохло во рту, а на лбу выступил холодный пот, затем он сказал, обращаясь к старику:
- Эммм, ты лучше не слушай её, женщины они такие, — при этих словах мужчина неопределённо повертел рукой в воздухе, — на своём опыте знаю, лучше не обращай на неё внимания и не верь ни единому её слову,  - после этого Ярослав глубоко вздохнул, выдохнул и немного успокоился.
- Из гробницы? - Переспросил некромант, и его глаза округлились. – Он действительно связался с Лжебогом!
Представления «Смерти» он пропустил мимо ушей, для него в этом уже не было смыла. Чертов Лиир все же по своей воле изменился, может и под влиянием этого демона, но все же по своей воле. Старик уже сильно жалел, что не вбил в своего ученика больше ума, намного больше.
- Слишком рано я его отпустил тогда, - посетовал он, но через секунду опять посмотрел на демона. – Ну что же. Думаю, я должен отблагодарить тебя, не так ли? Ярослав, отступи подальше!
Торесар отбросил свою косу в сторону и легким, совсем не старческим движением резко приблизился к демону, наговаривая что-то под нос, единственные слова, которые можно было разобрать, это «путь осколков, поток энтропии взойдет к вершине, меняйся, меняйся, умирай, умирай, живи, живи, я связан цепью и кидаю аркан». Быстрым движением некромант коснулся пальцем лба демона и нарисовал на нем два круга, малый и большой. Это был символ его магической практики, который читался как шепот и использовался для проклятий, на духов он действовал парализующе и позволял продолжить их подчинение.
Быстро отреагировав, Ярослав совершил немыслимой длины прыжок в сторону и рухнул на землю, моля при этом всех известных ему богов, чтобы то, что некромант будет делать, не задело его, что бы это ни было.
Демон не успел исчезнуть, ибо проворность Торесара была даже для него неожиданностью.
- Ты зря теряешь время, некромант! – сказала девочка, не двигаясь с места. – Я никогда не подавляла волю твоего ученика, он сам нашел меня и заключил контракт! А теперь его душа во власти сильнейшего потустороннего существа, какого еще не видела эта земля. Я пришла сказать тебе, что ты можешь спасти Лиира только одним способом…
- Ты продолжай говорить, - сказал некромант, с ухмылкой рисуя вокруг неё магический круг. – Но убедись, что ты успеешь до того, как я закончу.
На первый взгляд круг был довольно сложный, но небольшой, и казалось, что у Торесара уйдет на него совсем немного времени, пять минут максимум. Вся та же форма, два круга, малый в большом, но было и отличие, большой круг был с лучами, над которыми были непонятные символы. В любом случае, демон уже мог понять, к чему все идет, ибо она чувствовала изменения в магическом поле, которые создавал этот круг, и эти изменения влияли на неё, на самое её основание.
- Закат - рождение теней, восход - рождение теней, свет есть страх, зенит есть смерть, - Торесар стал читать какое-то заклинание. – Тьма мое убежище, тень мой страж, Shakara gorefo, Shakaga nekado.
- Без меня ты никогда не найдешь то, что может освободить Лиира! – крикнула Смерть. – Я не смогла убедить его, но сможешь ты. Отпусти меня в варп – и я скажу тебе, какое существо завладело его душой, и как его победить. Если Лиир потеряет свою душу – твоей планете придет конец.
- Я знаю, - сказал некромант, вспомнив свое видение, похоже, оно все-таки оказалось правдивым. – Но ты мне так и так скажешь.
Старик положил руку на нарисованный магический круг.
- Силой своей, кровью своей, душой своей, я связываю, я меняю, я подчиняю. Стань тень, стань стражем, и служи вечно.
Некромант почувствовал волнения в магическом фоне вокруг, процесс начался. Демон внезапно замолчал и в ужасе открыл рот, будто безмолвно крича, оно почувствовало, что происходит, и не могло этому противиться.
Его облик маленькой девочки начал быстро изменяться, обращаясь в нечто безобразное, на что без отвращения не взглянуть в истинную форму демона. А потом и этот облик начал меняться, становясь все более бесформенным, превращаясь в какой-то нематериальный кусок мяса, плоти и костей, и этот кусок разжёвывается невидимой пастью, измельчая, раздавливая, меняя.
Вскоре цвет этого, мягко говоря, месива начал меняться в черный и превращаться в тягучую смоляную жидкость, льющуюся на землю. Из этой лужи поднялась все та же девочка-демон, вот только лицо у неё было совсем бесчувственным, безучастным, пустым.
- Ты моя тень, - сказал некромант своему новому слуге. – И имя тебе – Никсис.
- Я Никсис, я твоя тень, - повторила девочка и растаяла, обратившись тенью, которая соединилась с тенью Торесара.
Тот посмотрел на свое творение и пошел туда, где его ждал Лиир.
- Пошли, Ярослав, если ещё есть желание, - старик, не смотря на своего спутника, ухмыльнулся. – А ты, Никсис, говори об этом лжебоге все, что знаешь.
- Это не просто лжебог, - сказала девочка равнодушным механическим голосом. – Это демон. Вернее, разумный субъект, ставший демоном по собственной воле. Он пришел в этот мир из варпа, как и я. Но он другой. Не такой, как другие демоны. И цели у него другие. Я не могу знать всей его истории, но чувствую, что он чужд даже варпу. Мы, демоны, чувствуем друг друга и знаем, кто свой, а кто чужой.
- Понятно, - Промолвил некромант, потерев подбородок. – В любом случае ты говорила что-то об освобождении Лиира от этого демона.
Тяжело вздохнув, Ярослав уныло поплёлся за некромантом, он уже жалел, что вообще привязался к этому старику, но сожалеть уже было поздно, так что Ярослав шёл следом Торесаром, стараясь отогнать  мрачные мысли.
- Понятно, - промолвил некромант, потерев подбородок. – В любом случае ты говорила что-то об освобождении Лиира от этого демона, Никсис. Говори.
Тем временем Торесар мог заметить вдалеке свою цель.
- Тц, кажется, мы близко, - Торесару почему-то это не очень понравилось, что-то странное было там, слишком странное и сильное, правда, это был только след, но все же. – Ярослав, будь готов ко всему.
Некромант и бывший стражник оказались у подножия Вороньей Скалы, в которой много веков назад была вырублена узкая каменная лестница. Если очень поторопиться, наверх можно добраться... ну, скажем, за пять земных минут. Если очень сильно постараться.
Тень тем временем продолжала свой рассказ:
- Это существо не уникально. Таких много по всей огромной вселенной. Мне мало известно о них, потому что они никак не связаны с варпом, кроме этого… одного. Их легко убить физически, но если он поработит душу твоего ученика, есть только один древний способ разорвать эту связь. Ты должен будешь отыскать вход в Паутину эльдар и добраться на одну далекую планету. Это будет очень сложный и длинный путь, но иначе нельзя. Путешествие через варп таит в себе много опасностей для таких людей, как ты, Торесар Нанкиди, а уж для стариков и подавно, - хоть тень говорила это равнодушным голосом, все равно что-то в ней осталось от прежнего демона варпа, а именно – неподражаемая язвительность в отношении всех более-менее смертных существ.
- Тц, - некромант был недоволен и не скрывал этого. – Эта твоя черта, совсем как у того кровососа. Оба чересчур своевольные и слишком сильные для полного контроля. Чертовы чудовища.
В любом случае, со слов бывшего демона следовало, что единственный способ спасти Лиира - войти в паутину и отыскать эту долбанную панацею. Слишком напряжное дело для такого старика, как Торесар, но требует оценки. Старик собирался убить Лиира, если не будет способа его спасти от влияния левых сил, но складывалось такое ощущение, будто его ученик сам искал этого влияния, словно манило его что-то к ним… или наоборот. Что если умереть от рук его ученика и есть судьба этого мира, а он вмешивается в процесс, идя против своих же догм? Некромант улыбнулся сам себе, если миру и суждено умереть, то даже он не сможет помешать, а значит, его попытки спасти его не идут против догм.
- Ладно, уходи в мою тень, Никсис, и жди, пока я не позову, – приказал он, поднимаясь вверх, вспомнив про то, что он тут не один, старик обернулся к Ярославу, впрочем, не прекращая движения. – Жди меня у входа, внутри будет слишком опасно.
Ярослав в ответ лишь кивнул. Говорить не хотелось совершенно, так как он сейчас пытался успокоиться. Когда некромант ушёл, бывший стражник остался стоять снаружи, борясь с желанием ринуться за стариком, оставаться здесь одному его совсем не прельщало. Ярослав сделал уже первый шаг, как засомневался, а правильный ли это выбор? Всё-таки Торесар сам сказал, что внутри опасней, чем здесь. Мужчина сомневался бы ещё очень долго, но он вспомнил, как один его знакомый сказал: «Правильного выбора в реальности не существует — есть только сделанный выбор и его последствия».  Это решило его колебания. Собрав всю свою храбрость в кулак, Ярослав бегом отправился вслед за некромантом.

0

68

Лиир впервые видел такое поведение от своей хозяйки. И от нее не собирался отрекаться. Как-никак, она дала ему щедрые подарки, а о душе некроманта он нечто знал, что никогда не даст ее поглотить просто так. Даже сильным магам, даже богам или тем, кто таковыми себя именовали.
- Я тебе доверяю, насколько это возможно в свете последних событий. Да и ты сам должен понимать, что просто так абсолютное доверие получить невозможно.
Змей обмакнул кончик тонкого раздвоенного языка в лужицу крови, которая собралась на ладонях Лиира. И, кажется, ему не понравилось. Но на этот раз странное существо обошлось без комментариев. Наступал «час Икс», как говорят земляне.
Лиира вдруг накрыло странное ощущение. Из ниоткуда по его рукам заструились волны незнакомой и явно темной энергии, похожей на ту, что использовала Смерть. Энергия струилась по рукам Лиира, достигая плеч и развеиваясь вокруг него фиолетовым туманом.
- Видишь, - довольно прошипел червь, больше не вырываясь. – Это Имматерий. Варп, как его называют эльдары. Он реален, как реально и то, что демон, который морочил тебе голову, пришел именно оттуда. Не стоит заигрывать с варпом, Лиир… Я могу брать его под контроль, но если ты все испортишь – мы оба можем лишиться душ. А теперь будь благоразумен и делай все так, как я говорю.
В ушах Лиира зазвучала странная музыка. Или это были тысячи голосов – сладкий шепот, перемежающийся с грозными криками, мелодичные ноты и бой баранов… В этой нарастающей какофонии звуков он с трудом различал повелительный телепатический голос червя:
- Аккуратно опусти ладони и вылей свою кровь вот на эту руну, что прямо перед тобой высечена в полу. Затем возьми обеими руками твой посох и держи на вытянутых руках. Я буду рядом, начну читать заклинание, а ты слушай каждое слово и повторяй его мысленно… Помни – полное сосредоточение, абсолютный контакт… Повторяй слово в слово!
Сознание мага пошатнулось. Он пытался удержать контроль, но с подобной силой он встречался впервые, поэтому захлестнувшие сознание ощущения быстро взяли верх.  Маг уже не слышал червя. И только пошатнулся чуть вправо. Увесистый меч, который висел над магом, махнул вниз, устремляясь в некроманта.
… Хранитель секретов был сосредоточен и серьезен; уверенный, что неудача с мандрагорой постигла его из-за неосмотрительности и расхлябанности, он не собирался повторять свои ошибки и потрошил сознание псайкера, нашептывая ему самые смелые из нашедшихся фантазий; череды продернутых вожделением и превосходством картин, и демон так увлекся, что почти перестал ощущать самого себя как часть варпа. И что-то незримое, но явное, словно пользуясь его рассеянным вниманием, губительно и страшно колыхнулось, волна, нарастая, пронеслась от пурпурного воспаленного горизонта и в зените краем задела демона.
Дальнейшее не поддавалось никаким описаниям. С криком Хатаннах провалился куда-то, что было в его понимании «низом», материализуясь в воздухе, он не успел привыкнуть к тяжести тела, да и вообще сориентироваться в том, где находится. В итоге прекраснейший из бессмертных неизящно рухнул на землю, точно мешок костей, с глухим стуком и звоном цепей и колец, продетых в его шкуру. Невообразимая, возмутительная картина; приподнявшись на руках, опозоренный демон стремительно вытащил из-под себя клешни, оглянулся по сторонам и, заметив две фигурки, замершие совсем рядом, скривил рот. Жалкий смертный и еще более жалкая тварь; наверное, оба окаменели от ужаса, увидев, что вызвали... или не вызвали. Или не от ужаса, а от восхищения. Впрочем, у Хатаннах не было ни малейшего желания обольщать отребье и бродить под этим небом во плоти, никакого смысла, никакого плана, а ведь где-то вдалеке эльдар-псайкер начал медленно отходить от его влияния, еще немного – и оборвется тонкая нить, что держит хрустальную сияющую душу.
Подцепив клешней висящий в воздухе меч – в качестве платы за беспокойство, демон воздел руки к небесам и погрузился в лиловое сияние, выжигающее сетчатку нестерпимым светом, после него остался только одуряющий мускусный запах, от которого возникали странные мысли и непристойные желания.
- Мдааа, вот это поворот событий, - мысленно обратился червь к некроманту, когда высший демон исчез, забрав меч, едва не проткнувший Лиира. Очень вовремя, кстати, Хранителю секретов приглянулась эта находка. Еще немного – и судьба Лиира была бы решена.
Шок от появления Хатаннах прошел, и к червю снова вернулось его высокомерие. Он, разумеется, понятия не имел, кто перед ним появился, ибо в этом мире о Слаанеш никто не знал, кроме эльдар из будущего, ну да оно и к лучшему. Появление демона сработало на червя также своеобразно – ему все больше не терпелось сделать то, ради чего он распинался перед этим чересчур предусмотрительным некромантом всю ночь, и чертов Лиир чуть не испортил ему всю «малину»! Червь аж затрепетал от удовольствия и осознания того, что он так близок к цели. Ради этой священной минуты он торчал в гробнице несколько тысяч лет! Развязка его запутанной истории уже так близка… Главное, чтобы Лиир ничего не испортил. Воодушевившись после появления демона Слаанеш, червь взбудоражено воскликнул, телепатически взывая к Лииру:
- Ну вот видишь, некромант, какие-то варп-сущности, о которых даже мне не известно, не хотят, чтобы ты умер! Да ты просто любимец судьбы, как я посмотрю… Впрочем, забудь, у тебя больше нет судьбы, ибо твою судьбу решаю я. Как тебе такой расклад, а, Лиир? – в ментальном голосе червя замелькали издевательские нотки, но Лиир их если и слышал, то уже не осознавал.
Лиир незаметно сам для себя погрузился в странный транс. Голос червя эхом звучал в его сознании, повелительно требуя исполнять действия ритуала. Некромант, одурманенный впервые приоткрытым для него окошком варпа, едва не ускользнул в небытие, удержав собственное «Я» на краю бездонной пропасти. Сейчас он был в том же состоянии, что и школьник, впервые покуривший травку в подъезде, пока родители не видели. Эманации варпа клубились вокруг небо розово-фиолетовым туманом, расслабляя волю и погружая в полусонное состояние.
- Очнись, глупец! – внезапно рявкнул в его сознании голос червя. – Не позволяй затащить тебя в варп! Ты мне еще пригодишься, и желательно без демона в твоем теле. Давай, делай что я говорю, пока демоны не разорвали твою душу на сувениры!
Возможно, кто-то бы в подобной ситуации и бросился в объятья чужого существа, возможно бы молил о спасении. Но Лиир, даже будучи в трансе, цеплялся за остатки сознания. Для него варп был новинкой, но подобная ситуация, когда он ходил по лезвию ножа, уже была. Он тогда выступил в одиночку против группы магов, и тогда он сражался чистой силой, магией без заклинаний, бесформенной и очень абстрактной сущностью, которой у него было очень много. И сейчас он почти интуитивно взывал к внутренним силам. Бессознательная человеческая злость, ярость и жажда жизни толкали его вперед от края варпа. К эманациям варпа, которые окутывали мага, начала примешиваться черная дымка, сила мага рвалась на волю. Она не хотела быть кому-то подконтрольной.
Властный требовательный голос червя, взывающий к утопающему в варпе разуму Лиира, действовал отрезвляюще. Лиир с огромным трудом вынырнул из бездны эмоций и чужих голосов, однако перед глазами все еще клубилась фиолетовая дымка, стены и пол плясали и рябили вокруг него, мир казался каким-то нереальным. В течение этого недолгого транса руки Лиира ослабли, и червь выскользнул на пол.
- Соберись! – снова приказал он, уже с пола. – Ты теряешь кровь, тупица. Вылей ее на руну и возьми посох, иначе все потеряно. И не надо так на меня смотреть, я тебя из варпа вытащил, между прочим.
Ментальный голос звучал то громко, то тихо, черно-фиолетовый туман периодически скрывал от взора Лиира и червя, и руну на полу, и вообще весь зал. Дурман варп-энергий клубился вокруг него и не давал сосредоточиться. Однако у Лиира была уверенность в том, что он может принимать решения самостоятельно, и его волей не завладел ни один демон варпа.
Черная дымка становилась уже плотнее, и секунды спустя в лучах утреннего солнца уже наблюдалась дуэль между фиолетовыми и черными лоскутами дыма. Обвившие, как змеи, тело языки магии и эманаций варпа сражались за мага, и пока у них был паритет. Шаткое равновесие, которое могло нарушить любое малое вторжение.  Маг посмотрел на руну перед собой. Взгляд не был уже полностью затуманен, но и ясностью не отличался. В руне не было ничего странного, он сам не раз применял ее в своих ритуалах. Лиир поддернул рукой, и кровь, от которой сейчас шли черные испарения магии, с шипением пролилась на руну. Но вот посох он оставил в центре каменного круга, и за ним нужно было подняться и забрать его.
Лиир потянулся сначала к руне, затем за посохом и совершил самую главную ошибку за всю ночь. Ослабил внимание и потерял из виду червя. А когда его странный товарищ, обретший внезапно властность и повелительный ментальный голос, скрылся в фиолетовом тумане, наступил тот самый момент, когда счет жизней стал вестись по секундам…
Краем сознания Лиир услышал чьи-то далекие гулкие шаги, словно кто-то спешно поднимался по каменной лестнице, спотыкаясь и боясь опоздать… Действия разворачивались, как в замедленной съемке. Торесар, отбивая ноги о выщербленные каменные ступени, несся наверх с невиданной прытью, словно и не было бессонной ночи с путешествием по лесу. Лиир тянет руку за посохом, а червь позади него со свойственной для всех пресмыкающихся прыгучестью вдруг взвивается в воздух…
Ворвавшийся в древний каменный зал старый некромант увидел лишь окутавшие его клубы черно-фиолетового тумана, смеси магии Лиира с магией Имматерия. Пока он пытался что-то разглядеть в этом тумане и прорваться к магическому барьеру, до его слуха донесся протяжный телепатический вопль.
Лиир не успел опомниться и осознать свою ошибку, как вдруг почувствовал резкий удар в область основания шеи сзади, мгновенно переросший в обжигающую боль. Треснула кожа, по спине потекла теплая кровь… Падая на пол лицом вниз, Лиир успел лишь ощутить, как в его шею со стороны спины забирается что-то тонкое, извивающееся и крайне живое, устремляется под кожей вниз, ледяной змеей обвивая позвоночник. Где-то на границе своего угасающего сознания он услышал телепатический шипящий голос:
- Глупый некромант, завладеть твоим телом оказалось даже проще, чем я думал. Мое настоящее имя Шипе-Тотек, или Тлатауки Тескатлипока. Но тебе эта информация ни к чему, теперь ты всего лишь наблюдатель в новой саге о моем восхождении к вершинам абсолютной власти. Наслаждайся той честью, что тебе выпала, некромант Лиир.
А потом вокруг Лиира сомкнулась тьма.

0

69

http://savepic.net/3374479.gif

0


Вы здесь » Горизонт событий » Приключение 002 - Колесо Дхармы » Эпизод 3 - Тур в неведомые земли