Cюда вставляем нашу таблицу

Горизонт событий

Объявление

"Вселенная огромна,
и это ее свойство чрезвычайно действует на нервы, вследствие чего большинство людей, храня свой душевный покой, предпочитают не помнить о ее масштабах."


© Дуглас Адамс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Горизонт событий » Приключение 002 - Колесо Дхармы » Эпизод 6 - Хитрости жизни


Эпизод 6 - Хитрости жизни

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Под вечер стали прибывать торговые суда. Их было не очень много, поскольку многие, огибая башню магов, стремились уплыть до следующей остановки, минуя погоревшую деревню. Еще издали проворные купцы замечали, что в деревне случилось несчастье, и вряд ли местные жители сегодня будут интересоваться заморскими тканями и фруктами. Прибыли здесь явно не получить. Остановку сделало лишь два корабля, один из которых остановился на короткий ремонт, а второй высадил пассажиров, направившихся в двух шлюпках к берегу. Никто из магов не обратил на прибывающие корабли должного внимания. Такое случалось каждый день, тем более что в сумерках были видны лишь их черные силуэты.
Пожар в деревне потушили еще днем, и сейчас пятеро магов отсиживались в своей трехэтажной башне. И хоть места было предостаточно, старик Зеанорт испытывал некоторые стеснения в пространстве: он привык делить эту территорию с одним лишь молодым Ревокатом. А сейчас, когда к ним присоединилось аж три девчонки, старику казалось, что это место стало каким-то слишком оживленным и шумным.
Сона вполне оправилась от шока, когда чуть не утонула в озере, и сейчас молча сидела где-то на самом верху, под крышей. Кстати, что касается проломленной драконом крыши, да и вообще всей башни… Это удивительно, но башня имела такой вид, будто ее построили только вчера. Исчезли былые трещины в древесине, обновилась краска на стенах, даже черепица на крыше сияла и блестела. Более того, все малочисленные вещи Зеанорта и Ревоката покоились на своих прежних местах. Сложно было представить, что все эти изменения – следствия колдовства Марко. Кстати, странный маг Металла так и не вернулся в башню, без вести сгинув где-то в деревне. Конечно, они не предпринимали серьезных попыток найти его, но Марко уже взрослый мальчик и мог без труда отыскать дорогу назад. Всего-то и нужно выйти к озеру. Куда же он делся после того, как повздорил с драконом? Уж не утащил ли его за тридевять земель крылатый ящер?...
В наступившей ночи в деревне было на редкость тихо. Над безмолвной пустотой одиноко возвышался узкий черный шпиль ратуши, до которого так безуспешно пытались добраться Зеанорт и Ревокат, постоянно натыкаясь на тупики.
Стараясь отвлечься от творившейся вокруг суеты, старик вышел на внешнюю площадку под самой крышей башни, служившую здесь подобием балкона. Он почувствовал, что его старческим легким был нужен свежий воздух, а глазам свежий вид. И вот Зеанорт, с бокалом вина, спрятанным от Ревоката когда-то давно на всякий случай (начатая бутыль стояла у ног старика), вглядывался в огоньки прибывающих редких кораблей. Вспомнив о письмах, которые дал ему Динир, маг сел на пол в турецкой позе и достал из-за пазухи исписанные листы бумаги, отложив бокал в сторону.
Сильвеста сидела где-то на верхнем этаже башни, вглядываясь в корабли и раздумывая. Что же им теперь делать? Вот они заперлись в башне, казалось бы, без особого смысла, рядом с деревней, жители которой их ненавидят. И что дальше? Отсидимся, предположим, пару дней в башне, а дальше куда? Пойдем по следам тех, кто украл жителей из деревни? Вряд ли - ведь, скорее всего, они уже далеко ушли. Возможно, имело смысл просто взять и покинуть несколько странную кампанию магов и отправиться познавать смысл жизни дальше, как завещали Сильвесте еще в её родном доме. Хотя в присутствии своих же она могла не скрывать себя, как должна была это делать при людях.
А всё же... Мага Воды мучил один вопрос - что это за башня? Она явно не была построена людьми, а значит, в ней определенно что-то есть.
- Случайности не случайны... - тихо произнесла Сильвеста, глядя в сторону Зеанорта, который изучал свитки. Адресована эта фраза была скорее ему, чем самой себе, поэтому она продолжила: - Текучая судьба свела нас вместе. И для чего? Признамся, я уже в скором времени хочу продолжить своё путешествие, однако я всё никак не могу понять - ни природы этой башни, ни вас, ни того, для чего мы все здесь собрались.
- А не все ли равно, деточка? – Зеанорт лишь ненадолго прервался от чтения записок, собственно, он даже не успел начать, он не ожидал, что кроме него на площадке будет ещё один человек. – Разве важно, что это за башня, если в ней можно найти кров? Разве важно, кто человек, если он может стать другом? Разве важна причина, когда событие уже произошло?
Старик повернулся к девушке, чтобы посмотреть на её лицо. Он недолюбливал магов воды, но это было простым инстинктом огня, с другой стороны, он не имел ничего против этой девушки.
- Не задумывайся о бесполезном, девочка, - повторил старик. – Лучше давай посмотрим, что этот старый хрыч Динир хотел от нас. Он потряс кипой листов, показывая, о чем он, собственно, говорил, и продолжил чтение.
Пока Сильвеста и старик Зеанорт сидели под крышей, беседуя о чем-то, Ревокат и Тоф снова обратили внимание на девушку, спасенную синеволосой ведьмой из озера. Зеанорт мельком упомянул что-то о том, что девица, дескать, тоже ведьма, но пока никто не знал, какими силами она обладает и насколько может быть опасна. С момента своего появления в башне девица не проронила ни слова – сначала она молча сидела в уголке на полу, насупившись и надувшись на весь мир, а потом прилегла там же, на деревянных досках, и, кажется, заснула. Она казалась самой молодой в их компании, безобидной девочкой-подростком. Ее сложно было назвать писаной красавицей: слишком высокий для девушки высокий рост в сочетании в общей худощавостью, грубоватые черты лица, смуглая кожа… Пожалуй, самым ярким элементом ее внешности была пышная копна рыжих волос, которые сейчас полностью закрыли лицо.
Они даже не знали ее имени. Девушка просто появилась из ниоткуда и пошла следом за ними. Возможно, она жила в деревне или приплыла с торговым кораблем. Но все их попытки выяснить что-либо у самой девицы с треском провалились: незнакомка спала беспробудным сном и никак не реагировала на попытки растолкать ее. Впрочем, помимо спящей рыжей дылды у них были дела поважнее: например, исчезновение мага Металла и нападение на деревню каких-то агрессивных тварей. Ах, да, чернеющий над деревней шпиль ратуши все еще оставался нерешенной загадкой.
- Может снова скинуть её в воду, чтобы она проснулась? - буркнула маг Земли, слушая, как посапывает в углу незнакомка. Она, конечно, тоже появилась в этой компании недавно. Но она хотя бы представилась. С другой стороны, окажись она тонущей, кто знает, как бы она себя повела. Скорей всего, она бы сказала, что не надо было её спасать, она и сама справилась бы.
"Мда, надо всё-таки пересмотреть свои взгляды на некоторые вещи", - подумала Тоф.
- А на разведку сходить никто не хочет, кстати? Помочь чем этим бездарям, которые нас не ценят, - спросила она у мага Жизни.
- Надо будет, попросят, - коротко ответил Ревокат, сидя на стуле.
Красный плащ и рубаха висели на спинке, Ревокат как раз занимался ребрами, настраивая жизненные цепи на ускоренное восстановление. Работать можно было бы и через одежду, но контакт без помех позволял делать тонкую работу лучше.

0

2

http://ridna.ua/wp-content/uploads/2011/11/pysmennyk-572x439.jpg

Зеанорт весьма удивился, заметив, что письма написаны вовсе не чернилами, а каким-то другим материалом, более бледной краской, которая размазывалась по листу, стоило лишь с усилием провести по строкам пальцем. Старик догадался, что это были, скорее всего, копии собственных писем Динира – будучи купцом, он наверняка делал копии всей своей документации, подкладывая под письма специальную бумажку, пропитанную чернилами. Таким образом, у него появлялось два экземпляра письма – оригинал он отправлял получателю, а копию оставлял себе и наверняка хранил среди прочей документации в образцовом порядке. Этот мир был еще довольно молод, но уже неотвратимо обрастал бюрократией…
Быстро просмотрев небольшую стопку писем, Зеанорт увидел, что все они написаны одним почерком и подписаны как «Динир Апек». Значит, здесь письма только самого Динира, что логично, ведь он не мог сделать точную копию с чужого письма, а переписывать вручную было долго да и незачем, ведь он имел на руках свой оригинал на правах получателя. Писем, адресованных Диниру, в стопке не было – старик наверняка не захотел просто так расставаться с ними, не имея копии. Наверное, Динир посчитал, что из его собственных писем вся картина будет ясна.
Письма были разложены в хаотичном порядке, и Зеанорт не знал, с какого начать. Даты Динир нигде не ставил, да и летоисчисление, честно говоря, у каждого народа было своим… Поэтому Зеанорт просто стал читать все бумаги подряд и вскоре составил для себя примерную хронологию событий годовой давности. Почерк у Динира был мелкий, но разборчивый. Первым должно было считаться письмо, написанное примерно год назад (судя по отсылкам на пришедший с юга шторм).

«Дорогой мой брат,

Надеюсь, ты получишь это письмо до того, как я окажусь у тебя с неожиданным визитом, поскольку я просто не могу не навестить тебя. Мы не виделись, кажется, сотню кенетов, и я действительно не думал, что в ближайшее время буду в твоих краях. Однако старый пройдоха Рагг нашептал о выгодной сделке с той сектой поклонения голубому солнцу. Якобы эти ненормальные в большом количестве скупают строительные материалы для постройки своего «Города последнего дня», поэтому мы резко изменили маршрут следования и через десять или даже меньше дней будем в Самнеоне.
Сейчас я нахожусь на юге, во влажных заболоченных землях людей-ящериц, и у меня есть несколько часов до того, как начнется разгрузка товара. Поэтому я хочу написать тебе одну вещь… Не далее как тройку дней назад мы никак не могли отправиться в сухопутное странствие до болот, поскольку ждали странствующий охраняемый караван, и я забрел в приморскую лавку слепого шамана – ну ты помнишь, я говорил тебе о нем. Он продает какие-то магические амулеты и за горсть мелких монет готов предсказать судьбу. Знаю, ты считаешь его сумасшедшим, но бьюсь об заклад – все его пророчества сбываются. Этот седовласый сумасшедший еще ни разу не сообщил мне ложного пророчества, поэтому я даже порой побаиваюсь спрашивать его о будущем…
Честно говоря, я не планировал посещать его, но времени было так много, что я решил зайти. Что-то толкнуло меня в эту лавку будто против моей воли. И когда я зашел, то даже не успел ничего сказать, старый шаман, словно почувствовав мое присутствие, как вскричит: «Ааа, вот и пришел мой любимый артист из театра последних дней мира! Что, ты тоже чувствуешь запах пожарищ, охвативших место твоего уютного пристанища? Но не бойся: когда черная смерть упадет с небес, чтобы сеять хаос и разрушение, она не коснется тебя своей обугленной рукой. Огненный шторм пронесется по земле, неся с собой наказание высших богов, но твой час наступит не в тот день, а когда…»
Дальше я не стал слушать. Испугавшись, что выживший из ума шаман закончит свою речь, я выскочил из лавки, как ошпаренный, и, сам не свой, побежал обратно к стоящей у берега шлюпке, чтобы уплыть на корабль. Мой корабль казался мне сейчас самым безопасным местом, словно там шаман не мог достать меня своими страшными речами.
Ты, наверное, посмеешься, братец мой Рипат, но говорю тебе, его слова всегда сбываются. Он говорил о конце света, я уверен. Огненный шторм, упавшая с небес черная смерть, пожары – не об этом ли твердят все известные пророчества древних мудрецов? Неужели всему этому я должен стать свидетелем? И честно признаюсь, мне до сих пор ужасно не по себе после этого случая. Больше я к шаману не пойду. Как говорили наши предки, знающие будущее не могут спокойно спать.
Больше мне пока добавить нечего. Об остальном расскажу, когда мы наконец увидимся. Дядюшка Пеншар все еще жив и здравствует, я надеюсь? Буду рад увидеть вас обоих.

С надеждами на скорую встречу,
твой брат Динир Апек».


Следующее письмо было отправлено, кажется, из упомянутого в первом письме города Самнеона. Судя по тексту, это был далекий северный город, откуда родом Динир и его брат. Оно было коротким и больше смахивало на скорую записку:

«Моя дорогая подруга Мейран,

Сложившиеся обстоятельства заставили меня на некоторое время задержаться в Самнеоне. Из-за снежной бури мы не можем погрузиться на корабль и поплыть на юг – несмотря на все жалобы и недовольства Тегарта. Что ж, ничего страшного, я провернул выгодную сделку и продал кое-кому очень много камня и древесины. Наконец-то сбыл с рук все это никчемное барахло. Знаешь, я, конечно, люблю родные края, но, всякий раз возвращаясь к моему братцу Рипату и его жене, я чувствую, что меня раздирают противоречивые чувства: с одной стороны я рад видеть и его, и Эдию, и дядюшку Пеншара, но из-за этой вечной зимы мне хочется снова как можно скорее уплыть на озеро Хандеяве, пожить некоторое время в живописной деревеньке…
Впрочем, я отвлекся. Заехав в Рейон, я не застал тебя на месте и был удивлен. Рипат  сообщил мне, что ты уехала навестить отца. Надеюсь, ты получишь мое письмо и успеешь вернуться до моего отплытия. Как я и обещал, я привез тебе засушенный цветок из южных земель. Он до сих пор дивно пахнет. Если мы так и не увидимся в ближайшее время, я попрошу милую Эдию передать его тебе.

Навеки остаюсь твоим преданным другом,
Динир Апек».


Уже на втором письме у Зеанорта в глазах зарябило от обилия незнакомых имен и названий северных городов. Однако пока что, кроме предсказания какого-то шамана, никакой выдающейся информации в текстах не было. Так, обычная переписка с друзьями и родственниками. Следующая записка была адресована той же женщине:

«Моя дорогая Мейран,

Мне очень жаль слышать от тебя такие печальные вести. К сожалению, я уже покинул Самнеон и плыву снова на юг, поэтому мы так и не успели повидаться. Ты правильно поступила, что поехала к родителям именно сейчас – им как никогда нужна поддержка и помощь. Мне прискорбно слышать о похищении твоего брата Хемшаена, он поистине хороший и добрый человек с чистым сердцем. Однако почему ты думаешь, что его непременно похитили и убили? Мы ведь не можем знать наверняка. Возможно, Хемшаен исчез по своей воле, и у него есть какая-то тайна. Возможно, любовь, или кому-то из его друзей срочно понадобилась помощь. Прошу тебя, не теряй голову и не совершай глупостей. Я постараюсь помочь тебе всеми силами и раздобыть хоть какую-то информацию».

Твой верный друг,
Динир Апек.

P.S. Мей, прошу тебя, держи меня в курсе событий».


Раскладывая на деревянном полу письма согласно их предполагаемой последовательности появления на свет, Зеанорт выложил следом очередной лист:

«Приветствую тебя, ловкач.

Что, все еще пытаешься спекулировать на всякой бытовой мелочи? Знаю я тебя, от старых дел можно отойти, но старые дела не отойдут от тебя никогда. Ладно, не обижайся, друг, такие уж времена пошли, что приходится бороться за каждого покупателя. Надеюсь, ты не в обиде меня за тот случай с хандеявским портом? Поверь, я вовсе не планировал тебя подставлять, и вообще это не моя вина. Ты же меня знаешь. Зато тебе удалось впихнуть что-то магам из Вербери Стакел – слыханное ли дело! Так что ты, дорогой мой ловкач, еще дашь фору и мне, и Тегарту.
Вообще-то я пишу тебе не из праздной потребности поболтать. Кое-кто нашептал, что видел тебя в Самнеоне. Да, так и сказали: «Хитрец Ванид из Намерканма опять подрался с сыном владелицы таверны». Я сразу смекнул, что ты-то можешь быть в курсе событий. У дочери моего покойного друга случилась беда: бесследно пропал ее брат три кенета назад, находясь в Самнеоне. Его зовут Хемшаен Эрлид, родом он из Рейона – ну знаешь, маленькая деревня недалеко от Самнеона?... Парень хороший, тихий, никогда прежде не исчезал без предупреждения. Мейран – его сестра – предполагает, что его похитили или даже могли убить. Надеюсь, она ошибается. Я подумал, что ты, возможно, можешь что-то знать. Я прошу тебя оставить старые обиды и написать мне, известно ли тебе что-то об этом происшествии. Речь идет о жизни человека, подающего надежды молодого мага.

С воспоминаниями о нашей крепкой дружбе
и веселых приключениях,
навсегда твой друг, Динир Апек».


Ни в одном из писем, кроме первого, не упоминалось о таинственном предсказании безумного шамана, живущего около моря. Странно, зачем Динир приложил в стопку письма с историей об исчезновении какого-то мага? Случайно? Вряд ли. Во всех письмах, прочитанных Зеанортом, эта тема была центральной. Эта загадка раскрылась в одном из следующих писем.

«Дорогой мой кузен!

С тех пор как мы расстались в Хандеяве и договорились встретиться через пару кенетов, я постоянно ловлю себя на мысли, как мне не хватает твоей светлой головы и тонкого юмора. На корабле сразу стало как-то неуютно и одиноко, я привык, что мы повсюду путешествуем вместе. Что ж, надеюсь, та женщина стоит того, чтобы этот сезон я отплавал без тебя. Впрочем, что я такое говорю? Дорогой мой Тегарт, конечно же, я желаю тебе – вам обоим – любви и семейного счастья! Если, конечно, она согласится на твое предложение, хе-хе…
Случай, который побудил меня написать тебе, действительно из ряда вон выходящий. Как обычно, мы оставили корабль на якоре недалеко от прибрежных скал и высадились на берег, дожидаясь каравана. Я все еще вспоминаю с содроганием ту давнюю историю, когда сумасшедший шаман предсказал мне страшную судьбу… Мы тогда вместе приплыли в эти земли, помнишь? Поэтому мне было весьма неуютно возвращаться в это место. Но знаешь, кто ждал меня на берегу? Старый хрыч-провидец выполз-таки из своей соломенной хижины и сидел, греясь на солнышке и подставляя солнцу свои белесые слепые глаза… Он так посмотрел на моих моряков, будто видел лицо каждого из них. Ребята они молодые, простые, поэтому с опаской отнеслись к этому мрачному седовласому старику.
Поддавшись внезапному порыву, я подошел к нему и присел рядом, спросив, как поживает старый пень. Он заговорил со мной, как ни в чем не бывало – о том, чем живет его лавка, о рыбалке, о каких-то подводных жителях (если честно, в их существование я не особо верю). И ни слова о том предсказании, то ли он забыл о нем, то ли сделал вид. А я побоялся переспрашивать. И вдруг, как бы между прочим, старик сказал: «Что, северный маг уже покинул этот мир или еще нет? А, давно покинул. Вот и первый знак. Смотри, Динир, сначала один, потом второй, третий… а потом явится тот, кто оставит за собой вереницу измученных душ и опустошенных тел, он тот, кто несет возмездие моим братьям по несчастью, магам и провидцам, он тот, кто верует, будто исполняет волю богов… Я всегда ждал его появления. Он один из предвестников конца всего сущего. Вечный мститель, несущий кару проклятым душам. Но он лишь первое звено в цепи страшных событий, которые вскоре потрясут этот мир. Я видел страшные вещи, Динир. Лучше тебе не знать о них», - и тут он обратил ко мне свое сморщенное лицо, похожее на застарелый фрукт, и посмотрел так, будто его глаза все еще видели…
«Да, лучше мне не знать», - поспешно согласился я, чувствуя леденящий страх.
Откуда только шаман мог узнать об  исчезновении Хемшаена? Ума не приложу. И меня все еще не покидает ощущение, что чертов шаман ждал на берегу именно меня. Помяни мои слова, Тегарт, этот старик получает свои видения от самого творца мира. Когда он так на меня смотрит, у меня мурашки бегут по коже. Иногда мне кажется, что он действительно знает все события наперед.
Напиши мне, пожалуйста, говорит ли тебе о чем-то его предсказание? Кто тот убийца, который станет предвестником конца света? Если он убил Хемшаена, я должен узнать о нем как можно больше. Это дело чести семьи моего покойного друга.

Твой кузен, Динир Апек.
С надеждами на скорую встречу и пополнение нашей семьи».


И последним было письмо, которое, вероятно, было написано совсем недавно:

«Дорогая Мейран.

Когда ты получишь это письмо, я буду уже далеко и не смогу встретить тебя у Эверанского канала. Мой кузен Тегарт – ты, конечно, помнишь его, он гостил у вас с Хемшаеном на прошлый праздник Конца Холодов, - накупил так много строительных материалов у лаваргов, да еще по такой выгодной цене, что мы решили заняться нашим любимым делом – перепродать его подороже ящерикам. Ты же знаешь, у них настолько заболоченные земли, что они испытывают большие проблемы с древесиной и добычей металлов, и мы великодушно помогаем им преодолеть кризис в строительстве. Я пишу это письмо, пока мы дожидаемся окончания осмотра нашего корабля, а потом, когда эти странные неразговорчивые ребята погрузят все те ящики, что приплыли с Тегартом, мы отправимся в путь по реке, огибая ту страшную пустыню с красными песками, через море, где, поговаривают, живут какие-то морские создания, в страну ящериц. Вернемся не раньше чем к началу следующего цикла – очень надеемся погостить у вас, когда будет не так холодно, как обычно. Обещаю, что привезу тебе какое-нибудь украшение, ящерики умеют делать довольно забавные штуки из костей рыб и птиц.
Мей, я пишу тебе вовсе не для того, чтобы сообщить праздные новости, на самом деле я кое-что разузнал. В общем, в прошлом кенете я повидал своего дядюшку Пеншара. На самом деле, он мне довольно дальний родственник, но я зову его дядюшкой, хотя он уже довольно стар и годится мне в деды. Сейчас он живет в Самнеоне и следит за городской библиотекой, в создании которой участвовал его отец.  Как и обещал тебе, я расспросил его о визите твоего брата Хемшаена в Самнеон, старик долго припоминал и наконец вспомнил – отозвался о Хемшаене как о любознательном вежливом молодом человеке, который очень интересовался историей магии Стихий… Ты говорила, что твой брат написал последнее письмо из Самнеона и исчез, старик подтвердил – Хемшаена последний раз видели в Самнеоне, в библиотеке, в компании какого-то приезжего ученого.  Дядюшка Пеншар рассказал, что этот ученый, Ралу Зарт его звать, тоже интересовался местными магами, просил полистать кое-какие книги и, честно говоря, вел себя довольно странно. На этом все ниточки обрывались, за исключением того, что на следующий день после исчезновения Хемшаена этот Зарт отбыл с караваном, направляющимся в Намерканм… 
Я бы так и не связал исчезновение Хемшаена с этим Зартом, если бы не моя бывшая подружка Изира, с которой я встретился в Намерканме. Она рассказала, что слышала уже о некоем господине Зарте, про которого рассказывали страшные вещи – мол, он и опасный сумасшедший, и убийца, и, кажется, маг. По моей просьбе Изира написала своей сестрице в Самнеон, и та подтвердила, что, скорее всего Зарт причастен к похищению или даже убийству Хемшаена – прости меня, дорогая Мей, за такие чудовищные предположения, – ибо в ту роковую ночь она пересаживала какие-то ночные цветочки в своем огороде и услышала крик, донесшийся из библиотеки. Правда, будучи весьма трусливой особой, она никому ни о чем не рассказала.
Поспрашивав еще кое-кого, я сделал неутешительные выводы: этот Зарт, скорее всего, действительно имеет прямое отношение к пропаже Хемшаена. Сейчас мне уже нужно отправляться, и я дам тебе совет, дорогая Мей: поезжай в Самнеон, поспрашивай старика Пеншара, зайди к сестрице Изиры, ее зовут Иден Реа, ее дом стоит прямо напротив фасадных окон библиотеки… Найди этого Зарта, и он выведет тебя на Хемшаена.

Надеюсь еще увидеть вас обоих. Твой преданный друг,
Динир Апек».

Далее шла короткая надпись, нацарапанная на скорую руку:
«Ах, да, чуть не забыл, мы будем проплывать через озеро Хандеяве, и Тегарт говорит – а он знает от друга, который живет в деревне рядом с озером, – что там поселились двое каких-то магов. Если будет возможность, я обязательно познакомлюсь с ними и спрошу, не знают ли они некоего Зарта. Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.

Д.А.»


О том, что именно это письмо было последним в странном повествовании Динира, красноречиво говорила именно последняя приписка. Ревокат и Зеанорт поселились в башне не так давно, и речь шла именно о них. Разложив наконец все письма в хронологическом порядке, Зеанорт примерно представил себе картину произошедшего, несмотря даже на то, что ни одно из упомянутых географических названий или имен ни о чем ему не говорило.
Путешествующий со своим двоюродным братом Динир покупал и перепродавал товары с севера на юг и время от времени держал связь со своими многочисленными родственниками и друзьями. В хижине за Лучистым морем живет какой-то старый слепой шаман, предсказывающий судьбу и продающий магические амулеты, именно он возвестил Диниру о наступлении конца света, и суеверный старик впечатлился этим. А потом дочь его покойного друга написала Диниру о том, что ее брат, уехавший в некий северный город Самнеон, бесследно исчез, и что она начинает собственное расследование. Динир пообещал помочь хоть какой-то информацией и тут же стал расспрашивать всех об этом случае. А тут сумасшедший шаман снова делает предсказание, на этот раз прямым текстом говоря о том, что некий охотник на магов и ясновидцев станет предвестником конца света. Динир считает, что эти две истории – предсказание конца света и исчезновение мага по имени Хемшаен, - связаны друг с другом.
Некая женщина по имени Мейран наверняка пустилась по поиск человека, на которого указан Динир. Кажется, его имя Ралу Зарт (возможно, ненастоящее). Якобы, он имеет прямое отношение к исчезновению юного мага. Тем временем Динир, оставаясь в Хандеяве, становится свидетелем нападения неизвестных существ, полностью укладывающееся в предсказание слепого шамана: пожары, разрушенные дома, страх и боль повсюду. Испугавшись, что наступил тот самый конец света, он хватает своего мелкого племянника, бросает все ненужное и спешно отплывает в неизвестном направлении (возможно, куда-то на север, домой).
И все же конец истории остается неясным: нашла ли Мейран этого Зарта, и причастен ли упомянутый тип ко всей этой запутанной истории? И также неизвестно, насколько правдивы были предсказания шамана. Вполне возможно, что он был просто выжившим из ума одиноким стариком, а мнение впечатлительного Динира можно было расценить как сугубо субъективное. И все же произошедшая с Диниром история была довольно впечатляющей.

0

3

Как ни бегал Ралу Зарт от «греховной магии» - она его всё равно нашла. На этот раз, правда, эльдарская , а не «хумановская». Хандеяве был основательно пожжён. Ралу подумал, что магия и вправду вредна - ибо обычный пожар и то натворил бы меньше бед. Что ж, решил Маг Крови, можно всё спихнуть на магов. Вроде как из-за их действий поселение обнаружили эльдары. И Ралу пошёл искать какое-нибудь сборище людей - дабы начать пропаганду.
Эльфийка мыслила похожим образом. Даже если деревня сгорела, не может же быть так, что погибли абсолютно все. Хоть где-то да собрались выжившие. После этого пожара все определённо обозлились на магов, и настроить людей против них было сейчас проще и удобнее некуда. Если сказать хорошую вдохновенную речь, все пойдёт как по маслу. Но это уже дело Зарта. Хотя от Амальти могли потребоваться огненные эффекты в нужный момент для пафоса. Этими соображениями она поделилась с Ралу.
- Я согласен, - заметил маг, - да ты и вправду можешь спалить пару греховных отродий. Но действуй по моему сигналу - и никакой самодеятельности! Поняла?
- Нет, спокойно, никого жечь не собираюсь. Понадобятся спецэффекты - обращайся, - усмехнулась Амальти.
В сумерках побережье озера выглядело довольно мрачно: протоптанная бесчисленным множеством ног земля, сваленные в кучу какие-то гнилые мешки, виднеющиеся за шатким забором почерневшие остовы хижин… Однако при входе в сгоревшую деревню стало ясно, что все не так катастрофично: до основания выгорели лишь те дома, что ближе всего стояли к небольшому порту, но уже через две улицы повреждения были не так уж сильны: какой-то дом лишился крыши, у какого-то лишь почернел фасад… Чем дальше от озера, тем меньше встречалось покореженных и обгоревших домов, словно эпицентр огненного удара пришелся на порт. На улицах в глубине деревни также было более-менее чисто, даже обгорелых трупов нигде не валялось. То ли их убрали, то ли смертей было не так уж много. Во многих окнах горел свет – значит, в деревне были люди, безлюдно было только на улице, примыкающей к порту – там не осталось ни одной живой души. Должно быть, выжившие покинули свои сгоревшие дома и ушли к родственникам и друзьям, пустившим их на ночлег.
По опустевшим улицам разгуливала лишь странная компания: человек, эльфийка, существо неопределенной расы и крупный дракон.
Синий дракон, до этого относительно спокойно топающий за Ралу, Амальти и гомункулусом и любопытно оглядывающийся по сторонам, вдруг резко рванул к одному из обгорелых домов без крыши и ворвался внутрь, попутно "расширив" дверной проем своей тушей подобно маленькому лазурному танку. Оказавшись внутри дома, уже изрядно измазавшись сажей, дракон быстро огляделся и рванул к развалинам печи, где схватил какую-то железяку, попутно снеся хвостом недогоревший комод, после чего благополучно помчался к выходу, поднимая в воздух тучи золы и сажи.
Для всей остальной компании дракон без видимой причины убежал в недогоревший дом, вынеся собой дверной проем, послышался жуткий грохот, а из окон и дверного проема поплыли облака золы. После чего из тучи пыли выпрыгнул абсолютно черный дракон. Перемазавшийся Терри быстро добежал до основной компании и сел прямо перед ними, издав весьма забавный звук вроде «мряф», и  бросил в ноги ту самую железяку, которая оказалась кочергой… ЗДОРОВЕННОЙ ТАКОЙ КОЧЕРГОЙ. И, разумеется, на морде дракона появился его фирменный оскал, напоминающий крайне ехидную улыбку.
Пункт назначения показался гомункулу смутно знакомым. Конечно, он не мог здесь побывать, но все сожженные поселения похожи друг на друга, а Создатель в свое время не брезговал спалить деревеньку-другую, если их обитатели оказывались недостаточно почтительными. Судя по следам, пожар был магического происхождения, и вызвал его маг не из последних. Правда, в Хандеяве еще оставались люди и вполне жилые дома, а это значило, что поджигатель свое дело до конца не довел. Создатель остановился бы на половине дела только в одном случае - если бы был мертв. Поводов считать других магов хуже у гомункула не было, и он решил, что незадачливого огневика спалили в собственном костре.
Тем временем Источник Питания остановилась о чем-то поговорить с Мастером, и задумавшийся гомункул врезался в нее сзади, но не успел извиниться, как из-за его спины выскочил Питомец, скачками понесшийся к ближайшему обгоревшему остову дома и, судя по звукам, переломавший там все, что еще оставалось. После этого он выскочил обратно и положил к ногам Мастера какую-то утварь из холодного железа. Что этим хотел сказать ящер, было непонятно.
Ралу посмотрел на дракона, потом на кочергу и строго спросил:
- Ты ещё не наигрался? Мне нужен дракон, а не пёс. А ты теперь выглядишь, как Викульт Непрощённый после своего перерождения в чёрного дракона. Зачем мне эта железяка, скажи на милость?
Амальти же просто молча соорудила фейспалм.
- Если ты сделаешь что-то подобное во время пафосной речи Зарта, ничего не выйдет. Успокойся, - эльфийка попыталась поднять сию кочергу, чтобы дракон следовал за ними, увлеченный ею, и у неё это, в принципе, вышло, но она была тяжёлой, так что нести её было бы не шибко удобно.
Дракон был явно недоволен произведенным эффектом, он считал, что все начнут искать потаенный смысл в действиях чешуйчатого, а вместо этого они начали задавать дурацкие вопросы о необходимости кочерги, которую дракон припер просто так. В итоге Терри фыркнул на всех и начал усиленно отряхиваться, образовав посреди дороги наэлектризованное облако сажи, которое стремительно двинулось в сторону спутников. Сам же дракон двинулся, вынырнул из тучи без малейших признаков грязи на блестящей чешуе.
- Оно осмеливается предложить оставить Питомца на ближайшем постоялом дворе, - монотонно прогудел гомункул, не обращая внимания на то, что оказался в самой середине черного облака. - Если Мастера интересует его мнение, то оно думает, что такой дракон не только не поможет, но и навредит планам Мастера.
Когда пыль улеглась, посреди дороги стояло что-то вроде статуи сгорбленного гоблина, изваянной нерадивым и слепым учеником скульптора из черного гранита. Но стоило "статуе" пошевелиться, как осевшие на ней частицы сажи скатились по гладкой коже, вернув гомункулу его изначальный цвет.
- Кто знает превратности судьбы , Шестипалый, - медленно произнёс Ралу, - никому не дано понять, сыграет ли дракон Терри роль в нашем деле. Избавиться от него мы всегда успеем.
- Хотелось бы, но он вроде как должен пафосно появиться из-под облаков в определённый момент. Надеюсь, не напортит, - Амальти отряхнула пепел и сажу с одежды. По правде говоря, эльфийку дракон достал ещё во время ожидания Зарта в порту, и она была не прочь оставить его где-нибудь, но раз он нужен для выполнения плана - лучше не спорить с Ралу.
Зарт тем временем отвлекся, заметив в ближайшем светящемся окне какое-то движение. Огороженный низким забором дом, не пострадавший от пожара, был двухэтажным и вполне симпатичным. Появившаяся на мгновение в окне фигура быстро опустила занавеску, и Ралу не успел заметить, был ли это мужчина, а может быть женщина или ребенок… Но кто-то видел новоприбывшую компанию, что и следовало ожидать - дракона сложно было не заметить. Однако никто не вышел их встречать, улицы были все также пустыни и молчаливы. На деревню тихо опустилась ночь.
Разумеется, лазурный услышал их разговоры, но предпочел проигнорировать, лишь тихо прошипев что-то вроде: "Кто еще кого оставит, глупые двуногие..." - и двинулся дальше, недовольно мотая хвостом.
Но вдруг его привлек свет из окна, и Терри оказался рядом с заинтересовавшим его домом крайне быстро, впрочем, люди, считающие, что драконы медленные и неуклюжие, обычно становятся их обедом.  А синий дракончик сейчас пытался что-то разглядеть в окне.
Эльфийка повернулась к Зарту:
- Убрать Терри, пока никто в окно не выглянул, или пусть стоит?
- Оно считает, что уже поздно, - со вздохом ответил за Мастера гомункул, - и не думает, что Питомца, стоящего прямо за окном, можно не заметить.
- А куда ты его уберёшь? - спросил Ралу, не обращая внимания на Шестипалого. - У тебя есть складной антидраконий вольер?
- Поэтому и надо его от окна убрать, - эльфийка глянула в сторону гомункула. - Вольера нет, но ведь можно отозвать его оттуда другими способами.
- Отойди от окна! Живо! - прошипел сквозь зубы Зарт. - Только пугаешь людей!
И это было правдой: видимо, испугавшись нагрянувшей в деревню странной компании, жители дома затаились, даже свет выключили. Однако не исключено, что за ними наблюдает кто-нибудь из других темных окон. Следовало ожидать, что их прибытие не останется незамеченным. Но разве не этого хотел Ралу Зарт – чтобы о нем узнали?...
- Отлично, всё идёт по плану,  - прошептал Ралу, - только слишком уж быстренько. Но ради дела можно и поторопиться.
Дракон некоторое время упорно пытался разглядеть что-либо за стеклом, но вскоре ему это надоело, и он решил попытаться забраться на крышу.
Сначала Терри аккуратно встал на задние лапы, а передними уперся в стену дома, вытянув шею, он внимательно изучил поверхность. Но, после первых скрипов от поставленной лапы, синий решил отказаться от своей идеи и просто уселся на землю.
Глупый, Но Довольно Полезный Питомец на глазах превращался в Глупого И Практически Бесполезного Питомца. Оно даже не пыталось повлиять на него, успев оценить упрямство и легкомысленность ящера и понять, что это бесполезно. Вместо этого гомункул повернулся к Мастеру и сказал:
- Оно считает, что Питомец приносит больше вреда, чем пользы, и если обитатели дома заметят, что он с нами, о репутации спасителя можно забыть. Возможно, стоит отогнать его и преподнести это как победу над злым драконом?
- Спасибо, что сказал, - заметил Ралу и создал небольшую но холодную струю воды, которую пустил дракону под хвост.
Эльфийка, не удержавшись, прыснула. Всё-таки это был неожиданный (для Терри) ход со стороны "босса". Но дракон мог долбануть молнией, после удара которой будет не до шуток и "вотэтоповоротов".
- Ладно. Каков план, если он есть?
Дракон абсолютно не понял, что же произошло. Он удивленно огляделся, после чего встал и начал ходить по кругу, осматривая все вокруг, пока не заметил ржущую как лошадь эльфийку и оскалился гаденькой улыбочкой.
Терри довольно шустро подобрался к эльфийке и начал старательно обтирать ее головой, будто огромный чешуйчатый кот. Со стороны это могло выглядеть довольно мило, если бы не накапливающийся на эльфийке заряд.
-Так, лизун ты этакий, - разозлился вконец Ралу, - перестань и успокойся! Мне стыдно за тебя!
- Тихо. Меня сейчас током шибанет. А я нужна, на мне световые эффекты, - ответила на "милости" дракона Амальти, отодвинув его голову от себя.
Действия Мастера гомункулу показались странноватыми - Создатель, например, на его месте использовал бы что-нибудь помощнее и поэффектнее. Однако струя воды сработала - Питомец отошел от окна и вдруг запах магией и принялся тереться об Источник Питания, то ли подзаряжая его, то ли что-то еще. Судя по тому, что Источник поспешно отпихнула его, это было именно "что-то еще". Не удержавшись, оно шагнуло вперед и попыталось подзарядиться от все еще пахнущего магией Питомца. Со стороны это выглядело как любимый трюк самого Терри - его начали облизывать.
Оно ощутило слабое потрескивание статики на языке, и это ему не понравилось. Неприятное ощущение. И щекотно, и больно одновременно. Энергия, окутавшая Питомца, была колючей и невкусной. Амальти тоже почувствовала это: ее волосы наэлектризовались и темным облаком окутали ее голову, одежда начала потрескивать и слегка искрить. А Ралу Зарт понял, что еще немного – и его подчиненные окончательно позабудут, зачем они здесь.
- Я вам хочу напомнить, - вмешался маг Крови, что мы вообще-то сюда пришли не за лизанием. Мы пришли громить греховных магов, чьё существование является преступлением против природы. Достойно ли магоборцев то, что вы делаете сейчас?!
- Оно не просит прощения, ибо недостойно его! - заверещал гомункул, нелепой лягушкой отскакивая от Питомца и плюхаясь плашмя к ногам Зарта. - Оно готово понести любое наказание, если так велит Мастер!
- Терри ругай, - зло ответила эльфийка, которую все это уже начало порядком раздражать и надоедать, приглаживая волосы. Части ее шевелюры, будучи наэлектризованными, лезли в нос, в рот, в глаза и вообще всюду, куда только можно.
Терри же сидел перед всеми с очень довольной мордой, как вдруг он решил потянуться, впивая свои когти в землю, и зевнуть. Во время этого действия глубоко в пасти дракона можно было заметить разряды молний. К счастью для остальных, дракон всего лишь зевал, а не собирался поджарить всех своих товарищей, так что, закончив долгий зевок, дракон вновь уселся на дороге и интересующимся взглядом уставился на Ралу, или же он опять был голодным?

0

4

- Ралу Зарт, значит… - Старик повторил про себя упоминаемое в письмах имя. – Конец света, черная смерть.
Зеанорту тоже крайне не нравились слова слепого провидца, о котором рассказывал Динир, поскольку очень много произошедшего можно было очень похоже на то, о чем он говорил. Например, черная смерть с небес вполне укладывалась в описание темных эльдар, пожар опять же... Однако непонятно, как это связано с концом света, или же это просто события, не связанные с ним, но предшествующие ему?
- Это действительно очень плохо, водяница, - обратился старик к собеседнице, собирая листки. – Я склонен верить написанному.
Сильвеста также решила прочесть письма и везде она находила странные совпадения. В ее племени тоже что-то говорили о грядущей опасности, однако это не было концом света. У нее это называли речным порогом, или временем великих испытаний, когда резко меняется течение, сменяясь потоком и заканчивая водопадом, и маг Воды понимала, что ей предстоит это всё пережить. Вот оно - та самая кульминация ее обучения без мастера, которое она и должна была пройти.
- Значит, эти похищения были не напрасны, - догадалась Сильвеста, пожимая плечами. - Имя Ралу Зарта мне, конечно, ничего не говорит, но у нас в племени тоже существовали некие догадки по поводу времени Великих Испытаний. Похоже, оно приходит. И Кворхи - вестники этих испытаний. Думаю, сам поток времени и судьбы свел меня с вами, и поэтому мне всё становится ясно. Я должна помочь вам. С такой целью я путешествовала и проделала долгий путь - по традиции племени магов воды, если теряешь наставника, то нас отправляют в странствии доучиваться, и возвращаться лишь тогда, когда совершишь что-то особенное. Думаю, всё это неспроста.
- Судьба? – Зеанорт почесал бородку и хмыкнул. – Возможно, ты в чем-то права, но не думаю, что Кворхи, как ты их называешь, связаны с концом света, как и охотник на магов. Это больше похоже на точки во времени, обозначающие приближение неизбежного. Тот столп света недавно мне показался более зловещим.
Старик рассмеялся спокойно, всматриваясь в ночную даль, пока не заметил что-то, какое-то крупное пятно на фоне темного неба. Сложно разглядеть.
- Девочка моя, мне кажется, или там что-то пролетело? – Спросил старик свою собеседницу, указывая куда-то в ночную пустоту.
- Мне тоже, - кивнула Сильвеста, соглашаясь со словами Зеанорта. - Но у меня даже нет никакого представления, что это мог быть за столб света. Но в любом случае он не предвещал ничего плохого.
Услышав слова старика, маг Воды подошла к окну. Она тоже видела какой-то силуэт, весьма странный, но на фоне ночного неба нельзя было заранее понять, что это такое: крыша дома, хоть и странная по форме, или нечто странное.
- Думаю, это крыша очередного дома. Или подожди... - Сильвеста неожиданно замерла и всмотрелась. - Он двигается?
Из окна, не забранного стеклом, нельзя было рассмотреть деревню. Если не знать, что на берегу находится население, можно было предположить, что там одна лишь темная пустошь. В наступившей ночи вода, земля и небо сливались в одно бесформенное пятно. Однако в ночном воздухе девушка заметила какое-то странное движение – возможно, птица. Она кружила над озером, издавая неприятные гортанные крики.
Неожиданно птица изменила направление своего полета, обратив внимание на источник света – окно в башне. Отвратительно крича, она по широкой дуге влетела в окно так стремительно, что Сильвеста едва успела отпрянуть. Вскрикнув последний раз, птица упала ей под ноги бесформенным взъерошенным комком мокрых перьев.
Птица была мертва. Она была вовсе не маленькая, длиной эдак с руку девушки, да и довольно упитанной. Пухлое тело, покрытое редкими серыми перьями, плавно переходило в длинную тонкую шею, оканчивающуюся круглой головой с длинным желтым клювом. К несоразмерно маленьким розовым лапкам птицы был привязан коричневый конверт.
- О как, - удивленно посмотрел Зеанорт на труп птицы. – Похоже на питомца Динира, но почему она в таком состоянии?
Почесывая бороду, старик присел на корточки и взял конверт. Ему было интересно, это Динир чего-то не договорил, или это вообще не от него? Но перед тем как открыть конверт, он вспомнил про обморочную девушку.
- Водяница, можешь посмотреть, что там с той бессознательной девушкой? – вдруг решил попросить он. – Главное, чтобы Ревокат ничего не сделал с ней.
Не то чтобы он не доверял Ревокату, но, в конце концов, даже он знал, что для магов Вербери Стакел мораль и этические нормы находятся на последнем месте. Впрочем, Ревокат явно отличался от них, но их учение повлияло на него, к тому же старику было немного не по себе находиться рядом с представителем противостоящей стихии, на уровне инстинкта. Обычные маги бы не обращали на это внимание, однако Зеанорт был чувствителен к этому, возможно, из-за прожитых в огненном плане лет, а возможно, из-за того, что его душа была немного модифицирована. При этом, правда, он не обращал особого внимания на обычную воду. Как бы там ни было, старик решил сразу вскрыть конверт.
Сильвеста вздрогнула. Что-то влетело в окно и упало на пол. Она пригляделась и заметила, что это была дохлая птица, к которой был привязан конверт.
- Интересно... Что это было? - вслух задалась вопросом Сильвеста, хотя ей больше было интересно, что же в том конверте было напечатано. - Зеанорт. Может, прочитаешь сначала? Я после этого схожу туда, - заявила маг Воды, внимательно следя за стариком.

*       *       *

Сону мучили кошмары, переход по пустыне чуть ли не закончился смертью, и её по этому поводу долго будут еще мучить кошмары. Проснувшись, Сона оценила убранство места, где она оказалась. Хоть это было странно, её одежда все еще на ней, что доказывало, что её беззащитностью никто не воспользовался. 
Она чудом добралась до деревни, и, идя в полубреду, она помнила, что видела эту башню, и, кажется, именно в ней она и оказалась.  Правда, она вроде бы была сильно покорёжена, а может, показалось в полубреду.
Это было странно. Поднявшись, она направилась в соседнюю комнату, надеясь найти хозяев этого места.
- Да не за что! - буркнула Тоф достаточно громко, замечая, что недоутопленница поднялась и направилась куда-то в сторону. - Подумаешь, спасли и приютили, так бы любой поступил на нашем месте. Да это вообще надо хобби, - она скрестила руки на груди и стала бухтеть под нос что-то в стиле столетней старушки: "Неблагодарная молодежь, как будто мы им что-то должны..."
Продолжая сидеть и заниматься самим собой, Ревокат едва прислушивался к разговору гостей старика. Условия были соблюдены, он проследил за бессознательным туловищем до прихода в сознание. И потому Ревокат, сняв со спинки стула красный плащ, быстрым шагом двинулся к Зеанорту. Следовало поинтересоваться, насколько долго задержатся его гости.
Зеанорт тем временем читал странное послание, хотя с самых первых строчек было ясно, что оно адресовано не ему.
«Уважаемый Ревокат, - так начиналось письмо, - с прискорбием хочу сообщить вам, что моя драгоценная матушка находится при смерти. Ее болезнь слишком тяжела, и она хотела бы увидеть вас перед тем как боги возьмут ее в свои вечные земли. Я пишу вам от ее имени просьбу навестить ее как можно скорее. Пожалуйста, приходите как только сможете. Ваш покорный слуга, Ибрам Ролдег».
Строки были написаны неровным прерывистым почерком, значит, автор записки очень спешил. Судя по содержанию записки, это было неудивительно.
Направляясь в соседнюю комнату, Сона даже не предполагала, что её на этом этаже нет. Не понимая, что происходит, Сона стала подниматься по лестнице, когда сзади послышались шаги, Сона развернулась и увидела странного человека. Ну как странного, он был одет необычно, несмотря даже на то, что Соне не пришло в голову, что в Башне могут находиться необычные постояльцы.
- Вы кто? - только и смогла промямлить она.
- Прохожий, - сказал правду Ревокат, обходя девушку на лестнице.
- Непохоже, - скептически ответила Сона. - Вы куда направляетесь?
Ревокат молча продолжил подниматься к старику. Похоже, эту гостью не учили вежливости, даже старик не позволял себе настолько отвратное поведение.
Содержание письма слегка удивило старика, главным образом тем, что оно дошло сюда. Разве Ревокат не прятался здесь от своих бездушных коллег из Вербери Стакел, как же отправитель нашел его? Думать об этом смысла не было, надо было узнать у самого мага жизни, тем более что он только что подошел к ним.
- Ревокат, друг мой, - начал Зеанорт, протягивая письмо. – Тут тебе послание от какого-то Ибрама Ролдега.
Сильвеста заглянула в содержание письма, но быстро поняла, что там ничего интересного для нее нет. Она слышала приближающиеся шаги на лестнице, а также разговор двух магов.
"Точно чудачка", - мимолётом подумала маг Воды о Соне. Она вела себя всё это время довольно странно... Сначала чуть не утонула, задаёт странные вопросы. Впрочем, интересоваться ей Сильвеста не хотела. Зато её интересовало кое-что другое.
- Значит, судя по содержанию письма, нас ждёт ещё одно путешествие, да? - с догадкой уточнила девушка.
Почувствовав, как маг Жизни встаёт и уходит наверх вслед за вновьприбывшей, Тоф продолжила свои возмущения:
- Да, конечно, до меня вообще никому дела нет. И какая разница, что мне тоже интересно, что там происходит... - она легла на пол, благо, ей так было даже удобнее. - Я, конечно, могу подняться, если захочу, но там и так аншлаг уже, - Бейфонг говорила не столько с кем-то, а просто чтобы высказать то, что накипело. Ей хотелось уйти из этой башни, благо, мост ещё стоял, но тогда вставал вопрос: куда она пойдет? В деревне магам не рады, да и там сейчас своих проблем хватает. А найти направление на какой-либо следующий населённый пункт она вряд ли сможет без чьей-либо помощи. К тому же, тут хоть какое-то приключение наклёвывалось.
- Надо будет, позовут, - решила маг Земли и отвернулась к стенке в надежде хоть немного подремать.
Поднявшись наверх, Ревокат открыл дверь и на входе спросил Зеанорта:
- Старик, как долго еще пробудут твои гости?
Однако тот уже протягивал ему письмо. Взяв его в руки, Ревокат быстро прочитал строки и, протянув письмо старику, начал с просьбы:
- Лучше всего сжечь. Покину на некоторое время башню.
"Это уже не смешно", - подумала Сона, слушая разговор магов.
Поднявшись вслед за странным человеком, Сона и подумать не могла, что тут вовсю идет разговор, вклиниваться в него ей не хотелось, не разобравшись, что есть что и кто есть кто.
- Эм, извините, я, наверное, не вовремя, - неуверенно проговорила Сона.
"Лучше сейчас, кто знает, может, они потом уйдут?" - промелькнула мысль в голове Соны.
- Как скажешь, - Зеанорт, взяв письмо, молча сжег его прямо в руке, бумага превратилась в пепел мгновенно. – Может, расскажешь, что случилось?
И тут старик заметил за спиной Ревоката новое лицо, кажется, это была та самая девушка, которую спасли недавно из воды. Похоже, она пришла в сознание.
- Доброе утро, утопленница, - добродушно улыбнулся старик. – Как самочувствие?
Про Ревоката и Сильвесту он на мгновение забыл.
Сильвеста обернулась в сторону Соны, когда та начала что-то неуверенно говорить.
- Ты попала к магам-странникам, которые волей судьбы оказались вместе, - пояснила Силвеста, оперевшись о стену. - Но мне больше интересно то, кто ты и откуда. Я когда уходила, так и не успела тебя спросить. А ведешь ты... Весьма странно.
- Я из одной из далеких деревень, и я, как и любой маг дерева, отправилась в путешествие, а вы кто? - ответила Сона и задала вопрос Сильвесте.
- Сильвеста. Маг воды. Тоже путешествую, - коротко ответила она, понимая, что перед ней находится еще один маг.
"Получается, судьба каким-то неведомым образом связала нас. Занятно", - подметила синеволосая девушка в свою очередь, задумываясь.
- Время возвращать долги.
Закончив разговор, Ревокат вышел из комнаты и спустился. Сборы не заняли много времени, немного воды и еды в дорогу, и старая сучковатая палка, послужившая ему дорожным посохом по пути в башню. Выйдя из башни и пройдя по тропе, Ревокат направился к человеку, некогда оказавшему ему услугу.
- Я Зеанорт Ксемнас, маг огня, – также представился добродушно улыбающийся старик, провожая взглядом Ревоката - Маг дерева, значит? Нечасто можно встретить последователей этого элемента.
Откровенно говоря, он хотел отправиться вслед за своим, можно сказать что другом, в конце концов, этот маньяк-хирург был единственным человеком, с которым старик смог сблизиться после возвращения из мира огня и отмщения старому некроманту. Однако в отличие от Ревоката Зеанорт не мог просто так бросить своих гостей. Ну, непохоже, что он уйдет сильно далеко, пока старик разбирается.
- Мы тут все слегка незнакомцы, - вдруг рассмеялся Зеанорт. – Ну, изначально в этой башне жил только я и только что ушедший маг по имени Ревокат, но в городе мы встретились с остальными. Был ещё один, но он куда-то пропал. Маги металла, что с них взять.
Похоже, старик был невысокого мнения об этих магах, и знакомство с Марком это мнение только подтвердило, но эта их простота ему даже нравилась.
Зеанорт прошел чуть вперед к проходу и крикнул куда-то вниз:
- Эй, земляничка, тебе там не скучно одной? – Старик решил вдруг вспомнить о маге земли, после чего опять переключился на новенькую. – А тебя, кстати, как звать, утопленница?
- Звать меня Сона. Я, как вы уже догадались, маг дерева, - ответила Сона добродушному дедушке - И почему вы решили здесь поселиться? Местные жители были вам не рады? - Сразу же после этого спросила Сона, ей это казалось несколько странным.
- Ну как сказать, мы с ними особо не контактировали, - старик задумчиво почесал свою седину. – Но из-за мага из башни они стали относиться к нам не лучшим образом, а после нападения темных эльдар, скорее всего, вообще начнут во всем винить нас и будут встречать с вилами.
На некоторое время Зеанорт задумчиво всматривался в ночную даль, в душе немного свербело от отсутствия Ревоката. Он помнил, что у того были проблемы с прошлыми товарищами из Вербери Стакел, и этот его неожиданный уход заставлял думать только о плохих вариантах развития событий.
- Ладно, дамы, располагайтесь в башне, если хотите, а я лучше последую за моим другом, слишком уж скрытный этот одиночка, боюсь, когда-нибудь это его погубит.
С этими словами старик вышел из помещения и стал спускаться вниз. Ревокат должен был пойти в порт, если хотел куда-то уехать, но раньше следующего дня корабли вряд ли куда-то пойдут, поэтому старик особо не торопился, он был уверен, что нагонит его и так.
- Я с вами пойду, - решила поддержать инициативу Зеанорта маг Воды и последовала за ним, обернувшись перед выходом в стороны Соны: - И если захочешь поддержать, то лучше нам не разбегаться.

0

5

Едва Ревокат перешел с земляного моста на набережную, как почувствовал, что что-то не так. Возможно, просто было непривычно наблюдать погруженную во тьму деревню (ни одного окошка не светилось!), а может быть, это было мифическое чутье мага на неприятности. Его слух не уловил ни единого движения у маленького деревянного причала, разве что редкие волны бились о прогнившие за много лет сваи и борта хилых шлюпок. Несколько таверн, расположенных здесь же, в порту, явно пустовали. Погоревшая крыша одной из них явно свидетельствовала о том, что плясок сегодня не будет. Скорее всего, жители приозерного района, наиболее пострадавшего после налета черных тварей, затаились в своих ветхих жилищах и ждут рассвета.
Чем дальше в деревню, тем яснее становилось, что картина не меняется: все те же погоревшие фасады, захламленные дворики и чернеющие тут и там неубранные обгорелые трупы. В воздухе повис явственный запах начинающей разлагаться плоти. Вокруг стояла такая непроглядная темень, что Ревокат имел все шансы споткнуться о чью-нибудь отрезанную голову.
Неожиданно он уловил на поперечной улице какое-то движение. И не просто движения, даже голоса – кажется, ругались несколько человек, причем, самый громкий и уверенный голос нетерпеливо кого-то отчитывал лекторским тоном. Возможно, это были жители деревни, но учитывая царившую вокруг атмосферу всеобщего страха, они вели себя слишком уж... вызывающе и нисколько не скрывались. Откуда они, такие бесстрашные, здесь взялись? Стоя и ругаясь посреди улицы, подозрительная компашка не вызывала ассоциаций ни с захватчиками, ни с пострадавшими жителями.
Ревокат остановился и беззвучно проговорил: "Окулус Вита". В произношении не было нужды, однако это помогало при обучении и сохранялось как привычка у многих магов жизни. Маловероятно, что среди этой группы есть маг жизни, однако их спокойствие было любопытным, и Ревокат не отказал себе в возможности взглянуть.
За углом серой, немного размывающей изображения массы, окруженного прибитыми к земле яркими голубыми цепями, с небольшими сосудами у основания земли, разговаривало четверо существ. У Ревоката сразу перехватило дыхание, строение ярко-голубых цепей и матово-яркий массивный сосуд сразу же напомнили ему увиденное на крыше мифическое существо, обладающие интеллектом и способностью к членораздельной речи - дракона. Конечно, это еще не давало гарантии, возможно, сейчас он видит одного из неразумных представителей их семейства - судя по размерам, это могла быть виверна. Также его внимание привлек один из гуманоидов. Порой смазывающий изображение эффект неживой материи искажал восприятие, но не до такой степени. Увиденное им существо, несомненно, было гуманоидом, однако в его фигуре не хватало цепей, что делало её более плоской, неестественно плоской для живого гуманоида. Больше всего это существо напоминало результат экспериментов магов жизни, но двое других ими не были, это были ничем не примечательные гуманоиды. Сбежавший образец? Захотелось взглянуть, но, переборов любопытство, Ревокат отключил Окулус Вита, отметив про себя, что живые гуманоиды в радиусе видимости находились практически неподвижно под землей, за редкими исключениями. В любом случае, он задолжал, и его ждут, так что Ревокат продолжил свой путь к цели.
Ралу показалось, что он слышит, как будто кто-то шёл неподалёку. Маг Крови прислушался - вроде никого нет.
- Доигрались, – сказал он своим спутникам, - вон там кто-то был и мог услышать. Или увидеть. Или прощупать магически, если это был местный маг.
Дракон по-прежнему сидел перед всеми и скалился во все зубы, слушая, как компания спорит ни о чем. Но вдруг он почуял что-то новое и совсем недалеко, закрутился вокруг себя и рванул на соседнюю улицу, перепрыгнув обгорелый одноэтажный дом.
Оказавшись на другой улице, будучи драконом, Терри довольно неплохо видел в темноте и быстро сориентировался, обнаружив свою цель, которой оказался некий Ревокат, хотя этого никто пока и не знал. Не теряя времени, лазурный помчался к магу. Можно было подумать, что бронированная несущаяся с огромной скоростью туша просто сожрет свою жертву, но это же Терри… Он просто собирался напрыгнуть на мага жизни и несколько раз лизнуть его…
Выйдя из башни, Сильвеста накинула вновь на голову капюшон и направилась в сторону деревни, поражаясь в душе тому, насколько там было сейчас тихо. Она искала остальных, думая попутно о том, на кой черт их снова понесло в деревню, и что в очередной раз она просто теряет время, хотя уходить из этой новоиспеченной компании она пока явно не торопилась. Искать долго не пришлось: вскоре она нашла Ревоката, а с ним... Настоящего дракона. Маг Воды так и застыла в удивлении, не понимая, что здесь происходит.
По пути к порту Зеанорт слегка разминулся с Сильвестой, а потому она ушла намного вперед, первой встретив Ревоката. Заметив дракона, старик хотел сначала поспешить к другу на помощь, но, не почувствовав агрессии, он остановился. Поняв, что они наткнулись на каких-то людей, Зеанорт решил не выдавать себя и спрятался за домом недалеко от места действия.
Приметив летящее существо, предположительно неразумное, Ревокат быстро сориентировался и скрылся в переулке между домами, достаточно узком и извилистом для столь массивного существа. Активировав окулус вита, Ревокат следил за рептилией и продолжал двигаться по узким переулкам, стремясь скрыться от него.
- Паразит лижущий, - выругался Ралу, - вот что с ним делать? Хорошо, если не мага оближет. А если это будет маг? Всё восстание насмарку!
Все планы Мастера летели в тартарары. Если и после этого глупый (настолько глупый, что оно начинало думать, что ящер на самом деле просто чересчур старательно притворяется безмозглым животным) Питомец остался бы безнаказанным, оно не знало, что и думать о личности нового хозяина. Однако, чтобы наказать Питомца, следовало еще его поймать, а зловредная рептилия удрала за своей неожиданно прыткой жертвой и явно не собиралась отступаться.
Открыв рот, гомункул выдал несколько непечатных выражений, которые впору употреблять портовым грузчикам (наследство от одной из жертв Создателя, служившей боцманом на торговом корабле). В сочетании с его неизменным монотонным голосом это звучало довольно странно, но идеально описывало ситуацию (и Питомца вместе с его драконьей родней заодно).
После небольшой пробежки лазурный прыгнул на свою жертву, но на месте приземления дракона мага уже не было. Этот пронырливый тип уже убежал в переулок, что сначала расстроило Терри, но потом в его голову пришла мысль, что человек хочет немного поиграть и побегать, и Терри не собирался ему в этом отказывать.
Недолго думая, дракон взлетел и оказался прямо над Ревокатом, приземлившись на крыши над ним. Подобное могло бы быть жутковатым, если бы Терри не издал довольно странный, но агрессивный звук вроде "Мряфк".
Спрятавшись за домами, старик Зеанорт наблюдал за этой крайне комичной сценой, едва сдерживая смех. Ему стоило многих сил, чтобы не выдать себя с головой. Помогать своему другу он не собирался, понимал, что ящер всего лишь играется, на агрессивных драконов он насмотреться успел. В то же время его сильно беспокоили спутники этого зверя, например, странный человек, лишенный каких-либо эмоций даже в подобном бедламе. Старик даже сначала испугался, что это нежить, поднятая некромантом, но от этого существа не разило тем могильным холодом, как от немертвых.
Двое других тоже не внушали сильного доверия, эльфийка и какой-то человек в маске, явно бывший лидером этой группы, держался он увереннее других и первым проявлял инициативу, к тому же, от него буквально разило аурой властности. Ксемнас решил, что не стоит пока выдавать себя.
Сильвеста видела этого игривого дракона и была крайне поражена его появлением - ведь она считала, что драконы обычно агрессивные хищники, а не такие существа, и этот дракон сейчас пытался гнаться за магом. Она задумалась, что еще немного, и дракон может и на нее обратить внимание, чего на данный момент девушке не хотелось, поэтому она тоже решила пока спрятаться за одним из домов и наблюдать за тем, что будет дальше.
"Чудеса да и только. Гуляющие по деревне драконы", - подивилась мысленно маг воды. Всё это было неспроста, и дракон явно был не один, судя по всему. Не пришёл же он сюда один, лишь чтобы поиграть в догонялки.
Ревокат продолжил бежать по подворотням, время от времени высматривая дракона. В отличие от нежданного оппонента, он мог наблюдать за его движениями из закрытых позиций и рассчитывал в итоге притаиться в глухом месте до тех пор, пока дракон не бросит затею.
- Не, надо как-то по-другому... - произнёс Зарт, - хотя бы приют на ночь найти... А то он тут всех жителей перелижет... Которые остались, конечно...
- Вот пустит нас кто-то к себе, а дракон его оближет, - наконец подала голос эльфийка, ранее молча наблюдавшая за ситуацией.
- Оно сразу предлагало оставить Питомца там, где он не будет привлекать внимания, - вздохнул гомункул. - Теперь остается искать способы угомонить его.
Реакция Мастера на сбежавшего Питомца привела его в ступор. На его месте Создатель разобрал бы своевольную рептилию на образцы. В конце концов, эта выходка сорвала все планы Мастера, но реакции не последовало. В голове гомункула зашевелилась крамольная мысль: а если Мастеру угодно непослушание? Это предположение шло вразрез с его самыми главными жизненными установками, но оно имело смысл.
- Оно предлагает устроить охоту на Питомца, - наконец выдал гомункул. - Всерьез. Если он успокоится, можно выставить это как приручение дракона. Если не успокоится - одной проблемой станет меньше.
Ралу плюнул и пошёл искать неугомонную зверюгу. Терри палил контору, причём, сильно. Ралу нагнал ящера в каком-то тёмном квартале.
- Остановись! - строго приказал он ему. - Иначе вся операция насмарку!
Дракон же продолжал гнаться по крышам за магом, пока его не окликнул Ралу, из-за чего лазурный на секунду остановился и посмотрел в сторону горе-охотника. После чего, фыркнув, отвернулся, но уже потерял свою цель из вида.
Пробубнив себе под нос пару ругательств, от которых бы покраснели даже матросы, Терри медленно спланировал вниз, чуть не сбив Ралу с ног и с очень раздраженным видом направился доставать эльфийку...
Увидев, что дракон направляется к ней с намерениями пусть и не гастрономическими, но облизать точно, эльфийка спряталась за Зарта.
- А ну стой, ящер!- зло выругался Зарт, - из-за твоих выходок уже чуть не сорвалась операция! Дай Боги, чтобы ты не мага лизнул!
Терри решил проигнорировать замечание Ралу и уселся перед ним, с самым наглым образом зевая.
- Мы когда уже есть будем? - Вдруг спросил обычно молчаливый дракон, и не то чтобы он сильно старался изображать питомца, просто вопрос еды его интересовал куда больше, чем конспирации.
- Есть? ЕЕЕЕСТЬ?! В такое время ты говоришь о еде! Ты напугал местного жителя и...- Ралу был вне себя от злости.
Дракон вяло почесал задней лапой подбородок.
- Ну да, я есть хочу, - нагло заявил Терри, хищно поглядывая на эльфийку. - Да и не особо он местный, пахнет странно, тем более я его почти поймал, а ты мне помешал...
- Как пахнет? - оживился Ралу. - Какой запах?
- Не так, как местные... Легкий запах камня и сырости... Да и вообще по-другому, - вдруг дракон тряхнул и вытянул шею. - И что за дурацкие вопросы? Я, по-твоему, справочник запахов всего мира?
- Дурацкий? Ты сейчас сам сделал дурацкий поступок! Может, это был маг! - рассержено ответил Ралу.
- Оно считает, что кто бы это ни был, значения это уже не имеет, - проворчал гомункул. - План Мастера трещит по швам, теперь все местные будут судачить о сумасшедшем маге, натравившем на них дракона. Мысли будут?
Обращалось оно, разумеется, к Источнику Питания и все-таки оказавшемуся явно разумным Питомцу, ибо так разговаривать с Мастером... лучше уж самому прыгнуть в биореактор.
Сильвеста стала невольной свидетельницей этой короткой разборки между каким-то подозрительным типом и… драконом, еще недавно преследовавшим Ревоката. Одного взгляда на эту компанию хватило, чтобы понять, что на местных они не похожи. Кажется, среди них была девушка, но она стояла в глубокой тени и никак не проявляла себя. Сильвесту пока никто не заметил. Что касается Зеанорта – тот, не особо скрываясь, хмуро наблюдал деятельность нарушителей спокойствия с крыши одного из домов. Про Ревоката все как-то дружно забыли, и это дало ему время скрыться в переулках.
- В общем, - сказал Ралу, - так даже лучше. Терри будет изображать дракона, насланного магами. Я его вроде как остановлю. А потом - все шишки на магов. Должно получиться.
- Оно считает, что даже Мастеру не поверят, - тихонько возразил гомункул (что для него было близко к непростительной наглости). - Питомца уже видели, и способы его остановки - тоже. С большой вероятностью местные посчитают, что дракона наслал сам Мастер, либо умышленно, либо просто не справившись с ним. Оно осмеливается предложить оставить Питомца питомцем, оставить его в укромном месте и без особой нужды не показывать.
- Посмотрим по ситуации, - произнёс Ралу, - когда, что и где.
Наблюдая за этим цирком, старик еле сдерживал смех, вот-вот и он кубарем покатится, полностью выдавая себя. Слава богу, что краем глаза он успел заметить, куда умыкнул Ревокат, похоже, его дело было слишком важным, чтобы задерживаться на этих скоморохов. С другой стороны, один из этих «скоморохов» вызывал тревожные чувства, крайне тревожные, это и успокоило Зеанорта. Решив не задерживаться слишком долго, пока у этой группы не восстановился порядок, старик, опять скрываясь углами да улочками, побежал за Ревокатом.

0

6

Сона после ухода дедушки решила осмотреть башню. Назначения тех машин в самом низу башни она не поняла и решила дождаться деда. Так как дело уже было ночью, нужно было думать, где лечь поспать, чтобы случайно не простудиться. И ничего умнее она не придумала как прилечь к уже спящему человеку, надеясь согреться.
Всё это время, пока "взрослые" решали важные дела, Тоф тихонечко дремала. Пару раз сквозь сон она почувствовала шаги к выходу и дальше, на берег, но не придала им никакого значения. Однако, внезапное соседство подействовало не хуже кувшина ледяной воды на голову. Она резко села, а потом и вовсе встала и отошла на несколько шагов от девушки.
- Мы вообще-то даже не знакомы, чтобы вот так вот вламываться в моё личное пространство! - сказала маг Земли, стараясь не метнуть в Сону чем-нибудь тяжёлым. - И вообще, где все, что ты здесь так разлеглась? - добавила она после того, как её попытки почувствовать хоть какое-то ещё движение в башне провалились. Она уставилась в ту сторону, где располагалась другая девушка, в ожидании ответа.
Согревшись в первые же секунды, как она прилегла, Сона стала тихо погружаться в сон, несмотря на магичку, которая сбила сонливость. Краем сознания маг дерева хотела ответить, но тут же погрузилась в сон.
"Ну уж нет, - подумала Тоф, - ты либо мне ответишь, либо ответишь", - и она легонько топнула, отчего кусок каменного пола под заснувшей девушкой заставил её принять сидячее положение и проснуться.
- Я повторяю свой вопрос: где все? Почему ты тут одна без присмотра? И как, в конце концов, тебя звать? - любому магу Земли всегда было неважно, запомнит ли его собеседник все заданные вопросы. Он просто вёл себя, как камнепад.
- Что ты ко мне пристала? Не знаю я, на улицу, наверное, ушли. Звать меня Сона, - еще не до конца проснувшись, ответила она.
- Ты же была здесь всё это время! - тихонько рыча, проговорила Бейфонг. - Ты должна быть в курсе, что тут произошло за последние пару часов или сколько там прошло.
Тоф всегда было сложно ориентироваться во времени, потому что на этот вопрос земля не могла дать ей точного ответа. Единственное, чему она научилась, это примерно понимать по температуре поверхности, какое сейчас время суток. Но это не работало внутри зданий или при каких-то исключительных обстоятельствах, как, например, пожар.
- Я поговорила с одним из ваших и пошла спать! Я спала большую часть времени! Я не знаю, что задумали твои друзья! - гневно ответила она.
- Во-первых, они мне не друзья, - об этом ещё предстояло подумать, но в данный момент магу Земли было не до того. - Во-вторых, ты только что легла! С кем ты говорила? Хотя, неважно. В любом случае, вслух должно было быть произнесено хоть что-то полезное, а не просто: "Мы пойдём выйдем на улицу, скоро будем".
- Ничего они мне не говорили! - продолжила гневно отвечать Сона.
- И ты, конечно же, ничего не слышала, - Тоф закрыла лицо руками. Она уже устала пытаться добиться чего-то от этой девчонки. Она понимала, что пока она отдыхала, наверху между остальными магами что-то всё-таки произошло. Попытки девушки заставить память пошевелиться и воспроизвести все движения, которые она могла почувствовать, пока ни к чему не приводили. Значит, вся надежда либо на Сону, либо ей придётся идти наружу и искать хоть кого-то. Последний вариант был не так приятен, ибо неизвестно было, что сейчас происходило за пределами башни.
- Ты хотя бы можешь выглянуть наружу и сказать, какова обстановка в деревне? - Бейфонг, не поднимая головы, указала в сторону двери.
- Ну, сейчас ночь, в деревне всё тихо, - ответила маг дерева.
- Вот и отлично, - буркнула маг Земли. Наконец-то удалось выудить хоть что-то. Она, пройдя мимо другой девушки и не обращая на ту ни капли внимания, вышла за дверь и по собственному мосту направилась к деревне. Она рассчитывала, что ночь сделает всех, кто ей встретится, чуть более близкими к её незрячему положению. Хотя, благодаря своим ногам, она всё равно продолжала различать очертания домов. Тоф надеялась, что новенькая не увяжется за ней и не будет мешать искать других магов. С другой стороны, если она будет рядом, то наверняка предупредит Тоф о находящемся поблизости пламени, если таковое где-то ещё осталось или появится. К сожалению, отличить тлеющее бревно от безопасной поверхности, на которую можно ступать, не опасаясь за своё "зрение", она была не в состоянии.
Сона оторопела.
"Разбудила и ушла? Ну уж нет!" - недовольно подумала она.
Сорвавшись со своего места, она побежала за магом Земли. Как только она её догнала, сразу сказать ничего не могла.

0

7

Вопреки ожиданиям Зарта, жители деревни не полезли выяснять, что за шум был снаружи. Судя по состоянию деревни, днем им пришлось натерпеться различных бед, поэтому логично предположить, что они все попрятались и дрожали от страха в ожидании повторения кошмара. Смельчаков не нашлось, и вскоре на деревню снова опустилась гнетущая тишина. Если повезет – причастность Зарта к инциденту с драконом останется незамеченной.
- Не заметили  и ладно, - прошептал Зарт, - нам нужно поискать место для ночёвки. Не спать же на голой земле!
- Мест для ночевки тут предостаточно, - заявил гомункул, выразительно (насколько это позволяла его безэмоциональная физиономия) глядя в сторону ближайшего дома со светящимися окнами. - Мастер, обитателей ликвидировать или вам понадобится сырье для опытов?
Дракон даже не пытался слушать остальную компанию, уставившись куда-то наверх и погрузившись в свои мысли. Нет, он не заметил случайного наблюдателя и вообще смотрел в другую сторону. Вдруг фраза гомункула вернула его к реальности, отчего Терри удивленно посмотрел на последнего, а после перевел взгляд на Ралу.
- И это еще нас называют кровожадными... Я так вообще белый и пушистый на фоне этого... Где ты вообще отрыл эту штуку? - спросил дракон, кивая в сторону гомункула. Кажется, Терри уже "набесился", и его поперло на серьезные разговоры.
- Его создали греховные маги, но я уверен, что он... в общем, может послужить для благих целей, - ответил Ралу, - и в отличие от тебя, не лижет всё подряд!
Потом маг обратился к Шестипалому:
- Пожалуй, убивать не надо. Пока....Попробуем обратиться по-хорошему.

* * *

Деревня встретила девушек обгорелыми остовами прибрежных домов и запахом паленого мяса. Под ногами была мешанина грязи и, возможно, чьей-то густой крови. Дороги были завалены каким-то хламом и отвратительными останками изуродованных человеческих тел. И хоть в темноте было не разглядеть деталей, омерзительный запах, повисший в воздухе, явственно указывал на то, что здесь произошло что-то ужасное. Тоф не могла видеть глазами, однако ее внутренние ощущения не обманули: часть деревни, примыкающая к берегу озера, сожжена и разрушена. Пострадали ли богатые дома в глубине – сложно было сказать. На улицах не было видно ни одной живой души, Ревокат с Зеанортом также бесследно исчезли.
- Что это такое? Это твои друзья натворили? - резко спросила Сона у Тоф, зажимая нос из-за ужасной вони трупов, хотелось развернутся и пойти прочь, но оставлять человека одного было бы нехорошо.
Учитывая, что все, кроме одного, чувства Тоф были обострены, она почувствовала приближение беды намного раньше своей "попутчицы".
- А я откуда знаю? Меня с ними не было, если ты не помнишь, - огрызнулась Тоф. Ей было противно осознавать произошедшее не меньше Соны. Слегка успокоившись, она продолжила. - Не думаю. Я знаю их не намного дольше твоего, но они не производят впечатления серийных убийц, маньяков и живодёров. Я думаю, они как раз пошли разбираться, что произошло, - сделала она логичное умозаключение. - Нам нужно их найти и узнать всё, что узнали они, - она указала жестом в сторону одной из улиц. - Иди вперёд, я прикрою, если вдруг те, кто это натворил, всё ещё здесь.
Девушки медленно двинулись вглубь деревни, то и дело спотыкаясь на неровной грунтовой дороге и увязая в грязи. Дорога размокла от пролитой крови и прошедшего недавно короткого дождя, который затушил пожар и не дал огню перекинуться на богатые дома вдали от озера. Вокруг стояла какая-то неестественная тишина, ни одного случайного прохожего не было видно на улицах, ни в одном окошке не горел свет. Создавалось впечатление, что люди и вовсе покинули деревню, хотя, вероятно, в данном случае им некуда было идти.
Неожиданно какой-то новый звук привлек внимание девушек. Там, впереди, шел приглушенный, но довольно-таки активный разговор. Кажется, какой-то мужчина терпеливо объяснял что-то своему собеседнику – или собеседникам. Сона ничего не видела в темноте, но Тоф отчетливо почувствовала на перекрестной улице, за углом относительно непострадавшего дома, четыре живых существа.
- Я вообще не помню, как я с вами оказалась, - ответила Сона и пошла вперед.
"Ужас какой-то, наверняка она что то недоговаривает, - думала она, идя впереди. - Как приманка, честное слово", - промелькнула недовольная мысль в голове Соны, но она упорно продолжала идти.
- Стой! - как можно тише окликнула спутницу Тоф. - Неподалеку от нас кто-то есть. И я не уверена, что это наши знакомые, - что-то ей подсказывало, что нет. То ли количество, то ли некоторые внешние отличия, которые на таком расстоянии определить правильно было довольно трудно.
"Не хотелось бы ни с кем сталкиваться, особенно, если это они учинили весь этот погром", - подумала маг Земли, продолжая стоять, как вкопанная.
- Если ты сможешь из-за угла какого-нибудь дома, не подходя близко, разглядеть хоть что-то - это бы нам очень помогло, - закончила она свою мысль. Теоретически, она и сама могла бы подойти чуть ближе и проверить эти непонятные фигуры. Но собой рисковать не так весело.
"Ах, вот как", - подумала Бейфонг. Она и так до сих пор была не в духе из-за того, что ей не дали как следует выспаться, а тут ещё и вот такие заявления. Она хотела сказать что-то в стиле: "Да у меня всю жизнь перед глазами только темень", - но это было бы правдой лишь отчасти, ведь силуэты она различает, пусть и немного по-другому. С другой стороны, терпеть оскробления она всё равно не была намерена.
- Что ж, раз так, придётся поступить немного иначе, - маг Земли коварно усмехнулась и проделала следующее. Она заставила землю под Соной приподняться, как ступеньку, и отправила этот пласт земли, вместе со стоявшей на нём девушкой, прямо по направлению к неизвестным фигурам. Какое-то время Тоф планировала просто её туда зашвырнуть, не сильно беспокоясь о последствиях последующего приземления, потом она всё-таки успокоилась, решив, что не может показать себя в столь дурном свете.
"Это что за колдовство?! - только и успела подумать Сона, как земля двинулась под её ногами. - Могла бы предупредить! Но ничего, пустит еще дерево свои корни в землю", - недовольно подумала она, наблюдая окрестности и с интересом смотря на фигуры.
"Она что, надеется, что так я их увижу? Так они меня увидят! - напридумывала себе Сона, откровенно пялясь на то недоразумение, что представляли из себя фигуры. - Надо бы приглядеться, может, что и увижу", - решила она и попыталась рассмотреть фигуры, благо пласт земли позволял спокойно смотреть, он же все поднялся беззвучно.
"И на этом спасибо", - поблагодарила Сона свою невольную подругу.
Тут Ралу почувствовал, что кто-то к ним приближается. Если ты воин-наёмник, то такое предчувствие вырабатывается довольно скоро.
- Доигрались, - шёпотом произнёс он, - долизались!
- Тут темно и ничего не видно! Единственое, что я смогу разглядеть, так это твою упругую задницу, только если упрусь в неё носом!  - тихо недовольно воскликнула Сона.
"Какая умная барышня, иди посмотри, что там за люди, а я тут постою и понаблюдаю", - недовольно подумала маг Дерева.
- Спрячься, - велел Ралу дракону, - сделай так, чтобы тебя те люди искали... И не нашли! А вы, - он обратился к эльфийке и гомункулу. - Сделайте тоже самое!
- То есть, просто отвлечь внимание? – тихонько уточнила эльфийка, потянувшись за своим луком.
- Отвлечь? Подожди пока, - прошептал Ралу, - надо скорее не ПРИВЛЕЧЬ к себе внимание. Да, и ещё, ты чувствуешь в них магическую силу греховных или нет?
Эльфийка прищурилась, вглядываясь в темноту.
- На этой улице никого нет, - тихо резюмировала она. – Но там, за поворотом явно кто-то есть, и не один. Возможно, это всего лишь жители деревни. Я могу подойти к ним и разузнать поточнее. Они ничего не заподозрят в такой темноте, - заявила Амальти, свободной рукой поправляя волосы так, чтобы скрыть заостренные кончики ушей.
Тем временем парящий в воздухе пласт земли со стоящей на нем Соной бесшумно и неторопливо двигался вдоль улицы по направлению к угловому дому, за которым, по предложениям Тоф, находились живые существа.
- Только они сюда всё равно подойдут, - ответил Ралу, - так что всё может быть. На всякий случай будь готова.
- Хорошо, - пообещала Амальти, - я так и сделаю.
- Чтобы не привлекать внимания, ему остается разве что спрятаться, - вполголоса пробормотал гомункул. В этот момент его взгляд упал на невозмутимо торчащего посреди улицы Безумного Ящера, Притворяющегося Питомцем Мастера. - И я даже знаю, как...
Подскочив к Ящеру, оно еще больше понизило голос и прошептало куда-то в промежуток между шеей и глазом (где-то там должны были находиться уши):
- Ты ведь умеешь летать? Меня унесешь? Давай пониже, чтобы не заметили, укроемся в развалинах ближе к воде. Не стоит компрометировать Мастера нашим присутствием.
Не дожидаясь ответа, гомункул вскочил Ящеру на спину и буквально растекся по ней. Теперь в сумерках сложно было сказать, есть ли на драконе всадник или это просто топорщатся выросты спинного гребня.
Дракон, до этого отрешенно смотрящий по сторонам, сначала впал в ступор от подобного обращения со стороны гомункула, а потом, взбесившись, скинул навязашевшегося наездника. Отвязавшись от странной человекоподобной штуковины, дракон демонстративно фыркнул и взмыл в небо, исчезнув в ночном небе.
- Идиот! – пренебрежительно бросила Амальти, глядя, как гомункул пропахал носом дорожную грязь. – Ты все испортил! Кретин недоделанный! – зашипела она, как рассерженная кошка.
- Ну без этого ящера-полудурка даже лучше, - ответил Ралу,- хоть никого лизать не будет. Однако вторая проблема - маги - ещё есть. Что будем делать?
Гомункул открыл для себя новое чувство - раздражение. У него создалось впечатление, что Мастер то ли не вполне психически здоров, то ли, наоборот, обладает чересчур уж непрошибаемой психикой. Поэтому (а также для того, чтобы успокоить непонятно почему разозлившийся Источник Питания) оно промолчало и направилось в сторону подозрительно кучковавшихся за углом неподалеку теней. Похоже, ему не мешало бы подыскать себе на будущее нового Мастера. Более... привычного, что ли.
"Что, что это мелькает?" - недоуменно подумала Сона, наблюдая перепалку между неизвестными.
Дальше начался какой-то бред: одна тень вскочила на другую, и та унеслась в небо, но хуже всего было то, что одна из теней двигалась в сторону странной знакомой. В панике Сона применила магию дерева, надеясь задержать тень и помочь тем самым подруге по несчастью: мелкое деревце начало расти под ногами тени, мешая ей идти к своей цели. На большее Бювелль не пошла, опасаясь привлечь внимания других теней.
- Стой! – вдруг пронзительно завопила эльфийка, позабыв про распоряжение Зарта «не высовываться». – Эй, ты, слуга! Стой, кому говорю! Там кто-то есть!
Теперь уже и Ралу, и гомункул, едва не запутавшийся в ветвях взявшегося словно из ниоткуда кустарника, увидели выплывающий из темноты чей-то тонкий и высокий силуэт. Амальти достала стрелу из колчана, висевшего за спиной, и туго натянула тетиву лука, прицелившись в незваного гостя.
Ралу быстро открыл свою флягу. Потом взмахнул рукой - и из фляги поднялась огромная капля, которую маг превратил в сосульку. После чего Зарт снова взмахнул рукой - и сосулька повисла в воздухе, нацеленная острым концом в неизвестную. Маг прицеливался...
Осторожно двигаясь за Соной, Тоф заметила, как что-то приближается к девушке. Затем маг Земли услышала эхо чьего-то крика, правда, с такого расстояния сложно было разобрать даже с таким обострённым слухом, как у неё. Но она решила, что ничего хорошего это не предвещает, а потому резко дёрнула плиту вместе с попутчицей в свою сторону, пока она окончательно не стала мишенью, показавшись из-за дома целиком.
Уйти далеко не получилось. Ноги гомункула запутались в невесть откуда появившемся посреди дороги кустарнике, сзади уже что-то орала Источник Питания, плюс из теней прямо перед ним выплыл здоровенный плоский камень, на котором стояла сильно пахнущая магией женщина со странным выражением лица. Тихо ругаясь, оно устремило все силы на попытку выпутаться из кустов, чтобы убраться из-под перекрестного огня (а в том, что он начнется, оно не сомневалось).
Сона только собралась использовать свою магию на остальных тенях, как неожиданно булыжник, на котором она стояла, двинулся, едва не сбив её с ног.
«Блин, я чуть не упала!» - мгновенно пронеслось у неё в голове, и тут же стало стыдно. Её спасают, а она вот так вот думает. И, не откладывая дела в долгий ящик, она применила магию на всех тенях. Ростки поползли вверх, мешая как-либо двигаться и совершать иные действа.
Стрела Амальти тренькнула и воткнулась в стену дома, за углом которого скрылся незваный гость. Затем что-то зашуршало и затрещало в темноте, и прямо на глазах у удивленной эльфийки из грязи и слякоти стали стремительно прорастать и ветвиться деревья и кустарники, заполоняя собой перекресток двух улиц. На фоне темно-фиолетового ночного неба их сплетающиеся в беспорядке ветви казались угрожающими. Эльфийка вновь отпрыгнула к Зарту, фактически спрятавшись за его спиной. А деревья, достигнув высоты конька крыши ближайшего дома, замедлили свой рост и замерли, будто так и росли здесь всегда.
Сона же, закончив свое колдовство, блаженно улыбнулась и повалилась без сил. Столь неэкономное расходование магических сил, да еще и на голодный желудок, сильно истощило ее. Теряя сознание, девушка успела заметить, что стена кустистых растений отгородила ее от непонятных типов, шушукающихся в темноте.
- Маги, будь они неладны, - прошипел сквозь зубы Ралу, - всё-таки почуяли! Надо вытащить Шестипалого из кустов и уходить! Амальти, ты можешь как-нибудь вынуть его оттуда?
- Я бы с радостью, хозяин, - с обидой в голосе отозвалась эльфийка. – Но за этими кустами кто-то есть, и я думаю, что это сильный маг. Может, нам уйти отсюда до утра? Деревню хорошо охраняют.
- А Шестипалого им, значит, оставить? - нахмурился Ралу.
- Сам выберется! - фыркнула Амальти, явно не горя желанием рисковать жизнью. Выросший из ниоткуда заслон из деревьев произвел на нее весьма сильное впечатление.

0

8

Едва гомункул выкарабкался из оказавшихся неожиданно цепкими кустов, земля вокруг начала вспучиваться и лопаться, и из нее полезли зеленые ростки, стремительно увеличиваясь в размерах. Не успело оно глазом моргнуть, как улица превратилась в настоящую лесную чащу. Одно из деревьев проросло прямо у него под ногами и как катапульта подкинуло вверх.
"Создатель такого не допустил бы", - беспомощно подумал гомункул, пытаясь разглядеть в сумерках, куда придется падать.
Зарт и Амальти проводили мелькнувший на фоне фиолетового неба силуэт гомункула и потеряли его из виду. Шестипалый же с влажным чавканьем приземлился в жидкую грязь, от которой явственно несло отходами жизнедеятельности домашних животных. А потом под оглушительное «хрю», переходящее в синхронный визг, он понял, что потревожил чей-то свинарник. Мирно спящие под навесом животные, проснувшиеся от непредвиденного вторжения, заметались внутри своего загона, разбрызгивая грязь и сталкиваясь друг с другом. Два упитанных кабанчика то ли намеренно, то ли случайно во всеобщей суматохе чувствительно пнули гомункула в бока своими клыками-бивнями. Где-то неподалеку раздалось осторожное кудахтанье, которое постепенно стало громче, а затем переполох на скотном дворе подхватили все обитающие там животные.
Приземление оказалось неожиданно мягким. Но долго разлеживаться гомункулу не пришлось - обитателям его посадочной площадки не понравилось инородное тело в загоне, и они принялись носиться и врезаться во все, что попадалось на пути - стены, друг друга и гомункула. Тихо порадовавшись, что угодил в свинарник, а не в овчарню, гомункул принялся выбираться наружу.
"Это просто издевательство, - решило оно, отлетая к загородке от очередного удара здоровенного хряка и неуклюже переваливаясь наружу. - Если так и дальше пойдет, то вместо освободителей нас будут принимать за бродячий цирк".
Немного отдышавшись и встряхнувшись, оно направилось на все четыре стороны, в глубине души надеясь, что движется в обратную сторону от свежеобразованного леса. Летать ему не понравилось.
- Только бы не на магов... - прошептал Ралу,  - только бы не на магов...
Амальти осторожно тронула Зарта за плечо и тут же отдернула руку.
- Мой господин, нам нужно уходить, - тихонько, но настойчиво произнесла она. – Такое мог сделать только сильный маг. Мы и так произвели слишком много шума этой ночью, и лучшим выходом из положения будет отсидеться где-нибудь до утра, а потом, при свете дня, осмотреть деревню. Сейчас мы много здесь не увидим.
- Что ж, уходим... Шестипалый нас найдёт сам, - сказал Зарт, - пошли.
Тем временем гомункул обнаружил, что находится на настоящем скотном дворе при чьем-то простом, но довольно-таки большом доме. Для фермы здесь было мало места, но для крупного домашнего хозяйства – предостаточно. Пока он пытался торопливо перелезть через низкую ограду, на крыльце дома зажглась масляная лампа, послышалась чья-то ругань и топот шагов. Скорее всего, хозяин дома встал, чтобы выяснить, отчего переполошились животные.
Большого желания встречаться с местными фермерами гомункул не испытывал - судя по реакции большинства людей, с которыми оно встречалось, его ждут вопли и побои. Так что гомункул шмыгнул в тень за какой-то постройкой и притаился.
- Сиди тихо! - прошептал Ралу эльфийке.
Амальти не рискнула спорить с Мастером, на этот раз снова проглотив свое недовольство. Она не понимала, почему Мастер бездействует и не желает никуда уходить с этой улицы. Ведь сейчас самым верным было скрыться где-нибудь в безопасности, пока на шум не сбежалась вся деревня.
"И даже "спасибо" не сказала", - хотела было ругаться Тоф, но потом заметила, что Сона, которая подплыла к ней на её же глыбе, лежит без сознания. Она особо не следила за действиями девушки, ибо ей было важно не дать той так глупо погибнуть. Однако, теперь маг Земли заметила, что сквозь почву не очень далеко от них пробилась маленькая рощица.
- Тогда ничего удивительного, - хмыкнула она, размышляя, что делать теперь. Вряд ли эти незнакомцы побегут за ними, да и ей их преследовать совершенно не хотелось. Надо было либо вернуть Сону к башне, либо как-то найти остальных магов. И то, и то казалось не очень простым с учётом мага Воды, которую надо было как-то тащить. Правда, оставался ещё третий вариант. Сидеть на месте и ждать чего-либо.
"Ну, бездействие - тоже действие", - решила Тоф и села, прислонившись спиной к стене здания.
Ралу, как вы помните, был не только магом, но и воином – «тенью» (проще говоря - наёмником). Поэтому он стал тихонько удаляться в более тёмное место, чтобы его не заметили.
Амальти незамедлительно последовала за Ралу, мысленно ругая на чем свет стоит и тупого дракона, и бестолкового гомункула. Ей отчего-то казалось, что Терри больше не вернется, и она была этому несказанно рада. Сказать, что отношения эльфийки и дракона были несколько натянутыми, означало весьма приукрасить действительность.
- Куда мы идем? – тихонько спросила Амальти, догнав Зарта. – Может быть, поищем Шестипалого, пока он не устроил переполох?
- Мы идём подальше от места основных действий, - прошептал Ралу, - и чем дальше - тем лучше. И ещё нужно найти ночлег.
- Полагаю, там, подальше от озера, можно найти постоялый двор, - ответила эльфийка. – В деревне явно был пожар, мы видели это еще с корабля. А там, вдалеке, - она махнула рукой, горят огни в высоких домах. Полагаю, пожар туда не добрался.
Эльфийка подметила правильно: чем дальше от пристани уходили ряды домов, тем меньше были заметны следы прошедшего пожара, а совсем далеко действительно мерцали оранжевые огоньки в окнах.
Внезапно их внимание привлек какой-то посторонний шум – на соседней улице явно что-то происходило. Послышались голоса, ругань, клекот домашних птиц и фырканье прочей скотины. Хозяин маленькой фермы, где успешно спрятался гомункул, обходил загоны своих домашних тварей, проверяя, все ли в порядке.
Наконец фермер, все еще ворча, вернулся в дом. Свет лампы померк, и скотный двор снова погрузился во тьму, лишь животные все еще расхаживали по своим загонам, издавая беспокойные звуки. Гомункул снова остался один в своем укрытии, по соседству со множеством домашней скотины.
- Нашлась пропажа, сказал Ралу. - Скорее бы уже вылезал из курятника. Представляю, что там у кур.
- Я не понимаю, - эльфийка завертела головой в поисках источника шума. – Неужели Шестипалый ошивается где-то в курятнике?
- Так он, наверное, там приземлился, - ответил Зарт, - где же ему ещё быть?
- Мы не будем его вытаскивать? - уточнила Амальти, удивляясь странному бездействию Зарта.
- Сам выберется, - сказал Ралу, - создания греховных магов иногда ловчее таких, как мы...
Амальти внутренне возмутилась, откровенно не понимая, что задумал Зарт и почему он не делится с ней своими планами. Однако вслух спорить не стала.
Выждав для верности еще несколько минут, гомункул осторожно выглянул из укрытия. Разъяренных фермеров в поле зрения не наблюдалось, криков "вот сволочные гоблины, опять кур воруют, бей их!" не слышалось. Стараясь держаться в тени, оно мелкой трусцой припустило вдоль по улице, стараясь держаться тени и очень надеясь, что не наткнется на Мастера (или, что еще хуже, на Источник Питания).
Однако эльфийка вдруг шевельнула ушами и насторожилась. Заправив за ухо выбившуюся прядь иссиня-черных волос, она вдруг воскликнула:
- Там кто-то есть! Следует ли нам спрятаться?
- Да, следует - ответил маг крови, - возможно, мы нечаянно переполошили магический муравейник.
Амальти завертела головой в поисках чего-нибудь, куда можно было спрятаться. Улица была погружена во тьму, однако любопытствующие глаза эльфийки различили совсем неподалеку чей-то огороженный участок с большой дырой в заборе. В окнах одноэтажной хижины, высившейся посреди участка черным силуэтом, не было видно ни единого огонька. Возможно, дом был заброшен или жильцы покинули его после сегодняшнего пожара.
- Сюда! – воскликнула эльфийка и, перекинув лук через плечо, первой полезла в дыру и затаилась за забором.
- Ну хоть кто-то умный! - сказал маг и полез вслед за ней.
Впереди послышалась какая-то возня и приглушенные голоса - гомункулу показалось, что один из голосов принадлежит Источнику Питания, и у него по спине пробежал холодок. Решив не рисковать, оно свернуло в ближайший проулок и ускорил шаг. Под ноги тут же подвернулась какая-то скользкая штуковина, с громким жестяным лязгом вылетевшая из-под него. Грохнувшись на раскисшую землю, оно услышало еще один звонкий "блям" и удивленный рык разбуженной собаки. В следующее мгновение оно уже на четвереньках (вставать на ноги просто не было времени) неслось, куда глаза глядят, преследуемое заливистым лаем. В соседних дворах проснулись другие псы, присоединяясь к возмущению разбуженного собрата, из какого-то дома послышалась приглушенная брань селянина. Вечер переставал быть томным.
- Уф, кажется, они нас не заметили, - вздохнула Амальти, осторожно выглядывая из дыры в заборе. – На улице будто бы никого… Может, нам стоит пройтись чуть дальше в деревню и поискать постоялый двор? Наверняка пожар уничтожил не все дома. Я вижу какие-то огоньки вдалеке – это могут быть дома, которые не пострадали.
- И то правда, - заметил Ралу, - пошли. А то уже спать хочется.
Вздохнув, Амальти полезла назад, придерживая рукой растрепавшиеся длиннющие волосы. Она уже сожалела, что не собрала их в какую-нибудь более удобную и практичную прическу. Оглянувшись и не обнаружив в зоне видимости ничего подозрительного, она прошептала:
- Все чисто! – после чего легкой звериной походной направилась вдоль забора туда. где, по ее мнению, должны обитать живые люди.
Тоф в компании мирно спящей Соны осталась по ту сторону зеленой рощи, выросшей на месте грязного участка сельской дороги. Она понятия не имела, куда делись парень и старик, куда утром пропал веселый мальчишка с музыкальным инструментом, что так взволновало мага Огня в полученных им письмах, что теперь делать с древесной ведьмой… Одно было ясно: если ее обнаружат местные жители, которые рано или поздно выйдут посмотреть, из-за чего случился шум, ей не поздоровится. Очевидно, в этой деревне не жаловали чужаков.
Проснувшись, Сона не поняла сразу, где находится. Позже она поняла, что она в том же месте, что и до этого. Она не сразу увидела свою знакомую, и в её голову полезли темные мысли. Но как только увидела, сразу выпала в осадок. Спустившись с глыбы, она приняла максимально серьезную позу и спросила:
- Как это понимать?
Не успела Тоф ответить на грозный вопрос Соны, как обе услышали совершенно отчетливо, что деревенская тишина была нарушена самым наглым образом. Где-то неподалеку, подхватывая эстафету, одна за другой просыпались собаки и оглашали окрестности дружным лаем. Собак явно что-то беспокоило, и это беспокойство передалось селянам: откуда-то издалека явственно донеслась весьма некультурная брань. Казалось, еще немного – и в деревне закипит ночная жизнь. Скорее всего, это оживление было как-то связано с неизвестными личностями, удравшими в неизвестном направлении при приближении Соны.
Взволновавшись, Сона взяла под руки Тоф и быстро, насколько могла, потащила её в башню. Чем бы ни было вызвано ночное оживление, добра оно не сулит.

0

9

Мира Ролдег не была пророчицей, однако уже много десятков лет жила с мыслью о том, что умрет раньше отмеренного ей срока. Хоть она и была уже немолода, тело ее сохранило силу мышц, поэтому она могла бы еще несколько лет проработать в поле и женить наконец-то своего непутевого сына. Однако ее планам, очевидно, не суждено было сбыться. Худощавая стареющая женщина с серебристыми волосами и морщинистым лицом лежала в своей постели в крестьянском жилище и, глядя в закопченный потолок, горевала вовсе не о своей несчастной судьбе. Все ее мысли занимал единственный оставшийся в живых сын.
Ибрам был хорошим мальчиком. Недостаточно умным для того, чтобы прославиться, но и вовсе не глупым. Физической силой он не отличался, успеха среди мальчишек-сверстников никогда не имел, а девицы редко смотрели в его сторону. Но это было не самое печальное. Печально было то, что Ибрам в самом расцвете своей юности не делал никаких попыток посвататься к соседским дочерям, будто его не интересовало вовсе, как жить дальше. Ранним утром он отправлялся на рыбалку, а днем разделывал и раскладывал улов в лавке дядюшки Хееса, дальнего родственника Миры. Пристроить пассивного сынка в лавку к своему четвероюродному брату оказалось непросто, однако если бы Мира этого не сделала – сынок так ничем бы по жизни и не занимался. Его апатичная позиция заставляла Миру неслабо волноваться.
Ибрам был ее младшим сыном. Старший, Геррон, умер во время страшной волны отравлений рыбой. Мира безуспешно пыталась вылечить его народными средствами, однако парень умер, несмотря на все его старания. В то страшное время помощь подоспела слишком поздно – в виде молодого человека, пришедшего издалека. Парень назвался Ревокатом – довольно экзотичное по местным меркам имя. Мира, слывшая в деревне травницей, не могла справиться с потоком тянувшихся в ее дом больных, а ее травяные настойки оказывали весьма слабый эффект. Она не знала, что конкретно сделал Ревокат, но его колдовство (а Мира была уверена, что это было именно колдовство) вернуло к жизни безнадежно больных односельчан. К сожалению, люди очень быстро забыли об этом и стали шептаться, что Мира путается с темными колдунами. Тогда-то Мира и указала Ревокату на башню посреди озера, где можно было найти неплохое укрытие… У местных башня пользовалась дурной славой, и желающих добраться туда практически не было, кроме озорных детей, которые очень скоро получали нагоняй от родителей за такие мысли…
Супруг Миры был моряком на торговом судне и часто отправлялся в плавание по Лучистому морю. Один раз корабль не вернулся из путешествия. Ибрам в то время был еще совсем маленьким и поэтому совершенно не запомнил своего отца. Геррон был отличным парнем, просто загляденье: пахал в поле, улыбался девушкам, помогал матери по хозяйству. Ибрам же был полной противоположностью развеселому братцу: хилый, угрюмый, слегка заторможенный. Смерть любимого старшего сына сильно подкосила здоровье Миры, которая была уже далеко не девочкой, и несколько последних кетенов ее жизни она посвящала мыслям о том, как пристроить ленивого и апатичного Ибрама. К сожалению, все шло к тому, что младший сын так никогда и не задумается о своем будущем. Мира Ролдег даже к Ревокату относилась более душевно, чем к Ибраму, который разбивал ей сердце всякий раз, когда говорил что-то в стиле: «Мам, ну не спеши. Все будет нормально. Мне и так хорошо».
С тех пор как Ревокат поселился в башне, она отправляла ему несколько весточек, не требующих ответа. В них говорилось о том, что происходит в деревне, чем занимается Ибрам, какие торговые суда прибыли из Лучистого моря… Все это красноречиво говорило о том, что одинокой женщине необходимо с кем-то пообщаться. А несколько ночей назад Мира слегла с сильным жаром, кашляя кровью и жалуясь на бесконечные головные боли. Ибрам ухаживал за ней, однако даже болезнь матери не вывела его из этого вечного апатичного состояния. Он лишь бормотал в ответ какие-то неуклюжие успокаивающие слова вроде: «Ма-ам, не говори, что ты умрешь, все нормально будет». Наконец Мира, не в состоянии отправить записку самостоятельно, велела ему написать Ревокату просьбу поскорее прийти.
«Уважаемый Ревокат, - быстро накарябал Ибрам, - с прискорбием хочу сообщить вам, что моя драгоценная матушка находится при смерти. Ее болезнь слишком тяжела, и она хотела бы увидеть вас перед тем как боги возьмут ее в свои вечные земли. Я пишу вам от ее имени просьбу навестить ее как можно скорее. Пожалуйста, приходите как только сможете. Ваш покорный слуга, Ибрам Ролдег».
Он нехотя привязал письмо к лапе жирной домашней птицы и кинул ту с причала в сторону черной глади озера. С противным клекотом глупая птица полетела к единственному источнику света вдалеке – к торчащей посреди озера башне. Вернувшись домой, Ибрам буркнул, что, кажется, тупая животинка долетела до башни в целости и сохранности. Это немного успокоило старое сердце Миры.
Она не говорила Ибраму, почему она хотела видеть Ревоката. Она полагала, что этой ночью непременно покинет мир живых, о чем честно сказала сыну, но тот лишь велел ей не выдумывать и постараться поспать. Поэтому ей хотелось лично предупредить Ревоката о грозящей ему опасности. Возможно, больше такой возможности не представится. Она была уверена, что парень-колдун непременно придет, ведь дорогу к ее дому он точно еще не забыл.
Оторвавшись от преследования, Ревокат остановился перевести дух. Несмотря на преимущество, предоставляемое улицами города, ему пришлось попотеть, прежде чем удалось сбросить этого неразумного зверя. Окулус вита все еще был активен, многочасовые кропотливые операции требовали от магов жизни долговременной концентрации, и она достигалась с практикой. Несмотря на массив мертвой материи, смазывающей изображение, Ревокат заметил знакомую фигуру с характерными движениями. По некоторым причинам Зеанорт решил последовать за ним и сейчас приближался. Оставалось выяснить, по каким.
- А, кажется, меня заметили, - произнес старик, выходя из темноты закоулков. – Вот, решил составить тебе компанию, куда бы ты ни шел. Всё лучше, чем доживать свой век на водокачке.
Зеанорт лучезарно улыбался, показывая, что у него нет никаких левых мыслей. Ему просто было скучно, и когда он увидел, что его приятель резко сорвался с места из-за какого-то письма, то от любопытства решил последовать за ним.
- В одиночку путешествовать опасно, даже для тебя, Ревокат, - решил дополнить свои причины старик. – Думаю, лишним для тебя не буду, а наши гости сами как-нибудь разберутся.
- Возможно, старик. А что насчет твоих гостей, оставишь их в нашей башне так?
Ревокат с интересом взглянул на Зеанорта. Рационально было бы остаться ему в башне. Однако если он пойдет вместе с Ревокатом, его путешествие будет безопаснее. Возможно, старик беспокоится за своё здоровье и не хочет отходить от Ревоката?
- Мои гости? – Зеанорт неслабо так удивился. – Не помню, чтобы кого-то приглашал. Склероз?
Старик на какое-то время задумался, но довольно быстро махнул рукой.
- Забудь о них, они явно непросты, - он улыбнулся, прошел мимо Ревоката, но, сделав ещё пару шагов, остановился, на его лице было сложное выражение. – Меня немного беспокоит та странная группа с драконом, от которого ты убегал. Мне кажется, нам не стоит встречаться с ними больше.
Старик, вздохнув, продолжил движение дальше.
- Согласен. Мне доводилось видеть дрессировщиков в своих странствиях, но надо обладать настоящим талантом и умением, чтобы приручить виверну.
Ревокат зашагал вслед за ним, но быстро вышел на полшага вперед, чтобы показывать на примере направление пути.
Едва они свернули в довольно тесный и грязный проулок, как раздался чей-то громкий шепот:
- Тшшш… Господин Ревокат, идите сюда! – из темного дворика им махала рукой худощавая фигура, почти неразличимая в непроглядном мраке.
Подойдя ближе к фигуре, Ревокат, не откладывая дело в долгий ящик, сразу же перешел к сути:
- Что вам от меня нужно?
Когда Зеанорт увидел, что Ревоката подозвал какой-то подозрительный мужчина, он слегка напрягся, но только слегка, поскольку этот человек, похоже, знал его спутника.
- Твой знакомый? – спросил старик Ревоката, вклинившись в разговор.
- Удвой, старик.
Незнакомец торопливо сбросил с головы холщовый капюшон. В бледном свете единственной луны Алариса Ревокат узнал длинное узкое лицо и белесые глаза – несомненно, это был сын известной травницы Миры Родлег. Той самой травницы, что приютила у себя Ревоката, едва тот, скрываясь от преследователей, появился в Хандеяве. Ревокат же не остался в долгу и своими знаниями остановил эпидемию какой-то редкой болезни. Именно Мира подала ему идею поселиться в заброшенной башне посреди озера – мол, местные туда не суются, да и добраться не особо-то легко. Оставаясь же среди ее односельчан, Ревокат рисковал рано или поздно быть обвиненным в темном колдовстве. Деревенские жители – люди простые, а посему заочно относятся враждебно ко всему необычному.
- Это я, Ибрам, - торопливо зашептал худой парень, отпирая узкую калитку. – Пожалуйста, заходите, господин Ревокат, моя матушка очень хочет вас видеть. Надеюсь, за вами не следили?... – он явно нервничал и торопился как можно скорее вернуться в дом.
Он посторонился, пропуская Ревоката в крошечный дворик, заросший сорной травой. В нескольких шагах далее виднелась старая хижина с соломенной крышей, в окнах которой теплился тусклый оранжевый огонек. И тут наконец Ибрам Ролдег заметил, что с Ревокатом пришел незнакомый ему человек. Он замер, не зная, что сказать.
Знакомый Ревоката по имени Ибрам одарил огненного мага таким нездоровым игнором поначалу, что тот едва не оскорбился, но оказалось, что тот его просто не заметил и, судя по всему, не услышал. Учитывая, что тот был напряжен и на взводе, это было даже удивительно, но когда Ибрам наконец увидел старика, то тут же впал в ступор от неожиданности.
Старик улыбнулся и приветливо поднял руку.
- Привет, я Зеанорт, – огненный маг поздоровался как-то слишком по-молодому, словно ему до сих пор двадцать лет – Компаньон Ревоката, а также одна из причин, почему люди избегали башни на озере. Я друг, можешь не волноваться.
- Да, он давно со мной, в отличие от остальных. Поэтому он тут, а они нет, - бросил Ревокат на ходу, входя внутрь.
- Здрасьте, - рассеянно пробормотал Ибрам, забыв представиться Зеанорту. – Что ж… Заходите, господа… Идите в дом, я тут закрою, - сбивчиво добавил он, возясь со скрипучей щеколдой на калитке.
- Благодарю, благодарю, - закивал Зеанорт, следуя за Ревокатом в дом.
Слегка покосившаяся дверь крестьянской хижины была приоткрыта, и из щели проглядывал слабый отсвет. В сенях не было источника света, и это означало, что лампа стоит в соседней комнате. В доме пахло деревом и какими-то душистыми травами, сложенные из толстых бревен стены кое-где были прикрыты полотнами с простой вышивкой. Узкая тесная прихожая имела два противоположных выхода. Дверь слева была плотно закрыта, зато правая, широко распахнутая, вела в комнату, освещенную мерцающим оранжевым светом масляной лампы.
Комната была небольшая, скудно обставленная простой крестьянской мебелью. Единственное окно выходило на темный заросший садик. Потолок был черным от копоти, ибо в комнате находилась грубо сложенная из обточенного камня печь. По стенам и под потолком на веревках висели пучки сушеной травы, на полках вдоль стен в огромном количестве теснились всевозможные склянки крынки. В углу стояла высокая кровать, на которой, опираясь на гору подушек, полулежала худая осунувшаяся женщина весьма болезненного вида. Ее строгое немолодое лицо казалось бледным даже в теплом свете лампы, только на щеках пылал лихорадочный румянец. Черные глаза влажно блестели, длинные серебристо-серые волосы разметались по подушкам. Что уж скрывать, женщина чем-то была похожа на старую ведьму.
Заслышав шаги и повернув голову, женщина посмотрела в сторону двери слезящимися глазами, после чего тяжело протянула руку и поманила пальцем первого вошедшего.
- Ревокат, мальчик мой, - прошептала она. – Как я рада, что ты пришел. Подойди, сядь рядом со мной, я должна сказать тебе кое-что…
Рядом с кроватью женщины стоял трехногий табурет и тумбочка, на которой стояла грязная посуда. В сенях послышалась возня и скрип закрывающейся двери. Должно быть, Ибрам все-таки справился с калиткой и вернулся.
Пройдя внутрь и сев на табурет, Ревокат на секунду закрыл глаза, сконцентрировался и открыл их, уже сияющими ярко голубым светом Окулус Вита. Взяв за руку женщину и мягко поглаживая ее ладонь, он осматривал строение ее жизненных цепей и сосуда.
- Говори, старая женщина, я буду слушать и попробую что-то сделать.
Вскоре в помещении появился Зеанорт, который, осматриваясь вокруг, довольно кивал головой. Тут было достаточно уютно, как и следует быть нормальному жилищу.
- Да, это лучше, чем на башне, - довольный, заключил он и посмотрел на старую женщину. – Ох, простите мою беспардонность.
Старик резко привел себя в надлежащий вид, даже прилизал редкие волосы на голове, после чего отвесил настоящий аристократический поклон, как было принято у него на родине.
- Спасибо, что позволили войти, - улыбнулся старик. – Меня зовут Зеанорт Ксемнас, я друг Ревоката. Как мне звать вас, прекрасная хозяйка?
Хозяйка дома перевела взгляд влажных глаз на вновь вошедшего и слабо улыбнулась.
- Прошу прощения, почтенный господин, что не могу поприветствовать вас, стоя на ногах, - сказала она. – Мое имя Мира. Мира Ролдег. Я занимаюсь целительством – правда, не очень успешно, - она горько усмехнулась. – Как прелестно, что Ревокат привел своего друга… - она немного помолчала, потом продолжила: - Пожалуйста, садитесь – там, под столом, есть крепкий табурет… Я попрошу моего сына приготовить вам чай. Эй, Рам, - позвала она.
В дверях тут же вырос долговязый парень, по виду только недавно перешагнувший порог отрочества.
- Да, мам? – бесцветным голосом спросил он.
- Завари травяного чая для наших гостей, будь добр, - сказала Мира.
Парень пробормотал невнятное утверждение и скрылся в сенях, зашуршав там какими-то мешками. Мира тем временем перевела взгляд на Ревоката.
- Ах, милый мальчик, я не о себе беспокоюсь, - слабо проговорила травница. – Мой век уже на исходе. Однако я должна тебя предупредить о чем-то важном. Тебя ищут какие-то странные люди – высокие, суровые, в белых плащах, при оружии... Я уверена, что они пришли именно за тобой, иначе кому еще спрашивать всех и каждого на рынке, не видал ли кто молодого колдуна?... Нет сомнений, что многие указали этим людям на башню. Их было трое или четверо. Старый Динир видел их днем на рынке, а потом ворвался ко мне прямо перед пожаром, рассказал про суровых чужаков и добавил, что уезжает немедля… Ибо странные вещи творятся в округе… А потом огонь спустился с небес… - Мира замолчала, переводя дыхание после сбивчивого рассказа.
Для Ревоката постепенно становилось ясно состояние старой женщины: очевидно, слишком много потрясений пришлось на ее слабое сердце за день. Сначала Динир, любитель диковинных животных, напугал ее рассказами о шпионах, ищущих молодого мага, потом некие неизвестные захватчики сожгли половину деревни, похватали людей и умчались ввысь на неведомых машинах… Зеанорт с его магией тоже добавил красок в общую печальную картину. И дракон, усевшийся на крышу башни. И рассказы Динира о странном местном муниципалитете. Неудивительно, что местные, должно быть, приняли все это за происки демонов и темных сил. Даже странно, что в дом Миры не тянется вереница больных и раненых.
Зеанорт, не вмешиваясь, наблюдал за тем, как Ревокат общается со старой женщиной. Их разговор не продлился долго: Мира Ролдег сказала еще что-то о людях, которые якобы разыскивали Ревоката, а потом попросила укрыть ее более теплым одеялом. От магической помощи Ревоката она отказалась с несвойственной для ее состояния решительностью. Ревокат предложил навестить ее утром, на что Мира только слабо улыбнулась и сказала, что Ревокату не стоит ждать до утра и спасаться уже сейчас.
Затем Ибрам и Ревокат вместе укрыли женщину теплым шерстяным пледом поверх цветастого лоскутного одеяла, и младший Ролдег произнес:
- Спасибо, что пришел, Ревокат, но сейчас матушке нужно отдохнуть.
На этом встреча закончилась. Что-то подсказывало Зеанорту, что женщина серьезно больна и едва ли протянет до утра. Вместе с Ревокатом они покинули это скорбное место, и лишь очутившись за калиткой, Ревокат отрывисто сообщил в коротких фразах, что должен на время убраться из деревни, чтобы «уладить кое-какие дела». На бегство это было непохоже. Зеанорт мало знал о прошлом Ревоката, хотя и догадывался, что тому есть что скрывать. Из деликатности не став спрашивать, в чем дело, Зеанорт проводил юнца до ближайшего поворота, а далее Ревокат стремительно скрылся в ночи, направляясь вовсе не в сторону озера. Пока старик размышлял, увидит ли он когда-нибудь Ревоката снова, чтобы расспросить подробности этой странной истории, как в ближайшем дворе послышалась какая-то возня.
Пронзительно закричали домашние птицы, утробным гулом им отозвались неповоротливые копытные животные, прятавшиеся сарае. Небо над озером чуть посветлело, и Зеанорт догадался, что приближается рассвет. Еще раньше, чем первые лучи солнца покажутся из-за холмов, в деревне начнется типичная утренняя жизнь. Люди будут выходить из домов, осматривать потери и постепенно восстанавливать свой прежний образ жизни. Трупы унесут и сожгут (или закопают), кровь смоют с улиц, фасады отремонтируют и покрасят… Через несколько дней мало что будет напоминать о недавнем несчастье – если, конечно, черные демоны не вернутся снова.

0

10

Хлюпая по жидкой грязи и утопая в ней едва ли не по щиколотку, верный слуга Ралу Зарта стремительно спасался бегством от обрушившейся на него стены шума. За заборами лаяли собаки, кудахтала домашняя птица, ругались деревенские мужики… Ночь была темна, единственная луна Алариса – и та была затянута пеленой лиловых облаков. В деревенских домах не было ни единого огонька: то ли жители мирно спали, то ли покинули сгоревшие дома, то ли попросту боялись зажигать свет. Так или иначе, но в потемках гомункул очень быстро потерял ориентацию в пространстве и побежал куда глаза глядят. А глаза глядели в однообразную темноту, в которой изредка вырисовывались еще более темные силуэты домов, хозблоков и деревьев.
И вот постепенно преследующая его суматоха звуков осталась позади и наконец затихла. Стало светлее, и гомункул обнаружил себя неподалеку от пристани. Темно-фиолетовое небо отбрасывало неясные отблески на чуть колеблющуюся гладь черного озера, в зарослях прибрежных растений издавали неясные звуки какие-то земноводные твари. Набережная была темна и пустынна, и лишь крупные лодки, пришвартованные у берега, иногда сталкивались боками под плеск редких волн. Гомункул остановился, решительно не понимая, что ему делать. Теперь, когда пропала мотивация бежать сломя голову, на место инстинктов в его простой голове пришла растерянность.
Никогда оно прежде не оставалось в настолько тупиковой ситуации. Даже когда безвозвратно пропал его прежний хозяин, оно получило мотивацию искать нового. А сейчас хозяин вроде где-то был, но по факту отсутствовал, чтобы дать несчастному своему слуге четкий и ясный приказ. Гомункул снова остался в одиночестве: в темноте, на незнакомой местности и всеми покинутый.
Впрочем, вскоре что-то привлекло его внимание: какое-то движение неподалеку. Оказалось, он не совсем одинок. Две худенькие фигурки, вроде бы женские, держась за руки, неуклюже бежали по земляной насыпи, тянущейся от берега озера к какой-то постройке, будто вырастающей из воды. Силуэты фигурок нечетко вырисовывались на фоне фиолетового неба. Обе явно не видели присутствия гомункула и спешили по своим делам. Этим тоже не было дела до одинокого создания, предоставленного самому себе.
Через минут посреди озера мелькнул оранжевый огонек и погас, будто открылась дверь и сразу же закрылась. Гомункул догадался, что беглянки скрылись в высокой темной башне, к которой вела земляная насыпь. В башне тускло светились два окошка под самой крышей. Впрочем, такое диковинное строение, да еще явно в не предназначенном для жилья месте, нисколько его не удивило. Вообще не его это было дело – удивляться, думать и анализировать. Прежде этим занимался хозяин, но сейчас и он сам, и его Источник Питания находились в неизвестном направлении. Гомункул даже предположить не мог, будет хозяин его искать или нет. Источник Питания точно не будет, а что до дракона… Тот вообще неожиданно дезертировал без вероятности скорого возвращения. Сложно было сказать, огорчен ли Мастер бегством своего домашнего животного. Вполне возможно, что у Мастера появились другие срочные дела и заботы. 
В свою очередь, ворвавшись в освещенный свечами импровизированный холл, Сона захлопнула тяжелую деревянную дверь и огляделась. Все по-старому, тихо плещется вода под полом, слегка потрескивает фитиль одной свечи… Сверху не доносится ни звука – наверное, тот молодой парень и старик еще не вернулись. Можно было предположить, что они с Тоф сейчас были единственными обитательницами башни.
После того как, Сона с Тоф оказались в башне, она первым делом поднялась на следующий этаж. Что бы ни творилось в деревне, надо знать, что там происходит. Быть может, у кого скотина сбежала, вот они её и ищут?
Наверху все было по-прежнему, как Сона и запомнила это странное обиталище. Отделанные деревом круглые стены башни были увешаны полками, заставленными какими-то склянками, второй и третий этажи делились перегородками на две комнаты, в каждой из которых было по-своему уютно. Предметы мебели говорили о том, что старик (который, похоже, был здесь главным) постарался обустроить это жилище как можно более комфортно.
Не зная, что Тоф делает внизу, Сона выглянула в окно, но не смогла увидеть в непроглядной тьме внизу никаких признаков людей. Что до деревни – оттуда не долетало ни звука, и только редкие огоньки где-то в отдалении говорили о том, что там находится жилая зона. Прохладный ветер растрепал ее и без того всклокоченные рыжие волосы. По телу разлилась приятная усталость, будто ее кровь превратилась в теплое молоко. Сона почувствовала, что это место, комната под самой крышей, действует на нее умиротворяющее. Оранжевый свет масляных ламп, развешанных по стенам, навевал дрему, книжный стеллаж и кресло-качалка вызывали в памяти обрывочные воспоминания о беззаботном детстве… Улыбнувшись, Сона опустилась в кресло, свернулась калачиком и, накрывшись теплым пледом, сама не заметила, как заснула. Когда Тоф поднялась наконец наверх, она обнаружила, что рыжеволосая девица снова дрыхнет, улыбаясь чему-то во сне.
Некоторое время гомункул прислушивался - не приближается ли кто, не слышно ли шагов злобного Источника Питания, которую после высадки в этом городке словно подменили, но вокруг было тихо, и оно наконец смогло перевести дух, шлепнувшись на влажный песок.
"День выдался просто сумасшедший, - размышляло оно, глядя немигающими глазами на восходящую луну. - Сначала побег чокнутого Питомца... хотя кто кому был питомцем, это еще вопрос. Потом не менее чокнутый Источник Питания принимается строить из себя Главного Помощника Мастера. Потом Мастер... ну... повел себя странно, - признать и Зарта чокнутым было выше его сил, хотя поступки мага с каждым разом приближали гомункула к совершению подобного отвратительного поступка. - Затем эти странные маги... должно быть, именно их Мастер называл "греховными"... потом сумасшедший полет, побег от крестьян, собак и Источника Питания... и вот я снова одно".
Какое-то время гомункул лежал неподвижно, пока ему в голову не пришло осознание того, что оно впервые в жи... существовании назвало себя в первом лице. Чувство было странным - отчасти приятным, отчасти некомфортным. Пораженное таким открытием, оно вскочило и заозиралось - вдруг кто уловил такое свободомыслие?
"Я... я, я, я, мне, мое_", - снова подумало оно. Ощущения были непривычные, но довольно приятные, и гомункул решил рискнуть употребить эти формы при общении с Мастером - если он продолжит вести себя так же странно, то такое изменение в поведении может оказаться угодным ему.
В хорошем настроении оно направилось дальше, решив переждать ночь в каком-нибудь тихом местечке. Подвал башнеобразной постройки на озере подошел бы идеально. Во-первых, от нее ощутимо пахло магией, во-вторых, это место вызывало в памяти воспоминания о жизни примерно в такой же башне. С настоящим Мастером.
Сказано - сделано. В потемках, шлепая по мелководью, оно добралось до насыпи и направилось к башне. Там можно было и переночевать...
Вблизи черный силуэт башни, возвышающийся над озером, казался громоздким, но вовсе не устрашающим. Луна наконец-то выглянула из-за фиолетовых облаков, и в ее бледном свете гомункул увидел, что земляной мост ведет прямо к полукруглой двери, обшитой железными полосами. Пока сложно было понять, заперта ли дверь. Что касается подвала… Вокруг башни плескалась темная вода, и было неясно, есть ли возможность попасть в подвал иным путем, кроме как через дверь. И не затоплен ли он водой.
Наверху же, ничего не подозревая о новом госте, Тоф и Сона мирно спали. Поначалу Тоф подумывала разбудить Сону, но решила, что это бессмысленно – до тех пор, пока не вернется Зеанорт. Поэтому она оставила рыжеволосую девушку в покое и примостилась на набитом соломой матрасе рядом с книжным стеллажом. От матраса пахло травой и сухими листьями – в целом довольно приятный запах. Возможно, прежде на этом месте спал Ревокат – для старика столь низкая постель была бы неудобной.
При первой же попытке обойти башню в поисках хода в подвал оно ушло в воду с головой, кое-как вылезло обратно на насыпь и больше не рисковало. Тогда оно попробовало открыть дверь - аккуратно толкнуть, аккуратно подергать, надеясь, что ее обитательницы, вошедшие сюда незадолго до того, не станут пугаться сами и пугать его. А если судить по запаху магии из башни, они вполне могли с перепугу засадить в несчастного продрогшего до костей гомункула чем-нибудь убойным...
Дверь со скрипом отворилась, когда гомункул потянул ее на себя. Возможно, девчонки были рассеянными, поэтому не закрыли за собой дверь. Или просто ждали кого-то в гости посреди ночи. Так или иначе, гомункул ощутил изнутри запах влажного дерева, теплого масла и старой бумаги. Так пахло в башне у его первого Мастера. Да и сама обстановка внутри казалась знакомой: круглое помещение, обшитое вертикальными деревянными досками, несколько закрытых шкафов, вешалка для одежды, сваленные в углу ящики, две масляные лампы на стенах, дающие слабый, но приятный свет… Впереди, на расстоянии чуть более семи метров, чернел проем в стене, за которым начиналась деревянная лестница, ведущая наверх. А неподалеку в полу четко вырисовывался заветный квадратик – люк в подвал.
Гомункул замер на пороге и прислушался. Сверху вроде бы доносились неясные звуки - это могли быть спускающиеся вниз магички... или просто шум ветра. Сначала оно потянулось к чьей-то куртке, висящей на вешалке, и едва не уронило последнюю на себя, однако все обошлось, и вожделенная одежда оказалась сначала в руках, а потом и на плечах гомункула. Немного согревшись, оно решило было поискать чего-нибудь полезного для Мастера, но представило себе, сколько шуму этим наделает, и прошлепало к погребу. Проскользнув под крышку, оно в потемках нашарило что-то мягкое и сухое, где свернулось клубком под курткой и ушло в режим экономии энергии.
Сона вздрогнула и проснулась. Какой-то посторонний звук вывел ее из приятного сна о солнечном лесе… Разомкнув заспанные глаза, девушка обнаружила, что сидит в кресле, поджав ноги, а кто-то заботливо накрыл ее пушистым пледом. Оглянувшись, она увидела, что Тоф мирно посапывает на соломенной лежанке неподалеку. Вроде бы все в порядке, башня на месте, в окна никто не ломится…
И тут снизу снова раздался какой-то тихий шаркающий звук, затем – легкий стук, будто кто-то аккуратно поставил что-то на пол. Старик и парень вернулись? Или, может, просто башня слегка шатается от движения озерных вод?... Так или иначе, но вскоре внизу стихли все посторонние звуки, а Сона так и не смогла заснуть. Какое-то внутреннее беспокойство не давало ей снова погрузиться в сон. Девушка вертелась в кресле, но никак не могла найти удобное положение. То мышцы затекали, причиняя боль, то плед казался колючим, но заснуть она больше не смогла.
Понимая, что сон уже не вернется, Сона решительно встала и подошла к окну посмотреть, что происходит за пределами башни и не разгорается ли рассвет. Но ночь по-прежнему была темна и безмолвна, а снизу не доносилось ни звука. Может быть, ей только приснилось, что вернулись старик и молодой парень? Решив проверить это, Сона начала обход башни. Обойдя все верхние этажи и не обнаружив изменений, она спустилась на первый этаж с тем же намерением.
Там было тихо и пусто, как и на верхних этажах. Похоже, что она и Тоф оставались единственными обитателями башни. Может, старик заскочил на минутку взять какие-нибудь вещи и уже убежал? Или тот неразговорчивый парень. Так или иначе, никаких свидетельств чужого присутствия Сона не обнаружила, но отчего-то ее не покидало странное чувство, будто за ней наблюдают.
Решив, что это все разыгравшаяся паранойя, Сона отправилась обратно наверх досыпать.

0

11

Недовольно фыркая, Амальти осторожно ступала по обочине дороги, стараясь держаться ближе к заборам, чтобы меньше испачкать походные туфли. Ей откровенно не нравилось, что в этом селении дороги были столь грязны, да еще и завалены трупами, которые отчего-то никто не убирал. По правде говоря, ее мало заботило, что за побоище произошло в этом обычном селе, и все же она предпочла бы, чтобы было у кого спросить дорогу до постоялого двора.
Ориентируясь на огоньки вдалеке, она довольно быстро привела Зарта в ту часть деревни, где и дороги были более сухими, а дома казались более целыми и красивыми. Должно быть, чем дальше от озера – тем меньше разрушений (да и жители побогаче). По крайней мере, в этих аккуратных двухэтажных домиках, увитых растениями, горел свет, виднелись силуэты их обитателей, кое-где на заборах висели масляные фонарики. Амальти бесцеремонно сняла один такой, чтобы освещать себе дорогу. Впрочем, в этом не было необходимости – здесь все было прекрасно видно благодаря свету из окон. Похоже, эта часть деревни действительно была более ухоженной и совсем не пострадала от пожара и побоища. Амальти надеялась, что здесь они найдут приют на ночь.
Завидев вдалеке фигуру какого-то мужчины, крутящего ворот колодца во внутреннем дворике, она окликнула его:
- Простите, вы не подскажите, есть ли поблизости постоялый двор? Двум путешественникам хотелось бы найти ночлег на ночь.
Молодой человек оторвался от своего занятия, обернулся к эльфийке (та предварительно накинула на голову капюшон, чтобы скрыть острые уши) и, как ни в чем не бывало, ответил:
- Разумеется, госпожа. До конца этой улицы, потом налево и на следующем повороте еще раз налево. Белый каменный дом в два этажа с мансардой и есть постоялый двор, мой кузен Нилден Кер там хозяин. Скажите девушке за стойкой в баре, что вы от Ивлеса – это я, - и она даст вам лучшие комнаты, - он игриво подмигнул эльфийке.
Та изобразила в ответ вежливую улыбку, про себя подумав, что все мужики одинаковые, ласково поблагодарила его за помощь и вернулась в Зарту, стоящему поодаль, сообщив, что нашла постоялый двор.
- Похоже, здесь и дома красивее, и люди приятнее, - снисходительно добавила она.
Ралу поплёлся за ней. А что оставалось? Ему казалось, что желаемая революция всё дальше и дальше отходит от него…
Эльфийка уверенно проследовала по указанному маршруту, оглядываясь, чтобы убедиться, что Зарт не отстает. Теперь главарем себя чувствовала она. Дом никто никуда, слава богу, не убрал, к тому же, белоснежные стены выделялись на фоне остальных домов, имевших скорее жёлтый оттенок. Амальти подошла к двери и остановилась, ожидая, пока Ралу дотащит свои телеса до входа. Все же внутрь стоит войти вместе.
Указанный местным жителем дом примыкал фасадом к улице, по обе стороны крыльца тянулся низенький заборчик, который служил скорее украшением, нежели оградой. По обе стороны границ фасада в тени притаился в меру ухоженный садик. Неширокое низкое крыльцо, также окрашенное в белый цвет, по краям было щедро заставлено рядами маленьких плоских свечей. Простая деревянная дверь не имела ни молотка, ни кольца, ни вывески. Должно быть, местные и приезжие и без того знали, что это постоялый двор Нилдена Кера. Из-за двери доносилась приглушенная музыка и чьи-то голоса.
Ралу  осторожно постучался в дверь:
- Хозяева, откройте! –  потребовал он.
И… ничего не произошло. Никто не вышел, чтобы поприветствовать гостей. Голоса и музыка за дверью не смолкли, не залаяли собаки, не появился на пороге развеселый хозяин. Кажется, новых гостей вообще никто не заметил.
– Они ж нас не слышат. Набухались уже, видать. Надо наглее, – с этими словами Амальти навалилась на входную дверь. Судя по скрипу, эти петли не смазывали уже не один год.
- Вот сейчас они точно выйдут - сказал Ралу и непроизвольно потянулся левой рукой к верному мечу. Дело в том, что выйти могли и надавать по рогам за то, что поздно стучались по дверям. Или не надавать – ну как там по–хандеявски?
Дверь под нажимом Амальти поддалась и с противным скрипом отворилась. Музыка и голоса разом стали громче, и взглядам путников предстало задымленное помещение, больше всего напоминающее типичный деревенский трактир. Неровные доски на полу, шаткие деревянные столики, занятые разномастным людом, разодетая в пух и перья певичка, под стать ей яркие размалеванные музыканты с заморскими инструментами, сновавшие тут и там девушки с кружками пенного пива… Внутри стоял густой запах курительных трав, пота и хмеля. Было душно и влажно, но по крайней мере никто не дрался и не бил посуду. Возможно, это заведение даже считалось приличным.
Сразу стало понятно, почему никто не открыл дверь. Во-первых, это явно было питейное заведение, в которое посетители заходят сами. А во-вторых, банально не слышали за визгливым голосом певички и гула других голосов. Какая-то парочка явно неместных (у девушка была слишком темная кожа, какая не встречается даже среди загорелых жителей Хандеяве, а парень и вовсе напоминал обезьяну, которую научили ходить на двух ногах) пустилась в пляс, да так лихо, что музыкантам пришлось потесниться в дальний угол. На появившихся на пороге гостей никто не обращал внимания. 
Эльфийка уверенно прошла к барной стойке, не оглядыввясь на Зарта. Её рука дернулась к капюшону, но вернулась обратно: с этим лучше было повременить.
– Здравствуйте. Мы, – Амальти указала на Ралу, – путники, которым нужен ночлег. Мы от... – чёрт, как же его там? – От Ивлеса.
Пышная дама, опершись о стойку могучими руками, хмуро посмотрела на эльфийку из-под тяжелых бровей. Дама была одета в необъятное цветастое платье с кружевным передничком, а светлые волосы кое-как собрала под чепчик, который был явно ей на один размер меньше. Женщина могла бы показаться в чем-то симпатичной, если бы не смотрела на постояльцев заведения столь мрачным, почти свирепым взглядом. У Амальти же начала слегка кружиться голова от обилия дымных колец, висящих в застоявшемся воздухе.
- От Ивлеса? – гаркнула дама, легко перекричав визгливый голосок певицы. – Этот пьяница и  бездельник еще жив? Что ж… - она почесала толстым пальцем подбородок и в задумчивости возвела глаза к закопченному потолку. – Есть она комната на мансарде. Пять серебряных за две койки и еще по одному с каждого за ужин, - оттарабанила она давно заученную фразу.
Дама не представилась, однако вела себя так уверенно, что вполне могла быть хозяйкой или женой хозяина этого постоялого двора.
- За этим не станет, - подал голос до того молчавший революционер и полез в кошель за деньгами.
Отсчитав хозяйке нужную сумму, он жестом пригласил Амальти войти в постоялый двор (который, кстати, назывался «Заснувший  дракон»).
Строгая дама решительным и явно отработанным жестом сгребла монеты со стойки и спрятала в карман необъятного передника. После чего, проворчав: «Следуйте за мной», скрылась где-то за стойкой. Последовав за ней вглубь душного помещения, Ралу и Амальти обнаружили, что к питейному залу примыкает маленькая комната, заставленная какими-то ящиками и стеллажами, ныне пустующими. Из комнаты наверх вела крутая лестница, явно очень старая и скрипучая. Пышная дама взяла масляную лампу и, держа ее перед собой, стала осторожно подниматься наверх, подобрав юбку свободной рукой.
Если уж и без того дряхлые ступеньки не проломились под весом этой «хрупкой» барышни, идти можно было смело. Что эльфийка и сделала, прикидывая, сколько ж бухла помещалось в этих ящиках.
Лестница нещадно скрипела под их ногами, пока Ралу и Амальти поднимались наверх. Снизу отчетливо доносился шум постояльцев и музыка, поэтому не было никаких сомнений в том, что лечь спать они смогут только после того как все угомонятся. А это будет явно нескоро.
Второй этаж начинался длинным узким коридором без какой-либо отделки и заканчивался маленьким окошком. В воздухе висели облака пыли, и здесь было даже более душно, чем внизу, хоть и меньше накурено. По обеим сторонам коридора размещались простые деревянные двери, все запертые. Хозяйка, идя впереди с лампой, остановилась у дальней двери в конце коридора и, поставив лампу на подоконник, стала шарить по карманам. Послышалось звяканье монет и еще какого-то металла, и наконец строгая дама извлекла из ниоткуда увесистую связку всевозможных ключей. Еще некоторое время она перебирала ключи в неясном свете огонька и, найдя нужный, отперла дверь. Сняв с кольца ключ, она решительно вручила его Зарту со словами:
- В спальне не курить, мебель не ломать, еду наверх не таскать. Отужинать сможете только внизу – и никаких исключений, - отрезала она так решительно, будто прежние постояльцы только и делали, что устраивали на втором этаже званые обеды.
Ралу лишь кивнул головой - вроде как "плавали, знаем". Постоялые дворы на Аларисе друг от друга не отличались. А Магу Крови случалось в них ночевать.
Хозяйку такой скупой ответ не удовлетворил, и она продолжила строгим непререкаемым тоном:
- Если не желаете остаться дольше, то комнату надо освободить до восхода второго солнца и никак не позже! Если пожелаете завтрак – по одному серебряному с каждого, - отрезала она, а потом, вдруг призадумавшись, добавила уже более дружелюбно: - А еще у нас подают прекрасное свежее пиво. Если вы не очень устали – спускайтесь вниз и закажите по кружечке.
-Сейчас, сударыня мы бы отдохнуть хотели, - ответил Ралу, - а пиво... это уже с утра...
Хозяйка бросила на него странный взгляд, который был заметен даже в полутемном коридоре, затем окинула Зарта и его спутницу еще одним оценивающим взглядом и, не найдя ничего, к чему можно было придраться, чопорно сказала: «Желаю вам хорошей ночи» - и удалилась. Некоторое время слышался скрип старой лестницы, а потом он стих, и коридор вновь заполнила приглушенная музыка снизу.
- Ну так пошли, чего ждать, - сказал Зарт шёпотом своей спутнице и открыл дверь в комнату, - выспимся, а дальше на свежую голову восстание делать будем. Люди тут грубоватые - это да, но всё из-за невежества, посеянного в умах людей греховными магами… И они своего дождутся.
Эльфийка устало кивнула, а затем, пройдя в комнату, наконец-то скинула капюшон и нагло упала на кровать возле окна. Не став дожидаться претензий от Зарта, Амальти провалилась в сон. Еды ей, сами понимаете, особо не понадобилось.
Комната была узкая и длинная, скромно обставленная и без личной уборной. Две раздельные кровати, пара трехногих табуреток, настенная вешалка для одежды. На шатком столике виднелся темный силуэт масляной лампы – должно быть, рядом находилась коробка дешевых спичек. Эльфийка не стала даже осматриваться и зажигать лампу, а сразу повалилась спать, Зарт же обнаружил, что в комнате имеется окно, через которое просматривался темный кусочек соседнего участка.
- Могло быть и хуже… Мне приходилось ночевать в гостиницах без окон, - сказал Зарт. - Но мы уже на полпути к победе. Возможно, нам даже дадут роскошный дворец, как и подобает слугам богов, - с этими словами маг глянул в окно.
Снаружи было темно, особенно внизу, и лишь силуэтами угадывался заросший колючим кустарником внутренний дворик да часть соседского двора. Зато где-то вдали, над редкими огоньками в жилых постройках, отчетливо вырисовывался на фоне звездного неба длинный узкий шпиль высокой башни. Зарт подумал, что это довольно нетипичная постройка для обычной деревни, если только за деревней не начинался крупный город. Впрочем, будь здесь город, то об этом давно бы знали все моряки и купцы.
Тёмное Пламя нахмурился. Неужели маги? А что? Можно поселиться магу и в такой дурацкой башне. Особенно если это так называемый маг жизни, который и сам других магов не любит. Тут Зарт вдруг подумал, что никогда не видел Мага Жизни, только слышал о них. Любопытно было бы посмотреть на такого типа… После этого Ралу с чистой совестью прилёг поспать. Ведь завтра предстоял очень трудный день, первый день восстания против магов...

0


Вы здесь » Горизонт событий » Приключение 002 - Колесо Дхармы » Эпизод 6 - Хитрости жизни